Евгений Гаглоев - Наследницы

Марина расхохоталась.

Настя тоже не сдержала улыбки.

— Все образуется! — успокоила ее Полянская.

— Хочется в это верить.

Банкиры уже ждали Настю в приемной ее кабинета.

Их было четверо. Основным кредитором «Тауэра» считался Ярослав Гордымов — владелец крупнейшего в городе банка. Высокий, почти двухметрового роста, он имел длинные руки и напоминал гориллу, натянувшую на себя строгий черный костюм. Маленькие глазки и крупная верхняя губа лишь усиливали это впечатление.

Рядом с ним сидели представители двух других банков, Настя не знала их имен. Оба тощие, сухонькие, про себя она сразу окрестила их сусликами. Четвертой гостьей оказалась Ксения Суздалова, и Настя была очень рада видеть эту женщину. Она помнила, как та помогла им в трудный момент. И пусть все прошло впустую, но впечатление о Ксении у Насти осталось самое положительное.

Также в приемной сидели Юрий Кочергин и Денис Логинов.

— Здравствуйте, господа, — поздоровалась Настя. — Не желаете кофе?

Горилла и суслики отказались.

Все трое хранили подчеркнуто безразличное выражение лица.

Ксения одарила Настю широкой улыбкой.

— А я с удовольствием! — сказала она.

Настя уже в который раз пожалела, что у нее нет секретаря. Денис пришел ей на выручку, отправившись за кофе. Настя пригласила всех пройти в президентский кабинет. Банкиры вошли и расположились вокруг стола. Тем временем Денис принес Ксении кофе, и она удобно устроилась в кресле, держа чашку в руке.

Настя собралась с духом и обратилась к присутствующим.

— Очень рада видеть вас, господа. Вы, конечно, догадываетесь о цели нашей встречи?

Банкиры молча кивнули.

— Я прошу вас о продлении срока выплаты денег.

— Об этом не может быть и речи, — сухо заявил Гордымов. — Если мы не получим свои деньги сейчас, когда «Тауэр» еще обладает какими-то активами, то потом, когда вы окажетесь банкротами, мы вообще ничего не получим.

— Почему вы решили, что мы обанкротимся? — спросила Настя.

Горилла и суслики молча переглянулись.

Гордымов смущенно прокашлялся.

— Ну, эээээ… — начал он.

— Потому что во главе компании стоит девчонка, которая ничего не смыслит в строительном бизнесе и очень скоро пустит фирму с молотка! — закончила его мысль Настя.

— Вы очень верно меня поняли, — с едва заметной улыбкой произнес Гордымов.

Настя кивнула.

— Я понимаю ваше недоверие, — сказала она. — Но вы много лет сотрудничали с нашей компанией и доверяли решениям, которые принимались здесь, за этим столом. Как вы знаете, у штурвала остались те же самые люди. Я полностью завишу от них и стараюсь прислушиваться к их мнению. Я многого еще не понимаю, но быстро учусь. А они делятся со мной своим опытом. Мы сможем выбраться из этого кризиса. И вы верите в это, иначе не пришли бы сюда сами, а прислали своих менеджеров!

Банкиры молча ее слушали.

Ксения допила кофе и поставила чашку на стол.

— Чертовски верно подмечено, милочка! — сказала она. — Я пришла сюда именно поэтому, несмотря на то, что банком управляет мой благоверный. Я тоже женщина и помню, как непросто мне было начинать карьеру в мире наглых мужиков! Поэтому я верю, что у тебя все получится!

Настя испытала к ней огромную благодарность.

Воодушевленная поддержкой Ксении, она продолжила:

— Мы еще не обанкротились и это вряд ли случится. Поэтому все, о чем я прошу — это отсрочка платежа. Пусть даже с повышением процентов.

Банкиры обдумывали ее слова.

Наконец Гордымов произнес:

— А почему вы так уверены, что скоро сможете встать на ноги? Раз это не удалось вашему отцу, то вряд ли удастся и вам.

Настя смерила его взглядом.

— Моего отца убили, — жестко произнесла она. — Поэтому он не успел завершить начатое. Я продолжу его работу и воплощу его план в жизнь. У нас есть несколько очень интересных проектов, которые могут принести хорошую прибыль. Если мы успеем их закончить.

— Что за проекты? — поинтересовалась Ксения.

Настя задумалась. Она сказала это просто так, чтобы уверить их в своей правоте. Но действительно, что она могла им предъявить?

Ее взгляд скользнул по кабинету и остановился на картине, висящей на стене позади банкиров. Это был рисунок, сделанный Аркадием много лет назад.

— Мы построим отель! — торжественно сказала она. — И это будет самый роскошный и фешенебельный отель во всем городе. К нам приезжает много иностранцев, а нам просто нечем их удивить. Так вот, мы выстроим здание, которое даст фору многим зарубежным гостиницам!

Банкиры оживленно зашушукались. Затем один из сусликов произнес:

— Можно взглянуть на эскиз?

— Он висит у вас за спиной.

Банкиры обернулись и, увидев рисунок, одобрительно закивали головами.

Ксения улыбнулась.

— Я не очень нуждаюсь в этих деньгах, черт побери, и вполне могу обождать с выплатой. Я дам тебе необходимое время, Настя, и в будущем, надеюсь, мы останемся партнерами по бизнесу!

— Конечно! — улыбнулась в ответ Настя. — Как, кстати, поживают ваши собаки?

— Те, что ты мне преподнесла? О, это чудесные зверюшки! — воскликнула Ксения. — Скоро они вырастут размером с лошадей, и я буду разъезжать на них по городу!

Настя с улыбкой посмотрела на остальных банкиров. Они все еще раздумывали, но она уже не сомневалась, что они последуют примеру Суздаловой. Слишком ценным партнером был «Тауэр», чтобы лишаться его просто так.

Так оно и случилось.

— Думаю, я тоже мог бы продлить срок. С повышением процентов, разумеется, — сказал Гордымов.

Остальные двое тут же с ним согласились.

Настя облегченно вздохнула.

Денис Логинов, молчавший все это время, не сводил с нее потрясенного взгляда. Он понятия не имел, что эта девчонка способна на такое.

Лина перерыла всю кладовку в поисках грязной спецодежды отца. Она точно помнила, что зашвырнула вещи куда-то сюда. Не мог же он в самом деле постирать их самостоятельно?!

Наконец она отыскала куртку и штаны, провонявшие машинным маслом, на самом дне корзины для грязного белья. Эта корзина заполнилась еще неделю назад, но Лине лень было стирать и она просто поставила рядом вторую. И сейчас не пожалела об этом.

Она сложила одежду в пакет и позвонила в Департамент безопасности. Степан очень кстати отлучился из дома, отправившись в винную лавку.

— С кем я могу поговорить по поводу убийства Аркадия Бежецкого? — спросила Лина, когда ей ответили.

Ее соединили с Данилом Бакшеевым.

— Добрый день, — поздоровалась Лина. — Кажется, я знаю, кто убийца.

— Кто вы? — спросил Данил.

— Эвелина Орлова, — представилась она. — Вы допрашивали моего отца.