Фэй Уэлдон - Жизненная сила
- Название:Жизненная сила
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АСТ, ВЗОИ
- Год:2004
- Город:Москва
- ISBN:5-17-021682-3, 5-9602-0123-2
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Фэй Уэлдон - Жизненная сила краткое содержание
Перед вами — история весьма своеобразного мужчины. Он привлекателен? Нет, он ЧЕРТОВСКИ ПРИВЛЕКАТЕЛЕН! Он — современный Казакова? Нет, скорее — современный Дон Жуан! В ЧЕМ РАЗНИЦА? Ах, вы не в курсе? Тогда вы в ОПАСНОСТИ! Потому что именно женщина, не знающая разницы между любовником и охотником, — первая жертва ОХОТНИКА!
Итак, вы понадеялись на «неземное блаженство», а получили БОЛЬШИЕ ПРОБЛЕМЫ? Не вешайте нос! Помните — на всякого Дон Жуана найдется и своя донна Анна!
Жизненная сила - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Только не Аманда, хотелось возразить мне. И не Кэтрин. Но я промолчала. Мне осточертели исповеди. Я не стала даже спрашивать Лесли, из-за чего он поссорился с дочерью.
— И конечно, незадолго до смерти Анита перестала заниматься домом, — продолжал Лесли. — Каждый день она запиралась в студии и работала. Она наконец-то стала самой собой.
— Что нам нужно, — сказала я, оглядывая замусоренную кухню, — так это позвать Мэрион и попросить сделать здесь уборку.
— А я думал, уборкой займешься ты. — Лесли коснулся узловатым пальцем моего рукава.
— Ты ошибся.
— У тебя, случайно, нет свободных денег? — поинтересовался нищий старый Лесли Бек. — Пока я не получу деньги за картины, мне не на что жить.
Я сказала, что денег у меня нет. В банке у меня лежало пять тысяч долларов — все, что осталось от отцовского наследства. Остальное съели повседневные расходы. До меня вдруг дошло, что мы с Эдом не можем позволить себе развестись. Он зарабатывал нам на хлеб, я обеспечивала комфорт.
— Почему бы тебе не купить какую-нибудь картину прямо сейчас? — спросил Лесли. — И не платить комиссионные галерее?
Это было бы несправедливо по отношению к Мэрион, но все мы знали, что Мэрион богата, как Крез, к тому же она продала ребенка Лесли Бека и не заслуживала снисходительности.
Лесли повел меня наверх по пыльной лестнице, тяжело опираясь на перила. Я решила, что он переигрывает, изображая старика, добивается, чтобы я посочувствовала ему и в конце концов легла с ним в постель, но надеялась, что этого не случится. Он не будил во мне желания, и это меня печалило. Во мне образовалась пустота, темный уголок, из которого, как от объявления о вакансиях в окне дешевого отеля, тянуло ветерком неудач, несбывшихся надежд и уменьшающихся доходов.
Мы поднимались по узкой винтовой лестнице, к пыльным ступеням которой присох кошачий помет. Я задумалась о том, что стало с кошкой: Лесли их терпеть не мог. Лесли открыл дверь студии, и солнечный свет хлынул потоком со всех сторон, всепроникающий, как радиация. Я поняла, почему Лесли Бек выглядит так жалко: ему слишком долго пришлось быть сильным, и его силы иссякли. В воздухе еще витал запах масляной краски и скипидара. Студия помещалась на чердаке, это была большая комната с огромными квадратными окнами в крыше.
Я надеялась, что прогулка Эда в ричмондском парке прошла приятно; зной и духота проникали даже сюда, в студию, вместе с выхлопными газами. Должно быть, теперь Эд дома. Он собирается с детьми в ресторан и жалеет, что меня нет с ними. Наверное, они даже позвонили Розали, но трубку никто не взял. Розали сегодня обедала с мистером Кольером, которого мне когда-нибудь придется называть Сэнди, по ее примеру.
Залитые солнцем холсты, прислоненные к стенам, излучали сияние, которое поразило меня, едва Лесли Бек распахнул дверь. Здесь были ковры, книги и фотографии, засушенные цветы и расписные ширмы, сухие краски в банках и прочие атрибуты мастерской художника — именно к такому творческому беспорядку стремился Винни и потерпел фиаско. Но разве он мог позволить себе беспорядок, живя бок о бок со Сьюзен? Когда я была молода, считала, что наши неудачи проходят незамеченными. Мы маскировали их плодовитостью, смехом, хмелем, оливковым маслом и чесноком, персиками и помидорами, спорами и болтовней — всем тем, в чем мы отказывали Аните Бек потому, что презирали ее. А она старалась сберечь все, что могла, и теперь дарила нам свои сокровища.
Анита любила яркие цвета. Картина, которую Лесли Бек принес в галерею Мэрион Лоуз, была самой светлой из ее работ и по-ученически робкой. Я так и не поняла, нравятся ли мне ее полотна. И потом, какое отношение имело мое мнение к самим картинам? Мэрион не терпела, когда кто-то заявлял при ней, что та или иная картина ему нравится. «Субъективной оценке здесь не место, — заявляла она, — вы не имеете никакого отношения к картине. Это нечто объективное, существование чего вам придется признать; человек либо обладает эстетической восприимчивостью, либо нет». А когда мы пытались выяснить, в чем состоит суть эстетической восприимчивости, она отвечала только, что все дело в способности человека совершать высоконравственные поступки. И мы отступали, подозревая ее в попытке возвыситься над нами, даже над Сьюзен.
На одной картине был изображен каркас недостроенного здания, с платформой на высоте четвертого этажа и тесной клетью, и где-то наверху угадывались фигурки людей. Анита густо накладывала краску, мазки разного цвета застывали один поверх другого. Здесь была комната одного из дешевых захудалых отелей, каких много в окрестностях вокзала Кингс-Кросс. Был и морской пейзаж с приливом, бьющимся о скалы на мысу, и узкой светлой полосой песчаного пляжа. Была удивительная пещера со сталактитами и сталагмитами причудливой формы, сросшимися и переплетенными, как фигуры на картинах Иеронима Босха. И множество спален — довольно скромных, почти заурядных, но уютных, как будто художница видела их мельком, но все-таки решила проявить снисходительность и внимание к ним. И одна подвальная комната со странным грибом, выросшим посреди нее. Я и не подозревала, что Анита была настолько талантлива.
— Я был источником ее вдохновения, — пояснил Лесли Бек. — Никто не верит мне, но это правда. Ей нравилось быть со мной, она нуждалась во мне, использовала меня. Жизненная сила принадлежала ей, а не мне. Я был ничтожеством. Чем-то вроде одной из ее кистей. Она оставалась здесь, а я покидал дом. Она отсылала меня прочь.
Он заплакал. Мне было больно видеть это. Пожалуй, мне следовало бы обнять его, но я не решилась.
— Конечно, — добавил Лесли, — женщины редко удостаиваются признания, которого заслуживают. Пожалуй, мне следовало просто сжечь все картины. Какой в них прок?
Я спросила, какая картина ему особенно правится, и он указал на изображение недостроенного здания с дощатой платформой на высоте четвертого этажа. Неожиданно для себя я обрадовалась. Я поняла, зачем приехала сюда: за чувством превосходства, за особым отношением, за тем, чтобы перестать быть женщиной, с которой жил Эд и без которой сумел обойтись Винни, женщиной, презираемой Сьюзен и подвергающейся насмешкам Розали. Мне хотелось сделаться той, чью энергию Аните Бек удалось лучше всего запечатлеть на холсте. Я тоже заплакала, хотя давно разучилась делать это изящно.
— Эта картина стоит двенадцать тысяч фунтов, — сообщил Лесли Бек, успокоившись.
— Она мне не по карману.
— Но я не могу позволить себе продать ее за бесценок.
— Об этом не может быть и речи.
— Почему бы тебе не купить ее в складчину со Сьюзен? — предложил Лесли.
— Пожалуй, нет, — отказалась я.
— Тогда возьми какую-нибудь подешевле, — настаивал он, — с интерьером спальни, например.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: