Евгений Поповкин - Семья Рубанюк
- Название:Семья Рубанюк
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Крымиздат
- Год:1957
- Город:Симферополь
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Евгений Поповкин - Семья Рубанюк краткое содержание
Это эпическое произведение, написанное по горячим следам Великой Отечественной войны, рассказывается о борьбе украинского народа с фашистскими захватчиками.
Роман был удостоен Сталинской премии в 1952 году.
Семья Рубанюк - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Круто, товарищ бригадный комиссар, — сказал он, снимая каску и ероша прилипшие ко лбу волосы.
— Вижу.
— Как бы не опоздать с отходом. У них чертовски большие резервы.
— Отходить — дело нехитрое, — проговорил Ильиных. Посмотрев Рубанюку прямо в глаза, он добавил: — Отходить нельзя. Ни сегодня, ни завтра. Вы будете задерживать врага, пока нам не удастся восстановить здесь положение. Таково решение командира дивизии и командующего армией.
Последние слова его заглушили разрывы. Фашисты, не обнаружив, видимо, батарей, которые мешали им накапливаться, начали бить по площадям. Так или иначе, атака их была сорвана. У всех, кто находился на наблюдательном пункте, поднялось настроение.
Но и этот маленький успех и установившаяся вскоре на всем участке странная тишина были весьма ненадежны.
— Подготовьте себя к любым неожиданностям, — сказал Ильиных, старательно разминая пальцами тугую папиросу.
— Ясно! — коротко произнес Рубанюк. — Бой в окружении… Ясно, — еще раз повторил он самому себе.
Полку выпало очень трудное задание.
Людей и боеприпасов было мало, а главное — бойцами, да и многими командирами владел страх перед окружением.
Но именно потому, что задача предстояла небывало сложная, Рубанюк почувствовал в себе тот азарт, вдохновение, которые позволяют быстрее соображать, острее видеть.
— Окружение — вещь неприятная, что и говорить, — прикуривая от спички Каладзе и глядя ему прямо в глаза, сказал Ильиных. — Но учтите, капитан, еще в старом наставлении для офицеров говорилось, что храбрые люди никогда не могут быть отрезаны.
Он обращался к одному Каладзе, но его внимательно слушали и Рубанюк, и телефонисты, и связные.
— Куда бы неприятель ни ткнулся, — продолжал Ильиных, — туда и ты поворачивай свои клыки. Бросайся на него и грызи. Если он был силен, предпринимая окружение, он ослабеет. Заходя во фланги, в тыл, он дробит свои силы. А если он вообще только пугает, то он пропал, коль скоро ты не растеряешься и пойдешь на него в атаку.
Эти истины были известны Рубанюку еще до военной академии. Однако слушал он очень внимательно. Первому в дивизии, а может быть, и во всей армии ему предстояло противопоставить надменным, самоуверенным фашистам не только огромную волю к сопротивлению; он призван был показать мастерство, которому учился в тихих аудиториях академии. Именно он, Рубанюк!
— А вообще я вам вот что скажу, друзья, — прервал его размышления член Военного Совета: — с вашими орлами, при ваших командирах не об отступлении, а о наступлении надо помышлять.
Рубанюк удивленно взглянул на него и потер лоб. Нет, член Военного Совета не иронизировал и вообще был далек от шуток. Но если он считает, что полк Рубанюка в состоянии наступать…
Лицо Рубанюка вдруг просияло. Он понял, что все его мысли, желания сформулированы в кратких словах бригадного комиссара: «Не об отступлении помышлять».
— Прошу подбросить мне снарядов и патронов, — сказал Рубанюк.
— Хорошо.
— И побольше ручных гранат.
— Правильно!
Рубанюк достал из планшета и развернул карту.
— Будем наступать, товарищ бригадный комиссар, — сказал он твердо.
Замысел Рубанюка, изложенный им члену Военного Совета, был дерзок и прост.
В селе Марьяновке скопились части, штабы, техника противника. Враг усыплен своим численным превосходством, первыми успехами своего наступления, массой танков и самолетов, имеющихся в его распоряжении. Он думает, что русские озабочены лишь тем, чтобы не попасть в клещи.
Рубанюк решил ударить по вражескому гарнизону, когда это будет представляться немцам менее всего вероятным. Он отберет лучших бойцов и командиров и, скрытно подойдя ночью к селу, атакует! Разумеется, фашисты, опомнившись, бросят на уничтожение полка свои наступающие части, но это, в конечном итоге, будет стоить им времени и сил, задержит их продвижение.
Ильиных выслушал соображения Рубанюка, долго смотрел на карту, что-то прикидывал.
— Ничего не могу возразить, — сказал он. — Действуй! Командиру дивизии и командующему сейчас же передам свое мнение…
Позже Рубанюк изложил свой план Каладзе и пришедшему вместе с ним комбату Лукьяновичу.
— Надо бить противника в невыгодных для него условиях, — говорил он, поблескивая серыми, глубоко запавшими глазами. — Если уж обороняться, то обороняться активно.
Лукьянович пригладил измазанной в глине пятерней светлый чуб.
— Если доверите мне вести людей, товарищ подполковник, — сказал он, — могу обещать… мой батальон сделает.
— Я имел в виду именно тебя. Но пойдет не батальон, пошлем охотников. Добровольцев. Дело серьезное.
— Разведку сейчас надо подготовить, — вслух подумал Каладзе. — Тоже надо добровольцев.
Спустя полчаса один из штабных командиров прибежал с тревожной вестью. Старший лейтенант Попов несколько минут назад скончался от раны. Он успел лишь рассказать, что Татаринцев во время атаки гитлеровцев уничтожил штабные документы и забрал с собой полковое знамя.
— Но куда он ушел, никто не знает. Знамени также нет. Попов говорил, что Татаринцев ранен.
— Вы даете себе отчет, о чем докладываете? — поднимаясь, произнес Рубанюк. С лица его сошла краска, губы помертвели. — Как это знамени нет?!
— Татаринцева искали. Нигде не нашли.
— Да вы понимаете?! Вам известно, что полк расформируют, а мы с вами все в трибунал угодим?
Волнуясь, Рубанюк стал выяснять все подробности о Татаринцеве, о часовом, находившемся при знамени. Внезапно он умолк и задумался.
— Срочно свяжитесь с дивизией; — приказал, наконец, он. — Сообщите о знамени. Татаринцев, возможно, решил пробиваться с ним в дивизию. И еще и еще раз ищите его среди раненых и убитых.
Фашисты, как обычно, с наступлением темноты боевые действия прекратили. Выставленные наблюдатели и дозорные доносили, что в расположении противника слышен визг убиваемых свиней, пьяные выкрики.
— Они праздник справляют, — сказал Атамась, — а мы им — хмельного! Щоб спалось крепче.
Он принес в блиндаж и поставил перед Рубанюком котелок с гречневой кашей.
Рубанюк неохотно поел немного и принялся за чай.
— Э, ни, товарищ пидполковнык! — запротестовал Атамась. — До завтрашнего обида ничого билыи не буде. А вы не хочете исты…
— Потом, — отмахнулся Рубанюк. — Сейчас в батальон пойдем.
— Там у них весело. Каждому хочется гансов пощупать.
— Весело? — Рубанюк оживился. — Я знал, что народ повеселеет.
Он перебросил через плечо автомат и пошел к выходу. В нескольких шагах от блиндажа лицом к лицу столкнулся с Татаринцевой.
«Сейчас слезы будут», — подумал он, останавливаясь и опуская руку в карман за папиросами.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: