Саддам Хусейн - Забиба и царь
- Название:Забиба и царь
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Саддам Хусейн - Забиба и царь краткое содержание
Забиба и царь - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Я служил у одного из эмиров, и он доверял мне. Он научил меня военному искусству, чтобы я прикрывал его спину днем и ночью, когда сопровождал его на охоте или по другим делам.
Во время одной из своих поездок эмир попытался посватать девушку чудесной красоты у ее отца. А последний был предводителем своего племени, человек высочайшей репутации и благородных дел и помыслов. Когда ее отец объяснил эмиру, что его племянник желает ее и она желает этого молодого человека, эмир сказал, что отложит разговор до следующего дня, и пригрозил ему смертью, если тот не пожелает женить его на своей дочери. Отец, опасаясь последствий, вынужден был их поженить. Эмир решил войти к ней в своем палаточном лагере, который стоял по соседству с арабами племени отца, вместо того чтобы забрать ее с собой в столицу и сыграть свадьбу там, как это делают эмиры. Правду говорю, он осыпал отца девушки богатыми подарками. Но все эти подарки не вызвали у отца ничего, кроме печали по дочери и грусти из-за ее свадьбы с эмиром, потому что в традициях этого благородного человека и его племени было не женить своих дочерей ни на ком, кроме своих племянников. Девушки выбирали кого-то из них, кто изъявлял желание жениться, а кого-то отвергали, отцы своим решением закрепляли выбор. Этот обычай сделался предметом уважения даже тех людей, которые его не принимали, потому что свел все социальные различия между двумя полами к минимуму, а семейную жизнь сделал устойчивой и размеренной. Между мужьями и женами крепло единодушие, а всякого рода ссоры случались крайне редко.
Отец девушки понимал, что ее свадьба с эмиром, навязанная силой, будет нарушением традиции, которую ему нельзя было нарушать, а, наоборот, следовало следить за тем, как ее соблюдают в его племени. Разве не позор для предводителя племени, если он мирится с тем, что какой-то чужак ломает традиции и устои его племени?
В первую брачную ночь, или поправлюсь и скажу: в полдень того же дня попытался господин мой эмир (он произнес "господин мой" с сарказмом, желая продемонстрировать всем, как понял "переводчик" из жестов немого Охотника за эмирами, который улыбался всем сидящим в зале) войти к этой девушке в своем шатре, но она отвергла его и обошлась с ним довольно грубо. А когда он ответил ей тем же, пригрозила ему и обругала самыми последними словами. Вот что она ему сказала:
- Ты ведешь себя не как эмир, а как самый ничтожный человек. Иначе как согласился бы ты спать с женщиной, которая тебя не желает, а, наоборот, презирает за то, что ты настаиваешь на близости с ней! Разве тебе не известно, как ненавидят женщины тех, кто принуждает их к незаконному действию, которого они не желают?
Когда эмир сказал, что сосватал ее у отца, она ответила со злостью:
- Ты вовсе не сосватал меня, а украл у моего отца, у моей семьи и у моего племени. У нас вызывает отвращение то, что наше имя будет сочетаться с твоим именем или с именем тебе подобных. Я всегда буду так о тебе думать, и мое мнение не изменится.
Когда эмир услышал от нее такие слова, он вынужден был покинуть шатер. Я слышал все это, потому что дожидался возле шатра, готовый исполнить любую просьбу моего повелителя, а она произносила свои слова так громко, что снаружи было слышно.
На слове "повелитель" он презрительно улыбнулся, а с ним и большинство присутствующих. Он продолжил:
- Когда взгляд эмира упал на меня, а он выходил из шатра, он запутался в полах своего одеяния, и укаль его упал на землю. Я подхватил укаль и подал ему, сдув с него пыль так, словно плюю в презренное лицо эмира. Но еще сильнее захотелось плюнуть, когда он сказал, прежде чем взял у меня укаль и надел на голову:
- Принеси ей кувшин с настоем ромашки и скажи ей, что твой господин ее любит и что глаза его не ведали сна с того дня, как он увидел ее на пруду... Проси ее быть милостивой к твоему господину, иначе он сойдет с ума или убьет ее.
Я спросил его удивленно:
- Ты правда убьешь ее, господин мой? Как собираешься ты сделать это, если мы - гости ее племени? Ты хочешь опозорить ее племя, убив ее в брачную ночь? Что об этом скажут?
Он ответил мне, и по всему видно было, что он сердится:
- Если она не покорится мне и не станет со мной спать, подсыпь ей в еду яд.
Чтобы испытать глубину его злонамеренности, я спросил:
- Я должен подсыпать яд, господин мой?
Он сказал:
- Да, ты подсыпешь ей яд в еду или в напиток, а потом мы скажем, что ее укусила гадюка. Мы найдем гадюку, убьем ее и бросим на пол в шатре, а потом скажем, что это мы ее убили, после того как она укусила девушку, но помочь ей и спасти ее жизнь нам не удалось.
Я спросил:
- Ты это серьезно, господин мой?
Он ответил резко и решительно:
- Да, со всей серьезностью. Если презренная не покорится мне этой ночью, а ты после этого не подсыплешь ей яду, я убью и тебя, и ее. Тебе ничего больше не остается, как пойти и убедить ее.
Когда я попытался смирить его гнев, эмир сказал:
- Послушай, все будет так, как я сказал. Я знаю одну мудрость: "Если ты увидел у соседа свечу и не можешь украсть ее, чтобы осветить свой дом, сломай ее ударом стрелы, чтобы она погасла, или она спалит дом своего хозяина".
Когда раскрыл мне презренный эмир, что у него на уме, понял я, что он решился совершить злодеяние.
Я сказал ему:
- Я попытаюсь, но прошу не торопить меня и дать мне остаток этого дня и завтрашний день.
Он ответил мне решительным тоном, не терпящим возражений:
- Часть наступающей ночи и остаток этого дня. Не больше.
Спросив разрешения у госпожи моей, вошел я в шатер.
Собравшиеся обратили внимание на то, что немой и тот, кто переводил его жесты и бормотание, усмехнулись при слове "госпожа".
А немой продолжил свой рассказ:
- Сказал я ей с уважением: "Госпожа моя, слышал я все, что говорила ты этому человеку, я имею в виду эмира, и понял все. Я согласен с тобой во всем, что ты думаешь, и во всем, что говорила ему, вплоть до мелочей, но прошу тебя проявить благосклонность и выслушать меня. Аллах свидетель тому, что я не желаю от тебя ничего, кроме того, чтобы ты помогла мне спасти тебя. Спасти тебя, а не меня, твою жизнь и честь твоего отца, а не мою жизнь. Не мою жизнь".
Когда она услышала, как я повторил слова "не мою жизнь" дважды, она изумленно взглянула на меня, подняв голову, которую держала опущенной, считая, что каждый, кто находится в шатре эмира, - враг ей и ее отцу, враг ее нареченному и ее племени, а про себя добавила бы еще - враг любого свободного благородного человека.
Я рассказал ей то, что говорил мне эмир, и особенно настаивал на том, что если она не изобразит согласие либо по своей воле, либо после моих уговоров, то останется только гадать, что с ней может случиться. Но я добавил к этому:
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: