Дэвид, Вебер - Факел свободы

- Его мать до безобразия богата, знаешь ли, и этот шаттл был построен верфью "Палладиум" Картеля Гауптмана, - сказал Антон блондинке-подростку. Она была довольно привлекательна в коренастом и спортивном виде. - Они строят Флоту много штурмовых шаттлов и судов для наземных атак. В действительности, зная какая броня у кораблей, сделанных на верфи "Палладиум", сомневаюсь, что они избегали расходов на ее шаттл. На самом деле, я знаю, что они не делали этого, так как я лично написал конструктору об этом. Суть в том, что я не думаю, что эти булыжники смогут оставить хотя бы вмятину на корпусе.

- Конечно, я знаю это. - Сусанна зарылась в сумку. - Это дело принципа.

Как и предсказал Антон, корпус не был даже помят. Тем не менее, ей удалось попасть в него дважды. У девочки была чертовская сила.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

- Ты уверен относительно этого, Виктор? - спросил Джереми. - Это чертовски рискованный для вас способ, чтобы попытаться проникнуть на Мезу.

Он одарил компаньона Виктора взглядом не то чтобы совсем скептическим, но близко к этому.

- И - не в смысле обиды, Яна - но добавление тебя в эту небольшую команду, мне кажется, увеличивает риск, а не снижает его.

Экс-кощей амазонка одарила военного министра холодной улыбкой в ответ. Немного поспешно, он добавил:

- Не потому, что я сомневаюсь в твоей лояльности, ты же понимаешь, просто...

Он усмехнулся.

- Я скажу, Виктор, что, если вы осуществите это, то вы поднимите планку хутспе

[Нахальство, наглость (идиш)] приблизительно на метр.

- Кто это Хутспа? - спросила Берри.

- Мигель Джутспа, - сказал Руфь. - Пишется с "Дж", а не с "Х". Он один из лидеров Лиги Ренессанса, один из ближайших советников Джессики Штейн.

Дю Гавел улыбнулся.

- Я думаю, Антон фактически использует язык идиш, Руфь.

- Какой...

- Древний диалект немецкого, используемый евреями. Хутспе - на самом деле начинается с "х" - обозначает... - Его глаза стали немного расфокусированными. - У него нет точного перевода. Это замечательный термин, на самом деле. Ближайшими по смыслу окажутся наглость, дерзость - но с оттенком захватывающего дух самодовольства, также. Хорошей иллюстрацией является старый анекдот о человеке, который убил своих родителей для наследования, а потом, когда его поймали и осудили, утверждал, что он должен получить легкое наказание, потому что был лишен родительского руководства. Это хутспе.

Берри переводила взгляд между Виктором и Яной.

- Ладно, я это вижу. Виктор и Яна пойдут как пара, делая вид, что среди очень немногих выживших в Инциденте "Рабсилы" на Земле - это единственный агент Госбезопасности и одна из немногих Кощеев, которой каким-то образом удалось избежать резни, устроенной убийственным союзом Баллрум, Кевина Ушера - теперешнего главы ФСС - и определенного совершенно-неизвестного-тогда агента Госбезопасности по имени... Виктор Каша.

- Посмотрите на этот способ так, - сказал Виктор. - Если кто-нибудь прижмет меня, я могу дать им подробности этого эпизода, какие они никогда не слышали, но которые будут звучать абсолютно верно.

Антон тихо рассмеялся.

- Так как, по сути, потом не было выживших единиц Госбезопасности - кроме тебя. - Он посмотрел на Яну. - И, почти уверен, что никто не имеет точной записи, какие именно Кощеи были убиты в Чикаго. Некоторые выжили, в конце концов. Так почему бы не ты?

Руфь выглядела немного колеблющейся.

- Я не знаю... мне кажется, что в этом есть риск. Если было так мало выживших Кощеев в этом инциденте - а есть не так уж и много Кощеев во вселенной с самого начала - разве не будет шанса на то, что один из реальных выживших будет знать, что Яны не было среди них? Конечно, это при условии, что она столкнется с каким-либо таким на Мезе, каковое, вероятно, вряд ли. Тем не менее, это риск.

Яна покачала головой.

- Ты действительно не понимаешь, как работает общество Кощеев, Руфь. Это уровень, что можно назвать внутренней воинственностью, близкой к хищникам, чем людям. В этом не было бы ничего удивительного, если бы я рассердила других Кощеев и пошла своим путем. И, когда это произошло, я потратила изрядное количество времени на Земле в дни моей юности, большинство из них в Чикаго. Однако множество Кощеев делают это, так что я едва ли выделяюсь.

Она посмотрела на Берри. И, на мгновение могло показаться чуть-чуть неловко.

- Я даже - только в течение короткого времени - имела роман с одним из Кощеев, кто был вовлечен - несколько лет спустя, вы понимаете, я уже давно не была с ним к тому времени - в похищение твоей сестры.

Берри прикрыла рукой рот, подавляя смех.

- Подожди, я скажу Хелен!

- Для меня предпочтительнее, чтобы ты этого не делала. Во всяком случае, нет причин беспокоиться. Этот конкретный экс-бойфренд по рангу находится близко к нижнему в моем длинном списке бывших парней, память о котором я держу в веселом презрении.

Она даровала одобрительным взглядом Виктора.

- Не то, чтобы я держу обиду, ввиду того, как Виктор в конце концов взорвал ублюдка на куски дробовиком.

Виктор в ответ вежливо улыбнулся, как улыбается кто-то, когда его благодарят за то, что оказал незначительную услугу в прошлом. Такого рода вещи, вроде проводил, открыв дверь в дождь, одолжил кому-то небольшую сумму денег, убил бывшего любовника.

- Чтобы вернуться к делу, - сказал он, - если кто-то очень высоко в мезанской безопасности не вмешался, в действительности не так много шансов на то, что кто-то будет разгадывать шараду. По природе вещей, Госбезопасность следила за тем, чтобы не было записей легко доступных. Ни видео, ни фото, ни ДНК-записей, ничего. Они были методическими в этом на грани мании, особенно в годы Сен-Жюста. Таким образом, если я с кем-нибудь не познакомлюсь на Мезе, который фактически работал со мной в Госбезопасности, я не действую с большим риском. И шансы на то, что это произойдет достаточно низкие, потому что... ну...

- Ты не оставил слишком много выживших, - сладко сказал Руфь.

- Это один из способов выразиться, я полагаю.

Берри вновь нахмурилась.

- Виктор, что ты имел в виду, когда сказал "если кто-то очень высоко в мезанской безопасности не вмешался"?

Они встретились, как обычно, в глубоко захороненной оперативной комнате, которая в настоящее время также служила жильем Берри и Руфь. Глядя на свою приемную дочь, Антону пришлось подавить желание усмехнуться, возможно, уже в десятый раз после начала встречи. Было просто что-то смешное в самой молодой королеве Факела, официально председательствующей на заседании... сидя в позе лотоса на поверхности ее кровати.

Однако, большого выбора не было. Добавление Сабуро, а теперь Яны, к внутреннему кругу, битком забило места за столом переговоров, так что Руфь и Берри нашли более удобным усесться на своих кроватях - что было не затруднительно, конечно, так как кровати были прижаты столом.