Юрий Рытхэу - Нунивак
- Название:Нунивак
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:«Молодая гвардия»
- Год:1963
- Город:М.,
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юрий Рытхэу - Нунивак краткое содержание
Нунивак — это селение на берегу Берингова пролива Здесь в нынлю — жилищах, выдолбленных в скале, — живут эскимосы. Веяние новой жизни дошло и до них. Жителям селения предлагают переселиться в более удобные места, но не легко расстаться с обычаями прошлого, покинуть насиженные места Постепенно уходит из Нунивака молодежь — учиться, работать Старики начинают понимать, что к прошлому возврата нет, что строить жизнь по-новому в Нуниваке невозможно.
«Я понял секрет долгой молодости, — говорит главный герой повести Таю, — пока мысли человека направлены в будущее, он молод, сколько бы лет ему ни было Когда он держится за прошлое, он уже старик, будь ему от роду двадцать лет»
В повести рассказано об интересной судьбе двух братьев: Таю, живущего на советском берегу, и Таграта — на американском берегу.
Автор книги «Нунивак» Юрий Сергеевич Рытхэу — молодой (он родился в 1930 году), но уже известный писатель. О родных ему людях Чукотки им написаны сборники рассказов: «Имя человека», «Люди нашего берега», «Прощание с богами», «Чукотская сага», повесть «Время таяния снегов» и роман «В долине Маленьких зайчиков».
Нунивак - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Рочгына была мастерицей шить и вышивать. Некоторые её изделия даже красовались в окружном музее.
Вот и теперь она сидела и что-то кроила, чертя химическим карандашом по мездре пыжиковой шкурки.
Увидя мужа, Рочгына быстро вскочила на ноги.
— Я и не слышала, как ты вошел, — сказала она, помогая мужу стянуть кухлянку и клеенчатую непромокаемую камлейку, давно заменившую в Нуниваке, как и в других чукотских приморских селениях, древний плащ из моржовых кишок.
— Какие новости? — спросил Таю, усаживаясь за низенький столик, на котором стояла еда.
Вместо ответа Рочгына вздохнула.
Таю встревоженно посмотрел на неё и положил обратно в миску кусок мяса.
— Что случилось? — нахмурившись, спросил он.
За напускной строгостью слышалась нотка заботливого участия — ведь и Рочгына тоже далеко не молода, хотя и не жалуется на шум в ушах.
— Письмо прислала Рита, — сказала Рочгына и пошла к письменному столу.
Она вернулась с конвертом и молча подала его мужу.
— Читала? — спросил Таю.
Рочгына кивнула и снова вздохнула.
Дрожащими от волнения пальцами Таю выудил из узкой щели листок бумаги и, прочтя первые строки, облегченно вздохнул.
«Я здорова, дорогие мои родители, — писала Рита большими красивыми буквами, чтобы малограмотные родители могли без труда читать её письма. — Долго не писала, потому что ехала на место работы. Я очень рада, что буду работать совсем рядом с вами, в колхозе «Ленинский путь». Скоро приеду в гости…»
Горячая кровь прилила к лицу Таю. Он положил письмо на столик и поднялся на ноги.
Трудно поверить, что любимая дочь, которую столько времени ждали, предпочла родному селу другое место… Таю взял в руки письмо и растерянно смотрел на ровные, аккуратно написанные строчки. Листок бумаги трепетал в руках, которые умели крепко держать гарпун.
— Так я правду говорю, что меня берут на работу, — услышал вдруг Таю заискивающий голос брата.
Амирак вошел тихо, незаметно: он побаивался своего старшего брата.
— Что случилось? — встревоженно спросил он, заметив растерянное лицо Таю и его жены.
— Рита прислала письмо, — сказала Рочгына. — Пошла работать в «Ленинский путь».
Амирак взял письмо и внимательно прочитал его от первой до последней строчки, ухмыляясь каждому слову.
— Так и случилось, как я думал, — сказал он, аккуратно складывая листок бумаги. — Я предупреждал: со своим упрямством и нежеланием переселиться на другое место вы скоро останетесь одни в своем Нуниваке. Вот уже и первые весточки. Если так будет продолжаться и дальше — наш Нунивак станет единственным поселением на побережье, где нет молодежи…
Самое горькое в словах Амирака было то, что он на этот раз говорил сущую правду, хотя Таю давно перестал принимать всерьез любое слово своего беспутного брата.
