Федор Решетников - Заседатель
- Название:Заседатель
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Array Паблик на ЛитРесе
- Год:1861
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Федор Решетников - Заседатель краткое содержание
Заседатель - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Судейкин. Вы сообразите, что говорите!
Марфа Павловна. Да у ней имения сколько осталось!
Судейкин. Хоть бы миллион, так нам какое дело. Вы забыли, вот вам 111 и 114 ст. жена за мужа долги не платит.
Марфа Павловна. Жаль! Ну, Паша, ты кончай в пользу Семенова. Надеюсь, кончишь, а я пойду приготовлять чай (Поцеловав его, уходит.)
Судейкин! (один)
Судейкин. Господи боже мой, до чего я дожил! Жена! Прежде хороша она была мне, а теперь я понял, что скверно, гадко. Прежде, бывало, дадут 5, 10 рублей, и то ладно. Тогда я сильно пил; а если бы не пил, можно было накопить денег, построить дом, я бы был давно ассесором. А то теперь вот и живу в женином доме. Что это, право, за жена у меня. Она у своего дядюшки все должно быть законы читала. Вот и думает, что много знает. Придет ко мне проситель, она наперед с ним обделает дело, потом просит меня, дает денег и велит писать, как ей вздумается, и воображает, что я делаю по ее воле… Наконец, как я попал под суд по двум делам, я сообразил, понял, что я делаю скверно, что я все-таки больше знаю жены. Еще бы!.. Я и решился не слушать ее; а она на зло снова и снова… Соблазняет, дает сотни, ну и не утерпишь. Вот вам будущий заседатель; ну, какой я заседатель?..
Марфа Павловна (приносит большой фарфоровый стакан и белого хлеба и уходит).
Судейкин (один)
Судейкин. Ну, нет, я решился теперь не поддаваться ей. В самом деле ведь это чорт знает, что такое! Ершову дома не отдать, когда документы есть у него… А в уездном суде, клянусь, не брать больше… ни, ни, ни!
Ольга и Судейкин
Ольга (в ситцевом платье).
Ольга (входя). Папаша!
Судейкин. Что, Оличка?
Ольга. Папа, я слышала… ваш разговор с мамашей.
Судейкин. Ну, а тебе какое дело?
Ольга (обнимая Судейкина и целуя). Папаша! Милый папа! Не вы ли давно когда-то говорили быть мне честной, не брать пример с мамаши? Не вы ли клялись когда-то давно быть честным, не брать подарков или взяток. Не вы ли доверяли мне ваши тайны, с любовью жаловались на мамашу и просили не покидать вас советами? И что же? Сегодня вас обманула мамаша, говоря, что Семенов ей родственник. Не верьте, нисколько… Вы взяли деньги… Папа! Для того ли вы воспитали меня, чтобы все говорили: вот, училась в пансионе, а отец взяточник?..
Судейкин. Будет, будет, Ольга! Я все знаю… все…
Ольга. Простите, папа, я вас предостерегаю. Ведь над вами насмеются, отдадут под суд…
Судейкин. Отдадут.
Ольга. А как это хорошо, вообразите, под судом, без места, никому глаза нельзя будет показать (плачет).
Судейкин. Так, Ольга… Я это знаю, но боюсь…
Ольга. Кого?
Судейкин. Жены. Через нее я получил место заседателя.
Ольга. О, папа!.. На это не рассчитывайте. Будьте честны, все будет хорошо. Вы получите не то.
Судейкин. Наша родня вся такая. Мы бедны. Ведь ты у меня на руках да Коля.
Ольга (плачет). Папаша! Я готова сама на реку ходить, сама белье стирать, только бы жить с вами и радоваться, что вы честны, добры. Мне ничего не надо…
Судейкин (целуя Ольгу). Ольга! Ты редкая девушка; с таким сердцем и душой у нас в городе не найдешь. Я всегда тебя слушал, любил и люблю теперь. Я более всего тебя люблю. Я прежде клялся быть честным и теперь клянусь.
Ольга. И опять напрасно.
Судейкин. Нет, Оля! Я твердо клянусь никогда не брать и, заикнись жена, я прогоню ее… Слышишь! Я вытолкаю ее… Деньги я взял от жены, но в суде я отдам их сам Семенову.
Ольга. Вот и прекрасно…
Судейкин. Вот моя рука. (Дает ей правую руку.)
Ольга (целуя руку). Благодарю.
(Судейкин уходит в кабинет. Ольга уносит в комнаты стакан. Судейкин выходит, одетый в сюртук и уносит в портфеле дело).
Ольга (одна, перебирает вещи)
Ольга. В последний раз, может быть, я перебираю этот хлам!.. В последний раз! Завтра станем сбираться в дорогу, уедем… Бедный мой папа! Как ты добр, как прост. Его надо все уговаривать, убеждать, чтобы он не вдался в ошибку, в обман, от которых вся наша жизнь зависит… Господи боже мой! Как подумаешь, сколько есть таких людей на свете, сколько доброты в них, чести, совести, но отчего это в них и честь, и совесть подавляются при первом случае – когда им дают? Неужели в самом начале своей службы он был таков? Не знаю, но может быть. Оттого верно, что он был беден, все это было ничего. Он научился брать и брал. Брал и тратил, и снова брал… Казалось бы, он не может бросить этого. Но он еще не подавил свою совесть, у него есть стыд. Не будь мамаши, он бы вовсе не брал, но она так умеет им владеть, что он всегда соглашается на ее просьбы. Вот хоть бы сегодня: ведь уж клялся, что никогда не возьмет и будет делать по закону – нет! Все эта охота к деньгам. Быть может, он и не клялся бы не брать, но как попался под суд по двум делам, он понял, что это против совести, я его урезонивала, и он делался добрым человеком. Но его не любили в палате, называли лицемером. Да и правда, он изредка, по просьбе мамаши, все-таки брал… Неужели после клятвы мне сегодня, он все еще будет таков? Ведь вот какая страсть, привычка. Нет я буду стараться, чтобы с ним этого не было… Я радуюсь, что он исправляется на старости лет. Как неловко становится, если он возьмет: он губит человека. Вот чего мне страшно. В его руках участь – судьба человека, и он ее губит за деньги, по прихоти женщины… Я читала об этом много книг, и как досадно: что осуждается в книгах, есть наяву, и где же? – в родном доме. (Садится и задумывается). Неужели этого не понимают те, про кого пишут? Им даже не досадно, их ничто не шевелит. Все служащие в нашем городе в палатах и суде пропитаны этими взятками. Они так и норовят взять с кого-нибудь. Бывала я на имянинах у многих служащих наших из палаты, бывали и они у нас: все они, и молодые и старики, жалуются: доходов мало!.. В собрании видишь гордость, чопорность. Наряды так и говорят: доходы! В них нет вовсе совести… Иные и кажутся честными, а берут. О! уехать надо отсюда. Мне, право, как-то горько смотреть на наших чиновников, на их постные, скучные лица, на которых каждый день одна и та же мысль, чем жить, доходов мало!.. Уедем, отдохнем в уезде, там лучше здешнего живут. Господи! и там не лучше, и там еще хуже. Там не ждут уже подарка, а сами просят!.. Там все до одного, все такие!.. И мы едем туда. Мачеха недаром исхлопотала место у дядюшки: знает, что ей там будет пожива. Нет, мамаша, не бывать этому! Пусть хоть один, да будет честен. А тяжело уезжать отсюда! Я так привыкла к нашему городу, что не знаю как и привыкать буду к уездному. Хоть и надоело здесь, и хочется уехать, а там будет скучно, ужасно скучно. Куда пойдешь? Здесь все как-то по-губернски, а там…. Там все грубее, необразованнее… Одно удовольствие, что летом сходишь раза три по грибы; пройдешься вечером по улице, и только. Хорошо, если найдешь себе подругу… А то читай книги, да и тех негде будет взять. Там все тебя узнают с первого раза, и сделай только что-нибудь, всяк узнает. Под вечерок сидят домохозяева и жильцы у ворот домов и ведут дружеский разговор… Пройди ты, они указывают на тебя пальцами и смеются. Что делать, надо жить, привыкать…. А мне не хочется ехать! Так бы и осталась здесь. Я люблю Карташева, и он любит меня, и как скучает, что я еду!.. Пожалуй, полюбит кого… Ведь в собрании часто влюбляются то в ту, то в другую девушку. Нет, он не таков. Он любит меня… Мне нельзя не ехать с папашей. Без меня он опять примется за старое… Мамаша не будет давать ему покоя. Ну, а при мне не то будет. Я давно замечаю, что он переменяется. В первый раз он раскаялся, когда попал под суд, потом я дала ему одну книгу, он прочитал и сказал: все про взятки толкуют, их не вывести. Я урезонила его, и он опять поклялся, стал почитывать изредка книги… А теперь не может жить без того, чтобы не читать. И кажется что в нем пробудились новые силы. О, дал бы бог ему совсем пробудиться, как бы я была счастлива…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: