Валентин Рыбин - Огненная арена
- Название:Огненная арена
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Туркменистан
- Год:1981
- Город:Ашхабад
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Валентин Рыбин - Огненная арена краткое содержание
Роман «Огненная арена» продолжает историческую тему в произведениях лауреата Государственной премии Туркменской ССР им. Махтумкули Валентина Рыбина. В нем раскрывается зарождение и становление социал-демократической партии в Туркменистане, приход в партию национальных кадров.
Роман создан на основе архивных документов и устных преданий о том беспокойном и грозном времени, которое разбудило туркменский народ, призвало к борьбе за свободу.
Огненная арена - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Долой Государственную думу! Даешь Учреди» тельное собрание!
С группой служащих и жандармов вышел из Управления начальник дороги генерал-майор Ульянин. На сморщенном старческом личике гримаса разочарования:
— Ну что это, в самом деле, господа хорошие? Неужто так и не придет конец этим забастовкам?
Генерал прошел со свитой лишь до площади. Тут к нему бросилась целая толпа солдат с винтовками и, толкая, прогнала прочь.
Появились на конях Жалковский, новый начальник уезда полковник Петров и полицмейстер Еремеев. Ринулись в самую гущу народа, где Метревели громко зачитывал 30 параграфов требования к властям, а солдаты дружно скандировали: «принять!»
— Посторонись, посторонись, ребятушки! — взывал полицмейстер.
— Опомнитесь, солдаты и граждане, опомнитесь! — вторил ему полковник Петров.
Жалковский пробивался вперед, сидя в седле, с поднятой рукой, и тоже призывал разгневанную публику к совести. Но господам так и не удалось усовестить солдат. Когда ехавший первым Еремеев стал напирать на толпу, какой-то солдат снял фуражку и ударил ею по морде лошадь. Испуганная кобыла шарахнулась в сторону, затем заржала и «выкинула свечу». Полицмейстер едва не вывалился из седла. Кони двух других офицеров испуганно захрипели, попятились, приседая на задние ноги. А толпы солдат принялись улюлюкать, пока офицеры не повернули назад и не скрылись в зеленом коридоре Анненковской улицы.
Прошло еще с полчаса, и к площади приблизилась черная карета начальника области, генерал-майора Ко» саговского. Ее сопровождал эскорт конных казаков. Увидев вышедшего из коляски самого командующего, бунтовщики на какое-то время растерялись. А он, низенький и кривоногий, с длинными, как у обезьяны, руками, энергично пошел на солдат, расталкивая их, и остановился в центре площади. Бунтовщики, смущенные его натиском, расступились, образовав круг.
— Ну ще, служивые! Ще испужалися! — заговорил генерал. — Не бойтеся своего генерала! Я же для вас, для каждого, заместо отца родного, понимаете! А нукось подойдите ко мне поближе, побалакаем по-свойски. Поближе, поближе, родимые! Не кричать же мне на весь майдан! Я ж не забастовщик, я смирный, порядочный генерал и ваш родной отец!
— Ишь ты, ушлый-то какой! — донеслось из толпы, и солдаты дружно засмеялись. И тот же голос раздался вновь: — Отцом родным прикинулся! И кем только не станешь со страху-то?
— Ну, ладно, родимые, — чуть строже сказал Косаговский. — Позубоскалили — и ладно. И хватит. И достаточно, так сказать. Давайте-ка послушайте старого солдата. Я ведь, коли хотите знать, свою службу государю и отечеству начинал с нижнего чина. Еще во времена Михал Дмитрича Скобелева. Так что все выкрутасы солдатские мне оченно понятны. Я пожаловал к вам сюда, чтобы объяснить: ваш поступок — тяжкое преступление, которое называется вооруженным бунтом, и является позором. Я уверен, что большинство из вас — верные слуги царя, и вовлечены в это преступление несколькими негодяями. Опомнитесь и вернитесь к честному исполнению своего долга. А я, родимые мои, беру на себя смелость ходатайствовать за вас перед военным министром и государем-императором, прося помилования и прощения. Это для меня будет удобно, ибо на днях я еду в Петербург.
— Выслушайте требования нижних чинов! — разнесся голос Нестерова. — Вы, господин генерал, даже не соизволили выслушать, что они требуют, а уже беретесь просить для них прощения и помилования!
— Ладно, родимые, говорите, я послушаю. Кто первый, начинайте, спрашивайте, отвечу вам, как отец родной.
— Вот вы приехали к нам и первым долгом ищите каких-то главарей, — сказал Метревели. — Вы ищите их, чтобы побыстрее арестовать и держать в тюрьме, как правительство держит семьдесят две тысячи славных борцов за свободу! Вы тоже готовы перестрелять нас, как это сделало правительство с нашими отцами и братьями, и делает теперь!
— Молчать! — крикнул генерал. — Молчать, приказываю! Отвечайте — какой иголкой вас укололи, что вы подняли бунт?
— Расстрелы и отправка нижних чинов в дисциплинарный батальон! — ответил Метревели. — Мы требуем их немедленного освобождения, кацо!
Солдаты дружно засмеялись: уж очень всем понравилось, что грузин назвал генерала «кацо». И тут же разнесся голос Нестерова:
— Товарищи, требуете ли вы освобождения арестованных?
— Требуем! — последовал дружный ответ. И все принялись хором скандировать: «Требуем! Требуем! Требуем!»
Косаговский пытался что-то говорить, кричал ревущей толпе, но голос его не был слышен. И он, озлобившись, плюнул, растер плевок сапогом и побежал к карете. Как только он уехал, сразу началась паника.
— Братцы, сейчас казаков пришлет! Расстреляют нас! — закричал какой-то солдат.
— Расстреляют всех, как ташкентцев! — подхватил второй.
— Братцы, у кого нет оружия — вооружайтесь!
Нижние чины железнодорожной роты, вышедшие на площадь без винтовок, кинулись в казарму, оттеснили дежурного, открыли замок на пирамиде и разобрали винтовки. Боеприпасы находились на складе, Солдаты схватили командира роты, отобрали у него ключи, кинулись на склад за патронами. Притащили цинковые коробки, разобрали обоймы с боевыми патронами. Тут же выскочили на площадь, готовые дать отпор правительственным казакам.
Но не за казаками отправился Косаговский. Приехав в штаб, он тотчас вызвал по прямому проводу генерал-губернатора Суботича и доложил о восстании солдат в Асхабаде.
— Деан Иваныч… Ваше превосходительство! Немедленно полк, а то и целую дивизию стрелков! Иначе несдобровать нам! Умоляю вас, Деан Иваныч. Если б смог сам справиться, сролу бы просить помощи не стал!
Суботич пообещал немедленно выслать подкрепление. И Косаговский, оторвавшись от телефонной трубки, закричал:
— Жалковский, мать вашу так! Чего вы топчетесь, как принцесса исфаганская?! Поднимайте на ноги всех полицейских, всех жандармов. Зачинщиков надо схватить! Разве не видели там, на площади! Солдат подстрекает какая-то незначительная банда социал-демократов. Ловите большевиков и прямо на виселицу! Будем судить своим судом!
Правитель канцелярии выскочил от Косаговского, как ошпаренный. Тон генерала и беспардонность возмутили его, тем более, что правитель совсем недавно надел генеральские погоны.
— Какой бузотер, какой неуравновешенный человек, — заворчал Жалковский, идя по коридору.
Ораз-сердар, Черкезхан, еще с десяток офицеров штаба теснились на пороге, не зная, что предпринять. Тут же тяжело дышал, утираясь платком, полицмейстер Еремеев. Жалковский обратился к нему:
— Господин полковник, вам известны зачинщики бунта?
— А как же, господин генерал! Опять все те же: Нестеров, Вахнин, Шелапутов… И солдатики некоторые связаны с ними. Слышали, как распалялся грузин какой-то?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: