Эрих Мария Ремарк - Возлюби ближнего своего
- Название:Возлюби ближнего своего
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент АСТ
- Год:2016
- Город:Москва
- ISBN:978-5-17-070192-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Эрих Мария Ремарк - Возлюби ближнего своего краткое содержание
Но – как возлюбить ближнего своего, если ближние твои желают лишь схватить тебя и убить?
Ты бежишь от смерти, ставшей реальностью, от ада страшных гетто, от безнадежности – к надежде…
Но надежда может обмануть. И тогда – «плачьте не об ушедших, а об оставшихся…».
Возлюби ближнего своего - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Простить? А при чем тут простить? – офицер внимательно посмотрел на человека, вытянувшегося в машине, и покачал головой.
Машина остановилась перед пунктом «неотложной помощи».
– Внесите его, – скомандовал офицер. – Только осторожно. Вы, Роде, останетесь с ним. Я потом позвоню.
Полицейские подняли пострадавшего. Штайнер наклонился над ним.
– Мы найдем твоих детей, – сказал он. – Поможем им. Понимаешь, старик?
Еврей открыл и снова закрыл глаза. Потом три полицейских внесли его в дом. Его руки свисали и волочились по мостовой. Как у мертвого. Через несколько минут оба полицейских вернулись и снова залезли в кузов.
– Он еще что-нибудь сказал? – спросил офицер.
– Нет. Совсем позеленел. Если сломал позвоночник – долго не протянет.
– Ну что ж, станет одним евреем меньше, – сказал полицейский, который ударил Штайнера.
– Простить! – пробормотал офицер. – Ведь надо же! Странные люди…
– Особенно в наше время, – заметил Штайнер.
Офицер подтянулся.
– А вы извольте заткнуться! Большевик! – рявкнул он. – Мы вышибем из вас все это нахальство!
Арестованных привезли в полицейский участок на Элизабет-променаде. С Керна и Штайнера сняли наручники. Затем их отвели к остальным в большое полутемное помещение. Почти все сидели молча. Эти люди привыкли ждать. Одна только белокурая хозяйка пансиона не переставала сетовать.
Около девяти часов их стали поочередно вызывать наверх. Керна привели в комнату, где находились два полицейских, писарь в штатском, тот же офицер и пожилой оберкомиссар полиции. Последний сидел в деревянном кресле и курил сигарету.
– Запишите анкетные данные, – приказал он писарю, сидевшему за столом.
Щуплый, прыщавый писарь чем-то напоминал селедку.
– Имя и фамилия? – спросил он неожиданно низким голосом.
– Людвиг Керн.
– Когда и где родились?
– Тридцатого ноября тысяча девятьсот четырнадцатого года в Дрездене.
– Значит, немец.
– Нет. Я без подданства. Лишен гражданства.
Оберкомиссар покосился на него.
– И это в двадцать один год? Что же вы натворили?
– Ничего. Меня лишили прав гражданства заодно с моим отцом. Я тогда был несовершеннолетним.
– А отца за что?
Керн помолчал с минуту. Год жизни в эмиграции научил его взвешивать в официальных инстанциях каждое слово.
– По ложному доносу о политической неблагонадежности, – сказал он наконец.
– Еврей? – спросил писарь.
– Отец еврей, мать не еврейка.
– Ясно!
Оберкомиссар стряхнул пепел своей сигареты на пол.
– Почему же вы не остались в Германии?
– У нас отняли паспорта и выслали. Останься мы, нас посадили бы в тюрьму. И тогда мы решили: уж если сидеть, то лучше в любой другой стране, лишь бы не в Германии.
Оберкомиссар сухо усмехнулся.
– Могу себе представить. Как же вы перешли границу, не имея паспорта?
– На чешской границе в то время требовалось только предъявить простой бланк для прописки. Он у нас еще был. В Чехословакии с таким документом можно было прожить три дня.
– А потом что?
– Нам разрешили остаться на три месяца. Затем пришлось уехать.
– Как давно вы в Австрии?
– Три месяца.
– Почему не явились в полицию?
– Потому что тогда меня бы немедленно выслали.
– Но, но! – оберкомиссар хлопнул ладонью по подлокотнику кресла. – Откуда вам это так точно известно?
Керн утаил, что, когда впервые вместе с родителями перешел австрийскую границу, все они немедленно явились в полицию. В тот же день их заставили пересечь границу в обратном направлении. Прибыв в Австрию вторично, они в полицию уже не пошли.
– А разве это не правда? – спросил он.
– Не вам тут задавать вопросы! Ваше дело отвечать! – грубо ответил писарь.
– А где теперь ваши родители! – спросил оберкомиссар.
– Мать в Венгрии. Она венгерка по происхождению, и ей разрешили там проживать. Отца арестовали и выслали, когда меня не было в гостинице. Где он теперь – не знаю.
– Ваша профессия?
– Я был студентом.
– На что вы жили?
– У меня есть немного денег.
– Сколько?
– При себе – двенадцать шиллингов. Остальное у знакомых.
У Керна было только двенадцать шиллингов. Он заработал их, продавая мыло, духи и туалетную воду. Но признайся он в этом, его бы обвинили еще и в недозволенной коммерции.
Оберкомиссар поднялся и зевнул.
– Ну что, всех допросили?
– Еще один остался внизу, – сказал писарь.
– Вечно одно и то же. Шуму много, а толку мало. – Оберкомиссар покосился на офицера. – Все они нелегально прибыли в Австрию. На коммунистический заговор как будто не похоже. Кто написал донос?
– Тоже владелец ночлежки. Только у него полно клопов, – сказал писарь. – Видимо, зависть к конкуренту.
Оберкомиссар рассмеялся. Вдруг он заметил, что Керн все еще не ушел.
– Отведите его вниз. Вы, конечно, знаете, что вам полагается: две недели ареста и высылка. – Он снова зевнул. – Пойду-ка в трактир да спрошу себе гуляш и пиво.
На сей раз Керна привели в камеру поменьше. Кроме него там находилось еще пять арестованных, в том числе поляк, с которым он ночевал в одной комнате. Через пятнадцать минут привели Штайнера. Он сел рядом с Керном.
– Ты в первый раз за решеткой, малыш?
Керн кивнул.
– Ну и как? Чувствуешь себя убийцей?
Керн скривил губы.
– Примерно. Ведь я в тюрьме, а у меня остались детские представления о тюрьмах.
– Это еще не тюрьма, – наставительно заметил Штайнер. – Это называется – «под стражей». Тюрьма будет потом.
– А ты уже сидел?
– Да. В первый раз люди обычно волнуются. Потом перестают. Особенно зимой. По крайней мере дни проходят спокойно. Человек без паспорта все равно что труп в отпуске. Ему в пору покончить с собой. Больше ничего не остается.
– А за границей даже и с паспортом не разрешают работать. Нигде.
– Конечно, не разрешают. Паспорт дает эмигранту только одно право: помереть с голоду. Но помереть спокойно, а не в бегах. Это уже немало.
Керн уставился неподвижным взглядом в угол.
Штайнер хлопнул его по плечу.
– Не унывай, малыш! Зато тебе выпало великое счастье жить в двадцатом столетии – в век культуры, прогресса и человечности.
– А есть здесь вообще-то дают? – спросил невысокий лысый человек, сидевший на койке в углу.
Хоть бы кофе принесли.
– А вы позвоните кельнеру, – ответил ему Штайнер. – Пусть принесет меню. У них тут огромное разнообразие блюд. Черная икра, разумеется, вдоволь, сколько душе угодно.
– Насчет еды здесь очень плохо, – сказал поляк.
– А вот и наш Иисус Христос! – Штайнер с интересом посмотрел на поляка. – Ты профессиональный арестант?
– Очень плохо, – повторил поляк. – И так мало…
– О Господи! – проговорил лысый в углу. – А у меня в чемодане осталась жареная курица. Когда же они нас наконец выпустят?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: