Валерий Попов - Прелести лета
- Название:Прелести лета
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Валерий Попов - Прелести лета краткое содержание
Прелести лета - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
И солнце, кстати, тоже остановилось над горизонтом - давно уже заходит и не может зайти. Да - этот бесконечный день запомнится мне!.. если, конечно, когда-нибудь кончится. После борьбы с пятым, кажется, буксиром с вереницей плотов я вытер запястьем пот, глянул на берег... А-а! Старик вместе с овцами исчез. Значит, я сдвинул время, заставил земной шар повернуться, упираясь в него багром? Солнце, правда, все столь же ярко разливалось по горизонту, но солнце - мелочь! Бывает - задумалось маленько. А я, ликуя, выскочил на широкий разлив - огромная река пересекала канал, по берегам - красивые церкви, с горки спускается зубчатой стеной монастырь. Я замер. Вот оно, счастье. Причем - заслуженное, натруженное. Тело сладко гудело, давно такого не испытывал. На медленной скорости, тихо тарахтя, мы проплывали эту красоту... Неужели это Старая Ладога, древняя столица Руси и я, практически волоком, добрался до неe?.. Безусловно. Хоть чего-то ты в этой жизни достиг! На далеком берегу воротца - продолжение берегового Ладожского канала, не спеша подруливаем туда - заодно любуемся, наслаждаемся... Лодки с рыбаками там и сям. Есть же люди, которые могут пить это счастье каждый день, с толком и не спеша! И я с ними почти наравне наслаждаюсь чудесным вечером.
Из каюты вдруг высунулась лохматая башка, затем на четвереньках выползло странное существо. Держась за рубку, встало, покачиваясь. Напоминает Никиту. Но сильно пьяного. Нижняя мокрая губа безвольно свисает, мутные зенки блуждают. Весь облеплен лосиными мухами: не все, оказывается, покинули нас - на его долю осталось. Сейчас подтянутся братаны - и сказка кончилась... Те не проснулись, к счастью, но и одного Никиты хватило! Короткопалой своей ручонкой сцапал штурвал, стал выкручиватъ, выруливать назад - я, с трудом выходя из счастливого оцепенения, перехватил штурвал.
- К-куда? - заорал я.
- Т... т... т... тазат! - с трудом двигая распухшим языком, выговорил он... "Назад", надо понимать? Ну нет уж! Я отпихнул его. Устояв на ногах, он изумленно озирался. Красота эта явно не устраивала его. Помню насмешливые стихи Игорька, посвященные одному из наших совместных плаваний: "Белеет парус одинокий в тумане моря голубом. Под ним товарищ кривоногий с разбитым в пьяной драке лбом. Под ним струя, светлей лазури, над ним луч солнца золотой, а он, мятежный, ищет дури, как будто в дури есть покой!"
Похоже! Дико таращаясь, он снова сунулся к штурвалу.
- Куда ты?
- Н-н-назад! П-почему... Игорька там нет? - ткнул пальцем в каюту. Спохватился! Слава богу, что его там нет. - Н-н-назад!
На этот раз он ухватил штурвал весьма крепко, и мы рулили туда-сюда, поочередно друг друга побеждая, выписывая затейливые узоры на солнечной глади перед носом проходящих судов. На фоне такой красоты столь безобразная сцена.
- Н-нельзя плыть без Игорька! - завопил он.
По форме - безобразно, но верно по сути. Игорек давал нашей жизни этакий налет великосветской прогулки. Помню, как однажды во время шторма он подал нам элегантные коктейли и обижался, что мы пьем не через соломинки! "Какие соломинки? Ты посмотри, что творится!" - мрачно, но влюбленно глядя на него, кивнул Никита на волны, огромные, вороненые, время от времени подергивающиеся ещe мелкой рябью от какого-то дополнительного мелкого ветерка. "Действительно, Никита, - что это?" - брезгливо проговорил Игорек, глянув в иллюминатор... и пристыженные волны вскоре утихли. Да, как нам не хватает ero! Без него плавание превращается в какой-то тяжкий крестьянский труд с перерывами на пьянство и драки. Никакого праздника. Теперь лишь суровый расчет может как-то держать нас на плаву. Я отпихнул Никиту - он стоял на корме, бессмысленно раскачиваясь и икая. Сейчас упадет. Но штурвал мне не выпустить - нужно попасть в продолжение канала: от старания я даже высунул язык.
В Ладогу нам не надо - оттуда доносится свист и рев. В прошлый год мы уже побывали в штормовой Ладоге! Черное небо, черные валы с кружевной "пенкой". К тому же пошел вдруг - в июле месяце - снег! Плюс - били нас шаровые молнии, с Иркиным лицом... Такой вот "плач Ярославны"! С Ладогой, так что, повременим. Плыть по Волхову до Ильмень-озера, до батюшки-Новгорода? Превратиться в легендарного Садко, богатого гостя, опуститься на дно и общаться с подводными тварями? Рановато нам еще в эпос хотелось бы пожить немного в реальности. Хотя и она у нас довольно причудлива. Ликуя, я подходил к каналу - и вдруг оттуда высунулось какое-то мурло, похожее на гигантское земноводное, гибрид жабы со змеей. А окрестные жители, в лодках и огородах, почему-то совершенно не дивятся тому чудищу, даже не смотрят на него - видно, со стародавних времен уже привыкши к битвам со змиями, привычное дело. Лишь новичку боязно... Вылезло наконец. Плоское брюхо летит над водой, под ним дрожит горячий воздух... Судно на воздушной подушке! То, что казалось мне зрачками по всему телу, - всего лишь головы пассажиров за грязным стеклом. Уф! Разгулялись нервы - причем не только у меня. Готовясь к битве со змием, я как-то забыл о друге. А он не только готовился, но - сразился. Когда чудище, ревя, поравнялось с нами, Никита решительно качнулся на корме и - прыгнул. И - свершилось чудо. Мухи, доселе облепляющие Никитушку сплошь, дрогнули и, храня его облик вниз головой, остались в воздухе, и, повисев, двинулись к берегу. В растерянности я бросил штурвал... Душа вылетела из тела? Похоже на то. С ужасом я успел разглядеть, как трепало тело (надеюсь, уже бесчувственное?) в воздушной подушке, растягивая рот, бессмысленно надувая щеки. Оттащит его в город и выкинет там, у Александро-Невской лавры, где находится и наш знаменитый Речной вокзал? Нет. И тело не пригодилось. При входе в канал (в ту часть, которую мы уже прошли) судно выпихнуло Никитушкино тело, его взлохмаченная башка замелькала на глади, словно приглаженной утюгом, но кипящей мелкими пузырьками. Жив? А что же душа? Медленно улетает назад, к Петербургу. "Лишь тело", однако, бойко подплыло к катеру, ухватило сброшенный мною трап, вскарабкалось, оставляя лужи, прошлепало уже босыми почему-то ногами по палубе (ботинки, очевидно, остались в воздушной подушке? Но это, увы, не главная из потерь) и, глянув на меня абсолютными пустым взором (чего ещe от тела-то ждать?), оно сверзилось в каюту и захрапело. Катер-саркофаг...
Теперь все равно, куда это везти... но проще как-то вперед. Это считается почетней. Я устал и, чтобы как-то слиться с коллективом, взял незаконченную ещe бутылку "черта" и пригубил до дна.
Зарулил в продолжение канала - и тут меня развезло. Сильный, ч-черт, оказался! Блаженство спустилось на меня. То ли из-за высоких берегов канала, то ли - уже пора - сильно стемнело. А раз не видно ни черта, так незачем и рулить - катер, как лошадь, отыщет стойло. Я привольно раскинулся на корме. Канал узкий, как коридор, и из него мы никуда не денемся - куда-нибудь приплывем. Довольно долго я любовался звездами, мотор мерно стучал. Никакого тебе встречного движения. Видно - в полной тьме по каналу плавают лишь такие романтики, как я. Несколько раз я задремывал, потом просыпался... звезды все те же... значит, все хорошо. В очередной раз приподняв голову, вместо уютных огоньков избушек во тьме я увидел тьму полную. Стук мотора перестал двоиться в берегах, звучал как-то робко и неуверенно. Куда тут нам? А неважно! Везде наши люди - других тут нет. Мысль эта потрясла меня своей глубиной. Я гулко захохотал - и эхо откликнулось, правда, нескоро. Значит, где-то есть берега. Чего волноваться? Счастье, уютность той ночи я помню до сих пор. Находился в полной тьме - но в тишине нашей, в нашей темноте! Какое блаженство. Несколько раз звук менялся... А-а, понятно: сели на мель. Ни секунды не раздумывая, я уверенно спрыгнул с кормы, уперся ладошками по бокам работающего винта, напрягся, и катер ушел во тьму - что почему-то вовсе меня не встревожило. Черт гулял во мне. Куда, собственно, катер денется - это наша тьма, наша вода. Точно: вон он белеет, совсем недалеко - к счастью, сел снова на мель. Я не спеша плыл к нему в полной тьме, в такой теплой черной воде. Давно я не был так счастлив. Словно специально подчеркивая торжественность ночи, мотор вдруг икнул и затих. Кончилась солярка? Ну а зачем нам она, когда все тут и так родное? Я вдруг увидел сбоку от носа блеснувший в воде настил из бревен, спрыгнул на него с чалкой, обмотал еe вокруг крайнего щербатого бревна, потом привольно раскинулся на корме и уснул. Какая разница - где мы? Везде будет хорошо. Может, подумал я, засыпая, то лучший день моей жизни был...
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: