Рада Грановская - Психология веры

Снова покинув родные места, он вместе со своими учениками начал скитаться, и эти скитания продолжались 13 лет. За это время Конфуций с учениками объездил 10 царств Китая, предлагая свои услуги многим правителям, но нигде не смог занять такие высокие посты, как в царстве Лу. Поэтому в конце концов он возвратился на родину. Здесь он вновь открыл частную школу, по-прежнему отказываясь от традиционных социальных градаций учеников. Когда Конфуций вернулся в родное царство Л у, ему было 66 лет. С этого времени он уже его не покидал и дожил в нем до конца своих дней.

Конфуций был глубоко предан ценностям общества своего времени и не подвергал сомнению общепринятые верования и культы. Однако он не считал их связанными со своим социально-философским учением и потому просто не говорил о них. Несмотря на то что Конфуций не любил говорить о богах и духах, в некоторых ситуациях он все же заявлял о своих особых способностях, например, о том, что фактически неуязвим, независим от внешнего мира, поскольку находится в нравственном родстве с Небом. Иногда он даже демонстрировал дар ясновидца. Так, однажды, находясь в другом царстве, он объявил, что в этот момент в чжоусской столице молния сожгла храм царя Ли-Вана, пояснив при этом, что пожар этот – кара Неба за то, что Ли-Ван погряз в роскоши. Вскоре пророчество подтвердилось. Прибыл вестник и сообщил, что храм сгорел во время грозы.

Важно отметить, что, выдвигая идеи этических норм поведения, Конфуций всю жизнь сам следовал провозглашенным принципам, то есть наставлял учеников всем образом своей жизни – был справедлив, и его поступки всегда соответствовали его убеждениям. В самых драматических обстоятельствах, даже сталкиваясь с реальной угрозой для жизни, он проявлял стойкость и невозмутимость, считая эти качества непременным атрибутом своего идеала – благородного мужа. Его ученики писали, что он не вдавался в пустые суждения, не проявлял неряшливости и не думал о себе лично. Его всегда отличала умеренность в пользовании жизненными благами, он считал, что человек не должен поступаться своими идеалами во имя личного благополучия.

Сохранились воспоминания современников о некоторых бытовых подробностях жизни Конфуция. Дома он всегда носил простую одежду черного и желтого цвета, халаты с обрезанным правым рукавом – так было удобнее для письма и домашних работ. Он бережно относился к живым существам – не ловил рыбу сетью, а только удочкой, и не стрелял птиц, устроившихся на ночлег, так как считал такую охоту чрезмерной, не соответствующей пути золотой середины. Превыше всего он заботился, чтобы о нем свидетельствовали его поступки. Например, когда умирал его друг, которого некому было похоронить, он говорил: «Я похороню» (Изр. 10; 22:144, с. 105). В кругу учеников он был сердечен и естественен, чужд надменности. Окружающие иногда подшучивали над ним, отмечая гордый вид, вкрадчивые манеры и упорство, однако ученики утверждали, что эти упреки несправедливы. Конфуций был прямодушен и безукоризненно честен, бесстрашен в суждениях, не угодлив. Учителю всегда была свойственна неподдельная скромность, неизменная учтивость, внимание и приветливое отношение к людям. Он никогда не выставлял напоказ свою образованность и умел прислушиваться к советам. Не раз он изменял свои решения по советам своих учеников, выслушивал их мнения и даже оправдывался перед ними. Беседуя, он любил пошутить и помечтать.

С психологической точки зрения любопытно, что незадолго перед смертью Конфуций стал предлагать ученикам новое занятие, которое получило название «отпускать на волю свои умы». Вместе они делились мечтами, пускались в полет фантазии, рассказывая друг другу то, что бы они сделали, если бы… Эти фантазии помогали им лучше понять себя и поверить в свои силы. Такое поведение с учениками было следствием того, что основой отношения между людьми Конфуций почитал человеколюбие. Однажды его спросили, что он под этим понимает? Он ответил:

В преклонные годы правитель время от времени призывал Конфуция для консультаций и присутствия на дворцовых приемах. В остальное время он преподавал и работал над подготовкой пяти классических книг, которые известны под названиями: «Древняя история» («Шу-Цзин»), «Книга песен» («Ши-Цзин»), «Книга Церемоний» («Ли-Цзи»), «Книга перемен» (И-Цзин») и «Анналы весны и осени» («Чун-Цю»).

Обсуждая проблемы образования, Конфуций неоднократно подчеркивал, что он сам не признает и другим не рекомендует при отборе учеников руководствоваться различиями в их происхождении. При этом он сформулировал принцип: «Образование без предвзятости». Неудивительно поэтому, что среди его учеников были представители различных социальных слоев – от провинциала до аристократа. Поражала его школа и разнообразием возраста учеников. Некоторые были старше учителя, иногда отцы учились вместе со своими сыновьями. Плата за учебу всегда была умеренной, ограничиваясь иногда связкой сушеного мяса. Понятно, что построенная на таких принципах школа больших доходов основателю не приносила. Однако слава Конфуция возрастала, и ученики съезжались к нему из отдаленных районов страны.

Учитель воспитал 72 известных ученика, из которых 12 находились при нем неотлучно. Он был доступным человеком, повторяя, что если бы он казался недосягаемым, у людей пропало бы желание ему подражать. Он неуклонно соблюдал ряд педагогических правил, например выговаривал ученикам только наедине, а перед другими всегда защищал. Когда ученики расспрашивали его, как ему удалось так много достичь в своей жизни, он отвечал (48, с. 264):

Единственный сын Конфуция умер на четыре года раньше него (в 482 г. до н. э.), и он горько его оплакивал. Сам Конфуций скончался в возрасте 73 лет в городе Цюйфу в 479 г. до н. э. Существует предание о том, как это произошло. Как-то рано утром он поднялся и, заложив руки за спину, вызвал своих слуг, пошел к двери, напевая про себя: «Великая гора должна искрошиться, сильное бревно сломается, и мудрый человек склонится, как былинка. Я происхожу из Инь, и сегодня ночью мне снилось, что я сидел, а передо мною были приношения между двумя колоннами. Не появляется разумный монарх. Нет никого в империи, кто пожелал бы сделать меня своим учителем. Приходит время мое умирать». Так и случилось. Он пошел на свою постель и через семь дней испустил дух. Перед самым концом он в тоске воскликнул: «Кто после моей смерти возьмет на себя труд продолжить мое учение?» (197, с. 44). Это были его последние слова. Затем он впал в беспамятство и скончался через семь дней, так и не приходя в сознание.