Как должен поступить Таю — лучший охотник колхоза, член правления, коммунист?.. Как пересилить разумом сердечную привязанность к местам, где прошли детство, юность, где прошла почти вся жизнь?..
Лет тридцать назад все жители прибрежных поселений завидовали нунивакцам: они жили на самом мысу, где лежала морская тропа зверей. Стада моржей, китов, тюленей проходили по проливу на виду у эскимосов Нунивака, достаточно было выглянуть из дверей. Нунивакцам не надо было, подобно жителям других поселений, отстоящих от мыса на большом расстоянии, надрывать свои мускулы, добираясь на веслах до охотничьих угодий… Нунивакцы жили по сравнению с другими морскими охотниками Ледовитого океана в сытости и в довольстве. Выпадали такие годы, когда в Нунивак одна за другой приезжали собачьи упряжки, чтобы получить скудную долю добычи эскимосских охотников, которые делились с голодными людьми по неписаному, но обязательному закону взаимопомощи арктических охотников…
Но вот пришли на Чукотку моторные вельботы, новое оружие, способное поразить зверя на любом расстоянии, и тогда заметно упало преимущество нунивакцев перед другими морскими охотниками побережья. Теперь те же вельботы из «Ленинского пути» после дня охоты в проливе успевали возвратиться на ночевку к себе в селение. А когда стали строить настоящие дома взамен яранг во всех колхозах Чукотки, вот тогда нунивакцы почувствовали, какое неудобное для жизни место они себе выбрали.
В своё время, когда пределом мечты были сытый желудок и теплое жилище, не было более удобного и лучшего места, чем Нунивак. Но у людей теперь появились другие желания. Многие побывали в больших городах, настоящих поселках и увидели, как ещё убога жизнь в Нуниваке. Здесь нет даже настоящего клуба. А когда привозят кино, приходится идти на маяк в тесную комнату, где сами служители маяка едва могут повернуться… Приезжали инженеры Чукотстроя, лазили по крутым склонам Нунивакской горы, что-то измеряли, но все они в один голос говорили, что строить на такой крутизне невозможно…
Что же, если строить невозможно, можно прожить и в нынлю — это ведь тоже людское жилище, веками служившее чукчам и эскимосам. В крайнем случае и его можно приспособить к новым условиям. Вот хотя бы так, как это сделал Таю: он расширил жилище, поставил в полог кровати, а шкуры изнутри обтянул ярким ситцем. В наружном помещении поставил стол, прорубил небольшое окно, и здесь стало почти как в настоящей комнате. Даже традиционный костер заменил он железной печкой с трубой, выведенной на крышу…
Что же делать, если действительно в скалах Нунивака нельзя строить? Не переселяться же на самом деле…
Амирак продолжал поносить косность и приверженность нунивакцев к своему насиженному месту.
— Неля Муркина и то собирается отсюда уезжать. Говорит: никаких культурных развлечений, даже негде устроить настоящие танцы… Так жить нельзя, надо идти в ногу со временем, — нравоучительно сказал Амирак, не замечая, как вскипает гнев брата.
— Пошел отсюда, бездельник! — взорвался Таю. — Нашелся учитель жизни! Что ты сделал для колхоза, который ты готов переселить на любое другое место? Покажи свои руки, есть ли на них следы шершавой рукоятки гарпуна или весла?
Амирак испуганно замолчал, переменив дерзкий взгляд на почтительный, и даже наклонил голову, чтобы казаться меньше. Именно в данную минуту он не хотел ссориться с братом: начальник маяка согласился взять его на работу только при условии, если за него поручится Таю…
Когда Таю высказался, Амирак тихо заговорил:
— Какой же я бездельник? Мне обещали место на маяке… Конечно, не совсем механиком, но при машине… Только вот…
— А, ты еще здесь?! — сердито сказал Таю. — Я тебе сказал, чтобы ты уходил, дармоед!
Амирак, что-то бормоча себе под нос, быстро выскочил на улицу.
— Что ты выгнал брата, не дав даже ему поесть? — укоризненно заговорила Рочгына. — Нехорошо.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: