Vektor_G - Хранитель рода. Ученица

— Это неправильно!

— Но это жизнь. Беги.

Оставшись один, мистер Кливен пролевитировал к себе из шкафа бутылку виски и плеснул в бокал, хлебнул.

— Да уж, — протянул он. — Кто бы мог предположить такой страх в девять лет… Далеко пойдёшь девочка… если не сломаешься. Всё-таки не знаешь ты жизни, дитя благополучного времени… Что же делать… — Маг задумался, потом кивнул сам себе. — Может сработать, но пока рано… может через полгодика или даже год… там видно будет. Точно, так и сделаю.

С этими словами маг поднялся, убрал обратно в шкаф бутылку и отправился к себе. Пора готовить материалы для более серьёзного изучения магии и переходить от общей теории к более конкретной.

Джон и Эмма Грейнджеры сидели на веранде рядом с Саймоном Кливеном и с улыбкой слушали восторженный рассказ дочери о том, сколько всего нового и интересного о магии она узнала. Правда, когда девочка продемонстрировала солидный талмуд и перевела его название с русского «Классификация проклятий» их улыбка слегка поблекла.

— А это всё обязательно учить?

— Это специализация нашего рода.

— Проклятия? — слегка испуганно поинтересовалась Эмма.

Мистер Кливен чуть улыбнулся и отпил пунша, которым потчевал гостей.

— Отвечу словами вашего соотечественника. Вы ставите знак минус, а должны плюс. Не сами проклятья, а на защите от них и их снятии.

Джон Грейнджер придвинулся ближе к дочери и рассматривал в книге движущие картинки, демонстрирующие либо последствия проклятий, либо их структуру. Слегка побледнел.

— Рассматривайте это как медицинскую литературу – там изображения тоже выглядят неприглядно, — посоветовал Кливен. — Тем более, ничего особо страшного там нет. Вопреки бытующему мнению, внешне проклятья крайне редко проявляются. — Он глянул на Гермиону, что-то объясняющую маме, и специально для Джона добавил: — Бывает, конечно, и гниющая плоть, и растворяющиеся кости, но таким балуются только дилетанты и снять их, обычно, проблем не составляет, если вовремя обратиться к специалисту. Хотя и бывает, что проклятье выходит наружу в форме какой-нибудь отметины или наползающей черноты на теле, но это всего лишь внешнее проявление и к самому проклятью имеет весьма опосредованное отношение. Потому-то удаление конечности с такой отметкой проблему не решит. Но это всё будет позже.

— Жуть какая, — передёрнулась Эмма.

— А я читала в одной из книг, что всё это тёмная магия, — заговорила Гермиона. — Она в Англии запрещена. Мистер Кливен, получается, я изучаю запрещённые разделы?

— Ваше министерство много чего запретило. Единственно, чего я не понимаю, как они собираются учить вас той же защите от тёмных искусств, не давая даже общего представления об этих искусствах. Специализированные заклинания, конечно, хорошо, но знание о силе и слабости этих искусств намного полезнее с точки зрения выживания. Что же касается твоего вопроса, то да, это запрещено в Англии и нет, ты не нарушаешь закон. Ты Хранитель рода. Род специализируется именно на проклятьях и защите, а значит, ты обязана знать всё это, чтобы потом обучить наследника. Ваше министерство может издавать любые указы, но эти правила намного древнее и отменить их они не в силах. Можно было бы провести конкретный запрет через ваш Визенгамот, но и тут есть тонкость – род Мишиных ему не подвластен, нужно обращаться в сенат магической России, а те, скорее всего, не обратят на запрос внимания. Что тут говорить, у меня на родине Англию не любят, пусть страна и называется сейчас СССР, а не Российская Империя. Здесь же… не учить проклятья для того, кто должен их снимать и защищаться от них - всё равно, что врачам не давать учить анатомию. Ведь всегда врачи лучшие убийцы, они знают куда и как бить, чтобы человек сразу умер или помучился немного. Что ж, теперь анатомию, как предмет, запрещать?

— А что вы говорили о родовых дарах… — заговорил Джон.

— Он и есть. На самом деле всё проще и без мистики. Суть родового дара – накопленный родом багаж знаний по тому направлению, которое он развивает, плюс предрасположенность к магическому направлению из-за… гм… ну, пусть будет селекции, наиболее точный термин в данном случае. Сейчас у вас почему-то решили, что родовой дар и есть умение.

— То есть любой может получить родовой дар? — тут же вычленила главное Гермиона.

— Не получить, а научиться. Если получит доступ к библиотеке Рода. Но древние рода не очень спешат делиться знаниями. Возможно потому прогресс в магическом мире такой медленный, по сравнению с магловским. Хотя сейчас постепенно всё меняется. Наиболее открытой в магмире наукой является зельеварение. Издаётся много журналов по данной тематике, проводятся международные конференции.

— Тогда я не совсем понял, что в таком случае родовая магия? — Джон сидел нахмурившись, пытаясь уложить новые знания. — В тех книгах, что вы давали, этот термин встречается несколько раз.

— Возможность использовать часть сил кровных родственников или включённых в род магическим обрядом. Магия накапливается в специальном родовом камне, а поскольку она родственна всем магам рода, то использовать её проще, чем обычную, что даёт магу чистокровного рода некоторое преимущество перед тем же маглорожденным. Вы поймите, в магическом мире многие понятия сейчас значат не то же самое, что они означали хотя бы сто лет назад. Те же определения родовой магии, родового дара… Грязнокровка сейчас просто ругательство, которым чистокровные обзывают всех маглорожденных без разбора. А предателями крови называют магов, общающихся и защищающих маглорожденных.

— Вы ведь говорили, что вы предатель крови? — не очень уверенно спросил Джон.

— Предателями крови называли тех, кто нарушил кодекс рода и получил за это проклятье, передающееся по наследству. Грязнокровка… тут сложнее. В старину, так называли детей предателей крови, потом так стали называть ещё и сквибов. Сейчас, как я уже говорил, это слово означает ругательство, причём очень скверное. Гермиона, если тебя кто-то назовёт грязнокровкой, можешь смело дать такому человеку в глаз и тебя все одобрят… ну, кроме преподавателей. Но по большему счёту всё это лишь слова.

— Э… не стоит учить девочку такому, — нахмурилась Эмма.

— Главное правильно себя поставить. Сначала бить самой, а потом доверить это благородное дело своему парню, — хмыкнул Саймон, вызвав недоумение у Гермионы и смешки у её родителей.

— Я и сама могу постоять за себя, — обиделась девочка.

— Можешь. Но это неправильно. Если девочки вынуждены стоять за себя сами, значит в мире не осталось настоящих мальчишек. Не хочешь показать, чему научилась?

— А можно? — тут же вскинулась Гермиона, забыв о всяких глупостях, вроде мальчишек.