Владимир Гусев - Горизонты свободы: Повесть о Симоне Боливаре
- Название:Горизонты свободы: Повесть о Симоне Боливаре
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Политиздат
- Год:1972
- Город:М.
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Гусев - Горизонты свободы: Повесть о Симоне Боливаре краткое содержание
Владимир Гусев — прозаик, критик, кандидат филологических наук. Он автор литературоведческой книги «В середине века», прозаической — «Утро и день», повестей «Душа-Наташа», «Жизнь. Двенадцать месяцев», множества рассказов, около двухсот статей, рецензий, очерков.
Для Гусева-писателя характерен интерес к духовным проблемам в социальном их выражении, к вопросам ответственности человека перед собой и перед обществом, взаимоотношений человека и природы.
Новая его книга посвящена Боливару — руководителю и герою борьбы за независимость латиноамериканских народов в начале XIX века.
Повесть пронизана пафосом революционного подвига, в ней находят отражение проблемы отношения революционера к народным массам, революционного действия к нравственному началу жизни.
Горизонты свободы: Повесть о Симоне Боливаре - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Быть может, — холодно сказала Мануэлита; она прищурилась, блеснула глазами. — Но я женщина. Женщина и креольская кровь; у меня своя память и счеты — свои. Пусть он там навел благоденствие и распространил ваше просвещение — этот восемнадцатый век; все это не мое дело. Эти собаки, они ничего. У меня была пума, потом вторая, да пришлось отпустить, стала велика. Пошла на свободу.
Она прекрасно произносила это слово — «свобода».
Они помолчали.
— Да, ты осталась… я тебя поздравляю, Мануэлита. Ты достойна его, — сказал Родригес.
Она молчала, доставая стаканы.
— Да, мой Симон, — затянул Родригес угрюмо. — Если бы он не сплоховал в конце…
— Что? Что? — вдруг выпрямилась неукротимая Мануэла.
— Я говорю… если бы он им не поддался в конце, — с неожиданной робостью молвил старик, с опаской поглядывая на полуседую женщину. Но она уже обрела свою силу, невозмутимость.
— Вы ничего не поняли в нем, в Освободителе, хотя и его учитель, — спокойно сказала Мануэлита, наливая вино и изящным еще движением придвигая кувшин с водой. — Восемнадцатое столетие! Разум! Природа! Ну да, и восемнадцатое, и природа, и разум. И вы — учитель. И этот Руссо. И все-таки вы ничего не поняли. Он жил в другое время, в другой стране, и он был — Боливар .
— Конечно, Мануэлита, — кивал, исподлобья глядя, старик. — Если бы, как Устарис…
— Устарис! Устарис ваш умер, не выходя из своего дома. Герой! Вот это — ваше столетие, ваше Просвещение. Боливар же был другой. И, если хотите, его величие было — в его конце. Во всем, что было в конце. Но вам это не понять, я вижу. Я и сама — глупа, но я ведь знаю его и чувствую. Он живет для меня, как жил, я узнаю его все сильнее, все лучше.
Глаза ее и тепло, и надрывно глядели куда-то мимо окна.
Старик неожиданно посерьезнел, заважничал и облокотился на стол, подпирая седую голову.
— Вся его жизнь, все это, и этот конец, и жизнь… ты это хочешь сказать? — спросил он, глядя тяжелым и проницательным взором.
— Да, это , — ответила пожилая женщина, хотя, казалось, сам дьявол не понял бы, что там пробормотал суровый старик.
— Он ничего для себя не делал, — сказал Родригес.
— Да. Он ничего для себя не делал… не сделал, — глухо, как эхо, сказала Мануэлита.
И старый вольтерьянец угрюмо и тяжело задумался.
Оба смотрели в прошлое, видели между собой, за столом, знакомого человека — каждый по-своему.
И ничего не хотели сказать.
Примечания
1
Испанская мера длины тех лет: 0,83 м.
2
Мера веса, около 12 кг.
3
Порабощенные земледельцы в древней Спарте.
4
Племя, некогда победившее индейцев аймара и вместе с ними составившее основное население империи инков. В войске Боливара были люди со всего континента и из многих стран мира.
5
Туаз — около двух метров.
6
Ныне Боливия.
Интервал:
Закладка: