Валентин Свенцицкий - Ольга Николаевна
- Название:Ольга Николаевна
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Даръ
- Год:2008
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Валентин Свенцицкий - Ольга Николаевна краткое содержание
Одна из лучших новелл начала ХХ века.
Ольга Николаевна - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Ольга Николаевна удивилась: он всегда принимает больных до двух. Должно быть, изменил часы.
Доктор остановился и сказал:
— Я шёл по шоссе и издали узнал вас по синему шарфу.
— Я не знала, что вы гуляете утром, — проговорила Ольга Николаевна, почему-то чувствуя неловкость.
— Сегодня такой день особенный. И не жарко, и тихо. У нас редко выдаются такие дни, я и сбежал, — улыбнулся он.
Первый раз он говорил с ней не о болезни, и всё казалось в нём новым. На нём мягкая серая шляпа, которая очень идёт к нему. В руках тонкий стебель розы с белым бутоном. Он, оказывается, очень высокого роста. Ольга Николаевна раньше не замечала этого.
Чтобы скрыть чувство неловкости, она говорит:
— Я давно хотела спросить вас: можно ли мне ходить в горы?
— Можно, только не надо уставать.
— Ах, я так рада. Мне надоело сидеть на одном месте.
— Пройдёмтесь немного по шоссе, — предложил он.
— Пойдёмте, — сказала Ольга Николаевна и, быстро нагнувшись, подняла две большие белые раковины.
— Вы знаете, доктор, я не могу равнодушно видеть белые раковины. У меня скоро будет полон ящик.
Доктор взял раковины, положил их бережно на свою большую ладонь и неожиданно сказал:
— Ольга Николаевна, пожалуйста, не зовите меня доктором…
Он беспомощно покраснел. И, чтобы она не обиделась на его замечание, поспешно прибавил:
— Это моё больное место… Я ведь совершенно не на своём месте. Терпеть не могу медицины. И если доктор, то поневоле.
Он говорил это так стремительно-откровенно, что Ольга Николаевна сразу не нашлась, что сказать ему.
Прошли несколько шагов молча.
— Вас зовут Андреем Владимировичем?
— Да…
— Мужа моего тоже зовут Андреем, — почти машинально произнесла она вслух. И, снова помолчав, сказала: — Вы знаете, мне всё время казалось, что вы непохожи на доктора. Я почему-то считала вас музыкантом.
Он очень удивился:
— Представьте себе, это так и есть. Больше всего я музыкант. По крайней мере, ничего не люблю так сильно, как музыку.
— А сами играете?
— Играю, но… на всех инструментах.
— Почему «но»?
— Потому что это самый дурной признак для музыканта…
И оба они смеялись, и этот разговор сразу сделал их ближе друг к другу.
— Почему же вы сделались доктором, а не музыкантом? — спросила она, чувствуя, что теперь может спросить о чём угодно и это не будет неловко.
— Да как вам сказать. Кажется, больше всего из-за денег, — просто сказал он. — У отца большая семья. Надо было выбирать такой факультет, который дал бы сразу верный заработок. На семейном совете решили: быть мне доктором. И стал я доктором.
Ей хотелось на откровенность ответить откровенностью. Она сказала:
— Я тоже не на своём месте. Только между мною и вами большая разница: вы, по крайней мере, знаете, что любите по-настоящему, а я нет.
— А что не любите, знаете? — спросил он. Повернулся и посмотрел ей прямо в лицо.
— Да, знаю. Я не люблю мужа, — отчётливо выговорила она, — и… вас, может быть, удивит, не люблю детей… Я вышла замуж очень рано — семнадцати лет. Мне хотелось жить самостоятельно и быть совсем взрослой. Теперешний мой муж знал меня с детства. Я привыкла считать его своим человеком. Он сделал мне предложение — я вышла. С первых же дней поняла, что не люблю его. А детей… знаете, это ужасно странно… я любила, только покуда они были совсем маленькими, лет до пяти… потом всё меньше и меньше… А теперь мне безразлично, есть они или нет… и что с ними… Иногда тяжело это. Я бы так хотела любить их… да не любится, — с горечью вырвалось у неё, и, чтобы скрыть это, она шутливо прибавила: — Лучше быть доктором и не любить медицины, чем быть женой и не любить мужа: так что вы всё-таки счастливее меня… А потом ещё одна разница между нами…
Она не договорила. Он подождал и спросил её:
— Какая?
— Вы здоровы, а я больна…
Андрей Владимирович осторожно взял её руку и сказал:
— Вы будете здоровы… вы скоро поправитесь. Я, может быть, плохой доктор; но я верю в это…
Ольга Николаевна чувствовала, какая у него большая и сильная рука: по сравнению с ним у неё как у маленькой девочки. И он держит её, точно взрослый ведёт гулять.
По обе стороны шоссе яркой лентой тянется молодая, ещё не запылённая зелень. Горы стоят близкие, ясные. Море, небо, воздух — всё пронизано тёплыми солнечными лучами.
Теперь они шли почти молча. Перекидывались отдельными фразами. Но каждое, самое незначительное, слово имело какое-то отношение к тому главному, что знали они оба.
Ольга Николаевна удивилась, когда он спросил её:
— Вы не устали?
И сказала:
— Я даже не заметила, сколько прошли.
— А всё-таки пойдёмте домой.
— Но я же совсем не устала, — радуясь, повторяла она.
— Для первого раза довольно.
— Вы мне говорите это как доктор? — смеялась Ольга Николаевна.
— Да, как доктор.
— А что мне скажет Андрей Владимирович?
— Андрей Владимирович скажет: будем ходить весь день и всю ночь; взойдём на высокую гору и будем сидеть там и смотреть на море. Но вы Андрея Владимировича не слушайте: он очень неблагоразумный… особенно сегодня.
— Значит, я должна слушать скучного доктора?
— Да, скучного доктора.
Они говорили всё это, уже повернув назад по шоссе.
Ольге Николаевне хотелось идти быстро и говорить всё, что приходило в голову. Она не задумывалась ни над одним своим словом и не вслушивалась в то, что он говорил ей.
Когда они подходили к белому забору санатория, Андрей Владимирович сказал:
— Поставьте эту ветку в воду — бутон распустится.
Он подал ей розу, которую нёс в руках.
Она взяла молча. Забыла поблагодарить и, пока шла до своей комнаты, держала её около губ…
Долго стояла Ольга Николаевна около открытого окна: смотрела в сад.
Пусто и тихо было кругом, но она прислушалась к себе, как будто бы хотела понять что-то.
Бесцельно прошлась по комнате. Увидала зеркало. Остановилась — посмотрела как в постороннего человека: «Лицо немного усталое… но ещё совсем не старое… никто не даст и тридцати лет».
Подошла к столу, взяла ветку розы и долго вдыхала запах бутона. Поставила назад и только тут заметила на столе письмо. Прочла адрес на конверте. Не распечатывая, положила назад: «Это потом… А сейчас пусть всё будет другое…»
Она пропустила время обеда. Не хотелось встречаться с больными и идти в столовую. В светлой маленькой комнате с гладкими белыми стенами тесно. Теперь хорошо сидеть на берегу моря, у самого прибоя, и слушать, и смотреть вдаль, ни о чём не думая.
Она взяла синий шарф, как будто бы эта вещь принадлежала теперь не ей, а ему, потому что он узнал её по синему шарфу. Повязала им голову вместо шляпы и, боясь встретить кого-нибудь из больных или из служащих, пошла к морю, опять на то место, где встретились они утром.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: