Эльвира Барякина - Заговор молчания

Когда-то ее немного задевало, что Миша не очень чуткий человек: если ему не написать все метровыми буквами и не подсунуть под нос, так он ничего и не заметит. Но оказалось, что это не проклятие, а благословение божье.

— У тебя все хорошо? — спрашивал Миша.

— Все нормально.

И подобного заявления ему было вполне достаточно.

Лена разглядывала себя в зеркало: видно уже животик или не видно? О, господи! Почему она раньше не могла сообразить, что забеременела?! Тогда бы можно было тихонечко сделать аборт и никому ни в чем не признаваться. А теперь что?

«Если Степанов узнает…» — дальше на эту тему Лена думать не могла. Миша был для нее всем, и при мысли, что она может его потерять, Лена валилась на кровать и тихонечко плакала, проклиная Ибрагима и его отпрыска.

«Ненавижу тебя! Ненавижу! — тыкала она себя пальцем в живот. — Ты мне не нужен!»

А этот ребенок ворочался где-то там, в глубине, и горя себе не знал.

Лене как-то приснилось, что она разговаривает с ним. Он ей улыбнулся и сказал: «Мамочка, не убивай меня, пожалуйста! Я буду хорошим, вот увидишь!»

«Замолчи! Замолчи! — орала на него Лена. — Я хочу ребенка от Миши, а не черт знает от кого.»

А тут еще папа нашел где-то статью о вреде абортов и деликатно оставил на дочкином столе. Лена сначала до истерики испугалась: неужели родители обо всем догадались?! Но на этот раз вроде бы все обошлось. Просто папа решил на всякий случай просветить ее на столь деликатную тему.

«Аборт — это убийство не только одного человеческого существа, но и миллионов его потомков, — значилось в статье. — Задумывается ли женщина, идя на аборт, что она предпринимает шаг, сравнимый по жестокости с действиями палачей Освенцима?»

Лена разорвала статью на мелкие кусочки, а остатки сожгла в раковине.

Вечером к ней зашла Марика.

— Я еду в Выборг! — с порога объявила она. — Вместе с Алексом.

Лена в изумлении посмотрела на нее.

— Ты же говорила, что ты с ним даже по одной улице не пойдешь!

— Но он все-таки парень! — возразила Марика. — С ним не так страшно. Только ты никому ни слова! Ему же нельзя покидать Москву.

— Ладно, ладно… — торопливо пообещала Лена. — А что с деньгами?

Марика вытащила из кармана смятые десятки.

— На, держи!

Глаза Лены засияли.

— Ты нашла?! Тебе что, Алекс дал?

— Ну да, — кивнула Марика. — Я обещала взять его в долю, и он выдал мне аванс.

«Ну, значит, чему быть, того не миновать», — пронеслось в голове у Лены.

Придерживая разлетающиеся полы халата, она кинулась к телефону. Открыла страницу записной книжки, где был начертан номер подпольного гинеколога.

— Алло, здравствуйте! А можно Александра Александровича?

— Он уехал и появится лишь через неделю, — отозвался на том конце провода женский голос.

— Но мне надо как можно скорее попасть к нему!

— Извините, девушка, ничем помочь не могу. Позвоните в следующую среду.

— Ну что? — встревоженно спросила Марика.

Лена медленно положила трубку.

— Через неделю… — Перед ее глазами все плыло, и она обессиленно опустилась на стул. — Если врач мне не поможет, я отравлюсь.

— Спасибо тебе, добрая девочка! — нахмурилась Марика. — Твои родители будут очень «счастливы», когда их вызовут на опознание. Я, кстати, тоже.

Лена закрыла лицо ладонями.

— Но я не знаю, что делать!

— Не реветь! Тебе же сказали, что врач тебя примет. Вот сиди и жди. А я тем временем съезжу в Выборг.

Лена сунула ей назад двести рублей.

— Возьми с собой. Там они тебе больше пригодятся. Ты же говорила, что на каждый вложенный рубль выходит сто процентов прибыли.

Перед отъездом Алекс развернул бурную кампанию по сокрытию следов своего будущего преступления.

Бобби и Мэри Лу было сказано, что родители его русской девушки уехали в отпуск, и он планирует несколько дней пожить в ее квартире.

— От вас требуется следующее: говорить всем, что вы только что меня видели, — проинструктировал их Алекс.

— А как же занятия? — перепугался Бобби. — Ведь преподаватели заметят, что тебя нет!

— Преподавателям наврите, что я заболел.

— Наврем, наврем, — заверила его Мэри Лу. — Ступай с богом!

Самым больным вопросом для Алекса являлся Степанов. Они все еще были в ссоре и потому на Мишину лояльность рассчитывать не приходилось. Но тут на помощь Алексу пришел Жека.

— Я так и знал, что вы с Марикой помиритесь! — довольно воскликнул он, выслушав легенду о девушке и пустой квартире. — Она мне только сегодня сказала, что собирается по делам в Караганду. Я-то еще думал: куда ее понесло? А насчет Мишки не переживай: разберемся как-нибудь. Кстати, можно мне пока в твоей комнате пожить? Я там буду создавать признаки жизнедеятельности: если кто придет в гости, начну мыться в душе и спускать воду в унитазе.

Алекс согласился, и Жека тут же отправился проводить переговоры со Степановым.

Известие о том, что Алекс собирается исчезнуть на несколько дней, повергло Мишу в абсолютный шок.

— Мало того, что он наших девчонок подвел, так он теперь весь международный отдел хочет подставить?! — закричал он.

— Ну чего ты орешь? — поморщился Жека. — У них с Седых роман. Им надо побыть наедине!

— Что?! — поперхнулся Миша. — Марика связалась с этим типом?!

— А что? Я бы тоже с ним связался.

Степанов вскочил.

— Ты как хочешь, но я обязан рассказать обо всем в международном отделе!

— Я тебе расскажу! — показал ему кулак Жека. — Тебя как человека просят: помоги подруге своей невесты! А ты что? Сразу стучать собрался! Самому-то не совестно?

Миша потерянно молчал: он буквально разрывался между чувством долга и боязнью прослыть доносчиком.

— Когда он хоть вернется-то? — наконец спросил он.

— В следующий вторник.

— Бог ты мой! Ну скажи ему, чтоб он не задерживался особо.

— Сам скажи, — развеселился Жека.

Но Мише было не до шуток.

— Я с ним не разговариваю! Он подлец и сукин сын. И мне странно, что ты вообще с ним водишься!

— Ладно, уймись! — похлопал его по плечу Жека. — Он к тебе тоже хорошо относится.

Марика придумала, что они будут выдавать Алекса за прибалта.

— У нас все равно народ не разбирается, у кого какой акцент, так что никто не должен заподозрить в тебе американца.

Алекс согласился и на всякий случай изучил туристический путеводитель по Латвии. Все ж таки надо было хоть что-нибудь знать о своей малой родине.

Марика объяснила ему, что требуется для комфортного и безопасного путешествия поездом:

— В дорогу возьми бутерброды, вареные яйца и жареную курицу. Еще захвати рулон туалетной бумаги: в поездах ее в принципе не бывает. Деньги положи в целлофановый пакет и прикрепи к трусам булавкой.

— А это еще зачем? — удивился Алекс.