Андрей Геласимов - Разгуляевка
- Название:Разгуляевка
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Эксмо
- Год:2008
- Город:Москва
- ISBN:978-5-699
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Геласимов - Разгуляевка краткое содержание
Разгуляевка - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
«Это чего это тут?!!» — истошно завопила бабка Верка, выскакивая из дома и тут же цепляясь за дверь, чтобы не свалиться в общую кучу.
Увидав на своей завалинке выпучившую глаза пацанву, она ловко соскочила с порога, перешагнула визжавших девок и бросилась к мальчишкам, как будто это они были во всем виноваты и как будто из-за них развалилось крыльцо.
«Захлестну!»
«Полундра!» — закричал Андрюха Щербатый, у которого отец в Первую мировую служил матросом на Балтике.
Пацаны, как зайцы, бросились врассыпную. Юрка успел стащить с завалинки онемевшую от страха сестру и выскочил с ней за ворота. По дороге Нюрка сильно треснулась ногой об калитку. Витька бежал чуть позади, делая вид, что хромает, и отвлекая от них мчавшуюся на всех парах бабку Верку. Так вчетвером они пробежали до самого конца улицы, и только после этого старуха устала вилять то за одним, то за другим братом и сбавила ход.
А Митька так и остался сидеть в пыли рядом с развалившимся крыльцом и кучей-малой из копошащихся парней и девок, которые продолжали тискаться, визжать и смеяться и, казалось, вовсе не собирались вставать.
Митька сидел, опустив голову, тяжело уставившись на свои исцарапанные колени, и крепко прижимал к груди сломанную руку.
Куда пропадают отцы
О том, куда они пропадают, Петька имел довольно смутные представления. То есть он знал, что в основном они были все на войне, но куда они могли деться до нее — вот это вот был вопрос.
Впрочем, он редко задумывался о том, что куда пропадает. Его больше волновало, что откуда берется.
Дождь — из неба, спирт — из Китая, солдаты — с войны, дети — из пуза. В своем собственном появлении на свет он тоже не видел ничего исключительного. Все из пуза, значит, и он. Тут все было понятно.
Неясным оставалось только одно — как оно все туда попадало. С войной и солдатами — еще более-менее. Со спиртом в Китае — тоже можно было себе представить, но вот каким образом дождь оказывался на небе, а ребенок в пузе — вот это было да. Это было совсем непонятно.
Иногда Петька задумывался над такими вещами, и лицо у него становилось серьезным и сосредоточенным, как при мысли о еде или как в тот момент, когда он собирался отмочить какую-нибудь новую пакость. Бабка Дарья не любила у него такого лица и не трудилась особенно разбирать — чего это он там вдруг притих, поэтому Петьке временами доставалось не по делу, а как бы вперед, на всякий случай.
Так почтальон дядя Игнат всю войну старался почаще заходить ко всем подряд, чтобы к нему привыкли и не испугались, когда он постучит в дверь и войдет наконец с похоронкой.
У Митьки Михайлова с Нюркой все началось именно из-за дяди Игната. Если было, правда, чему начинаться. Потому что для неожиданного появления Петьки на свет хватило, в общем-то, одного раза. Нюрка потом на станцию с дядей Игнатом уже больше не ездила. Сидела дома, перепуганная, как мышь.
Но сначала сама напросилась.
«Можно, — говорит, — дядя Игнат, я с вами буду на станцию ездить, почту возить?»
А у дяди Игната к тому времени дочь Маня как раз вышла замуж, и ему было скучно одному на телеге сидеть.
Поэтому он сказал: «Можно».
И Артем с Дарьей не возражали. Про Митьку даже не вспомнил никто. Что он там сидит на станции, как Змей Горыныч, и караулит свою добычу.
Хотя, может, и не караулил. Может, само все придумалось, как только Нюрку на станции увидел. Как она там ходит по рельсам в своем сарафане, ножкой постукивает.
«Здорово. Ты тут чего?»
«Дяде Игнату помогаю».
«А-а. Молодец. Ну, а дома-то как? В Разгуляевке?»
Митька болтался на станции уже, наверное, полгода. Помогал обходчикам, чего-то грузил. Но больше его видели с блатной шпаной. Те наезжали сюда из Читы, из Приморья и втихую кумекали на проходящих поездах. Кто в карты играл, кто просто так по карманам шастал. Митька сперва с ними в кровь передрался, а потом таким другом заделался — хоть убей. Домой в Разгуляевку даже и не заглядывал.
«Ну, так чо? Как там?»
А Нюрке было странно, что он с ней вообще разговаривает. После того как ее брата отправили вместо Митьки учиться на тракториста и тот стал в Разгуляевке важней чуть ли не агронома и председателя, к Чижовым на двор Митька больше ни разу не заходил. Даже на улице не здоровался. Щурился только и в другую сторону куда-то смотрел.
А теперь сам заговорил. Первый. Поэтому Нюрке вдруг сильно захотелось извиниться перед ним сразу за всех. Она ведь еще помнила, какие они раньше все были друзья. И в школе на одной лавке сидели.
«Ты это… Не злишься больше, что Юрка в райцентр тогда уехал?»
«Да нет. А чо мне?»
«Я думала — ты злишься».
«Уехал и уехал. Сломанная же у меня была рука».
Нюрка опустила глаза на Митькин локоть.
«Болит еще?»
«Дура, что ли? Почти два года прошло. А хочешь посмотреть, как новые шпалы укладывают? Вон там, за пакгаузом. От них стружкой пахнет».
Короче, во второй раз Нюрка с дядей Игнатом на станцию уже не поехала. Сказала: «Не хочется что-то» — и быстро закрыла дверь.
Вот так Митька отомстил Чижовым. А те через полгода начали за ним бегать и пытаться убить его тяжелыми кольями, которые колхозный пастух Миша Якуб приготовил для строительства изгороди. Потому что им было обидно за свою сестру. В четырнадцать лет рожать — кому это надо? Да еще раньше были такие друзья.
Но не догнали.
Митька бежал от них всю дорогу от станции до Разгуляевки, и потом еще немного, пока не добрался до своего сарая. Убегал он не потому, что боялся, а потому, что признавал за ними право убить себя. И уважал это право. Однако при всем уважении умирать ему было неохота.
В сарае он разворошил кучу тряпья, вытащив из нее найденный давным-давно в Аргуни и отремонтированный наконец ручной пулемет, а когда в конце улицы появились Чижовы, вышел из распахнутой двери, расставил пошире ноги и сказал:
«Ложись, ребзя!»
Юрка с Витькой завалились в снег как подкошенные и тихо лежали там, пыхтя от долгого бега, прислушиваясь то к себе, то к Митьке, то к звездному небу, то вообще неизвестно к чему. Им обоим казалось, что все это только снится.
«Слышь, Митька!»
«Чо?»
«А у тебя патроны-то есть?»
«Хошь — проверь!»
«Да пошел ты!»
И потом еще, наверное, через минуту:
«Мы чо, так и будем здесь лежать?»
В это время добежала блатная шпана, которая кинулась со станции выручать Митьку. Они подобрались сзади к Чижовым, вынули свои ножики и нацелились их колоть.
«Вы, суки, тоже на землю!» — крикнул им Митька.
Те замерли, не поверив своим ушам.
«Ты чо, Митя, совсем опупел? Мы ж за тебя!»
«Бросай ножи, я сказал! И харями — в снег!»
Блатные немного посомневались, но потом все-таки начали опускаться на коленки.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: