Михаил Шолохов - Они сражались за Родину (Главы из романа)
- Название:Они сражались за Родину (Главы из романа)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Михаил Шолохов - Они сражались за Родину (Главы из романа) краткое содержание
Они сражались за Родину (Главы из романа) - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
- Выдвинулся на исходные позиции, но все равно он не пройдет! - со смешком зашептал Хмыз.
- Вас, молодой человек, окончательно испортила фронтовая обстановка. Вы неисправимы, как я вижу, - возмущенно сказал Акимов.
- А ну, кончай разговоры! - сипло зашептал старшина.
- И чего он шипит, как гусак на собаку? Дело его стариковское, лежал бы себе да посапливал в две отвертки... Не старшина у нас, а зверь на привязи...
- Я тебе завтра покажу зверя! Ты думаешь, я тебя по голосу не узнал, Некрасов? Как ты голос не меняй, а я тебя все равно узнаю!
Минуту в горнице держалась тишина, нарушаемая разноголосым храпом, потом Раколов с нескрываемой досадою проговорил:
- Не продвигается! И чего он топчется на исходных? О, зараза! Он пока выйдет на линию огня, всю душу из нас вымотает! О господи, послали же такого торопыгу. К утру он, может, и доползет до сеней...
Еще немного помолчали, и снова Раколов, уже с отчаянием в голосе, сказал:
- Нет, не продвигается! Залег, что ли? И чего бы он залег? Колючую проволоку она протянула перед кухней, что ли?
Окончательно выведенный из терпения, старшина приподнялся:
- Вы замолчите ныне, вражьи сыны?
- О господи, тут и так лежишь, как под немецкой ракетой... - чуть слышно прошептал Раколов и умолк: широченная ладонь Копытовского зажала ему рот.
В томительном ожидании прошло еще несколько долгих минут, а затем на кухне зазвучал возмущенный голос хозяйки, послышалась короткая возня, что-то грохнуло, со звоном разлетелись по полу осколки какой-то разбитой посудины, и хлестко ударилась о стену дверь, ударилась так, что со стен, шурша, посыпалась штукатурка и, жалобно звякнув, остановились суетливо тикавшие над сундуком ходики.
Спиною отворив дверь, Лопахин ввалился в горницу, пятясь, сделал несколько быстрых и неверных шагов и еле удержался на ногах, кое-как остановившись посредине горницы.
Старшина с юношескою проворностью вскочил, зажег керосиновую лампу, приподнял ее над головой. Лопахин стоял, широко расставив ноги. Иссиня-черная лоснящаяся опухоль затягивала его правый глаз, но левый блестел ликующе и ярко. Все лежавшие на полу бойцы привстали, как по команде. Сидя на разостланных шинелях, они молча смотрели на Лопахина и ни о чем не спрашивали. Да, собственно, и спрашивать-то было не о чем: запухший глаз и вздувшаяся на лбу шишка, величиной с куриное яйцо, говорили красноречивее всяких слов...
- Александр Македонсков! Мелкая блоха! Ну, как, скушал нежданку? уничтожающе процедил сквозь зубы бледный от злости старшина.
Лопахин помял в пальцах все увеличивавшуюся в размерах шишку над правой бровью, беспечно махнул рукой:
- Непредвиденная осечка! Но зато, братцы, до чего же сильна эта женщина! Не женщина, а просто прелесть! Таких я еще не видывал. Боксер первого класса, борец высшей категории! Слава богу, я на обушке воспитывался, силенка в руках есть, мешок в центнер весом с земли подыму и унесу, куда хочешь, а она схватила меня за ногу повыше колена и за плечо, приподняла и говорит: "Иди спи, Петр Федотович, а то в окно выброшу!" - "Ну, это, - говорю ей, - мы еще посмотрим". Ну и посмотрел... Проявил излишнюю активность, и вот вам, пожалуйста... - Лопахин, морщась от боли, снова помял угловатую лиловую шишку над бровью, сказал: - Да ведь это удачно так случилось, что я спиною о дверь ударился, а то ведь мог весь дверной косяк на плечах вынести. Ну, вы как хотите, а я - если живой останусь - после войны приеду в этот хутор и у лейтенантика эту женщину отобью! Это же находка, а не женщина!
- А как же теперь овца? - удрученным голосом спросил Некрасов.
Взрыв такого оглушительного хохота был ему ответом, что Стрельцов испуганно вскочил и спросонок потянулся к лежавшему в изголовье автомату.
- А находка твоя завтра кормить нас будет? - сдерживая бешенство, спросил старшина.
Лопахин жадно пил теплую воду из фляжки и, когда опорожнил ее, спокойно ответил:
- Сомневаюсь.
- Так чего же ты трепался и головы нам морочил?
- А что ты от меня хочешь, товарищ старшина? Чтобы я еще раз сходил к хозяйке? Предпочитаю иметь дело с немецкими танками. А уж если тебе так не терпится - иди сам. Я заработал одну шишку, а тебе она насажает их дюжину, будь спокоен! Что ж, может, проводить тебя до кухни?
Старшина плюнул, вполголоса выругался и стал натягивать гимнастерку. Одевшись и ни к кому не обращаясь, он угрюмо буркнул:
- Пойду до председателя колхоза. Без завтрака не выступим. Не могу же я являться по начальству и сразу просить: покормите нас, босяков. Вы тут поспокойнее, я скоро обернусь.
А Лопахин лег на свое место, закинул руки за голову, с чувством исполненного долга сказал:
- Ну, теперь можно и спать. Атака моя отбита. Отступил я в порядке, но понеся некоторый урон, и ввиду явного превосходства сил противника наступления на этом участке не возобновляю. Знаю, что смеяться надо мной вы будете, ребята, теперь месяца два - кто проживет эти два месяца, - об одном прошу: начинайте с завтрашнего утра, а сейчас - спать!
Не дожидаясь ответа, Лопахин повернулся на бок и через несколько минут уже спал крепким, по-детски беспробудным сном.
Рано утром Копытовский разбудил Лопахина:
- Вставай завтракать, мелкая блоха!
- Какая же он блоха? Он - Александр Македонский, - сказал Акимов, чистой тряпкой тщательно вытирая алюминиевую ложку.
- Он покоритель народов и гроза женщин, - добавил Хмыз. - Но вчера он не прошел, хотя я его об этом и предупреждал.
- На такого покорителя понадейся - с голоду подохнешь! - сказал Некрасов.
Лопахин открыл глаза, приподнялся. Левый глаз его смотрел, как всегда, бойко и весело, правый, окаймленный синеватой припухлостью, еле виднелся, посверкивая из узко прорезанной щели.
- Ну и приголубила она тебя! - Копытовский фыркнул и отвернулся, боясь рассмеяться.
Лопахин отлично знал, что единственным спасением от насмешек товарищей послужит только молчание. Насвистывая, с видом абсолютно равнодушным, он достал из вещевого мешка полотенце и крохотный обмылок, вышел на крыльцо. Бойцы, умываясь, толпились возле колодца, а в примыкавшем к дому садике на траве были разостланы плащ-палатки, и на них густо стояли котелки, тарелки, миски. Неподалеку жарко горел костер. На железном пруте над огнем висел большой бригадный котелок. Нарядная хозяйка поправляла огонь, склоняясь могучим станом, помешивала в котле деревянной ложкой.
Все это было как во сне. Лопахин ошалело поморгал, протер глаза. "Явная чертовщина!" - подумал он, но тут ноздри его уловили запах мясной похлебки, и Лопахин, пожав плечами, сошел с крыльца. Остановившись у костра, он галантно раскланялся.
- Доброе утро, Наталья Степановна!
Хозяйка выпрямилась, метнула быстрый взгляд и снова наклонилась над котлом. Розовая краска заливала ее щеки, и даже на полной белой шее проступили красные пятна.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: