Сергей Марков - Рыжий Будда
- Название:Рыжий Будда
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Русский центр «Пересвет»
- Год:1992
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Марков - Рыжий Будда краткое содержание
Это первое крупное произведение талантливого, но опального в свое время писателя. Оно было написано в тридцатые годы, однако опубликовано в 1989 году в журнале «Сибирские огни», через десять лет после смерти автора.
Остросюжетное повествование возвращает читателя к дням жесточайшей социальной трагедии – гражданской войне в восточных землях России и Монголии.
Рыжий Будда - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
– Христиан Хромой принадлежал к нашему роду. Он сорвался вместе с лошадью с подъемного моста при штурме замка в Силезии… Из доспехов, когда его нашли, вынимали мясо кусками… Я тоже погибну…
Все эти разговоры происходят довольно часто. Мне хочется крикнуть:
– Довольно, барон, хватит атавистического хамства! Я, Антон Збук, сын воинского начальника из города Кологрива, счастлив тем, что я не знаю своих предков. Я свободен от грехов, ползущих ко мне из мрака столетий!
Но вместе с тем меня тревожит тот вопрос, что все-таки откуда у меня самого являются подлости?
Бандит Канака явился с севера с остатками своего отряда, но без голубого знамени, еще развевающегося где-то там под Маймаченом, у сволочи, не желающей сдаться Щеткину.
Это – бесстыдно и страшно в одно и то же время.
Канака пришел тайно, ночью, и его прятали штабные от барона, и довольно долго, не решаясь выдавать Канаку.
Барон только перед этим спрашивал меня: «Збук, что значит, если паук опустится над головой?» Он великолепно знал, что эта примета предвещает получение известия, но прикидывался незнающим для того, чтобы я сказал ему сам о том, что будут вести.
Наконец, на второй день Шибайло сам привел Канаку к нам.
У хунхуза было прострелено насквозь плечо, он держал руку впереди себя и еле стоял на ногах.
При виде Канаки барон выпучил глаза.
Не говоря ни слова, хунхуз лег на порог, и черные ремни зашевелились на его теле.
Барон пнул Канаку ногой, он задыхался от гнева.
– Как ты смел, собака?! – закричал Юнг и от волнения стал коверкать русские слова. Я в первый раз узнал, что он не забыл остзейского акцента.
– Ты бросил остальных, – заорал снова барон. – Я беру к себе солдат, умеющих умирать, а не трусов, бегущих от одного выстрела… Я с тебя кожу сниму… с живого… Говори…
Канака поднял лицо и прополз вдоль порога.
… По его рассказам, он первым налетел на красных, и хунхузы начали рубить их шашками. Победа, была в руках Канаки, и он кинулся в погоню за отступающими. Он слышал глухой стук колотушек – ложных пулеметов, и подумал, что у врагов пулеметов действительно нет.
Но это была ловушка. Через час настоящие пулеметы заработали так, что хунхузы дрогнули и кинулись в разные стороны.
Это была настоящая бойня.
Щеткинцы загнали половину отряда в озеро и там расстреливали его в упор, ловили убегающих сербов и кричали так, что можно было подумать, что здесь действовала целая армия.
Сам Канака спасся чудом; кровь позора заливала его щеки, и, по его словам, он хотел застрелиться после этого первого проигранного им боя.
Так по крайней мере понял все я. Я – штатский человек и мог перепутать все военные тонкости и понять Канаку не так, как нужно.
Во всяком случае, я представил всю картину боя так, как описал ее выше.
– Все? – спросил Юнг и велел Канаке встать. Барон, бледнея, спросил:
– Так неужели они так сильны? Ведь им неоткуда ждать подкрепления… Штаб сообщает, что японцы взяли Читу, Петровский Завод, Верхнеудинск вот-вот падет. Щеткину нужно уходить в Россию… Странно…
При этих словах Канака вдруг рухнул на пол, сложил, как бурхан, ладони и замотал головой.
– Барон, великий барон, – забормотал он, хихикая в жутком веселье. – Отруби хунхузу Канаке сейчас же голову; он виноват, что ему намылили спину, но Канака говорит правду… Японцы ничего не взяли, это ложь.
Канака стукал ребром ладони себя по собственной. шее и просил: «Отруби мне голову, отруби!»
– Шибайло, – закричал Юнг, сбрасывая с себя халат и вытирая пот, – что это значит, откуда получены были сведения о японцах?
– Из Японского штаба…
– Завтра перевешаю всех японцев!!
Юнг схватил папиросу и сунул ее не тем концом в рот.
– Но…
Шибайло отошел в конец комнаты и оттуда, как колеса, выкатил несколько страшных слов, простота которых заставила Юнга снова побелеть.
– Выдадут нас японцы… тогда… красным… – повторил вслед за Шибайло Юнг. – Неужели это может случиться?
Канака по-прежнему раскачивался и хихикал.
– Высокий барон, – сказал он вдруг, – Японский штаб говорил тебе, что у красных нет пушек… Ого! Пусть об этом лучше спросят Канаку. Правда, на одной их батарее я вырезал всю прислугу, и пушки замолчали, но остальные еще будут говорить… не нужно верить японцам, барон… Я сам японец… Я знаю…
– Ну, а Атаман? – перебил Юнг и обернулся к Шибайло. – Ведь у нас есть еще союзники… Чжан-Цзо-Лин, например.
– Ну, а их не придется учить предательству, – громко сказал Шибайло. – В наше время все умеют делать это, – прибавил он и хлопнул себя по багровой лысине.
Мне надоело есть похлебку победителей!
– Антон Збук, вы получаете зеленый горошек от барона Юнга, вы превращены в рабочий скот, победители пользуются вашим трудом и пренебрежительно отмахиваются от вас, когда вы отдыхаете и хотите познакомить победителей с содержимым вашей души.
Так я говорю себе, и мне становится горько и обидно.
О том же Юнге напишут, может быть, статьи и целые книги, когда его будут судить, о нем придется много говорить, но знает ли кто-нибудь, что сейчас на свете существует Антон Збук, сын Збука-отца, человек без родословной?
Узнает ли кто-нибудь, что этот Антон Збук записывал приказы барона Юнга, рассуждал с ним о жизни, получал от него зеленый горошек?
Этот горошек, кажется, начинает делаться пресловутым.
За что они мучат меня?
Раньше, когда иногда задумывался о смерти, я никогда не думал умереть на войне. А теперь мне хочется иногда, чтобы меня расстреляли.
Раньше хотелось другого.
Например.
Улица. Извозчики. Вывеска. На ней слово – не разобрать: «Бани» или «Банк». Я любопытен и силюсь разобрать надпись. С тротуара мне ничего не видно, я выхожу на середину улицы и задираю голову. На высоте десяти саженей, выше, чем сады Семирамиды, – мерцают на солнце золотые буквы. Их гипноз непобедим. Вдруг я слышу падение частых, трещащих искр, и на меня падает явившаяся из хаоса молния. Потом Летит иззубренный, как большой старый пятак, буфер, и я мгновенно всем своим существом понимаю, что мое тело попало под трамвай.
– Бани, – шепчу я в невероятном восторге, совершенно не чувствуя боли.
Я слышу звонки, крики, стук тормозов.
– Бани, а не Банк, – продолжаю шептать я. Меня куда-то тащат.
– Ага, это тот тихий, круглый и зеленый дворик, который я когда-то видел во сне! Здесь улыбались женщины и плакали дети.
Сладкопахнущая короткая трава, а на ней – разбитый аптечный пузырек, красный кирпич под водосточной трубой, наполовину размытый водой, старая метла и еще что-то, поражающее радостью все мое существо.
В границах тихого дворика мечется одинокий плач. Чей он? Неважно, не надо, чтобы здесь плакала невеста, которой у меня нет.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: