Энциклопедия юриста

б) законы позитивной морали, основанные на мнениях (например, законы чести);

в) позитивные законы, установленные политической властью. Эти законы, соответственно, изучают такие науки, как этика или деонтология (к ее ведению относятся вопросы критики позитивных законов с точки зрения божественного права), наука морали и юриспруденция.

Задачу юридической науки Остин видел в том, чтобы построить систему взаимосвязанных правовых понятий — источника права, юридической обязанности, правонарушения, санкции и т. д. — путем анализа их содержания и логического объема.

Остин стремился отделить правоведение от смежных областей знания, исключить из юридической науки проблемы этико-философского порядка. Юриспруденция, писал он, "имеет дело с позитивными законами, или законами в строгом смысле слова, без рассмотрения того, хороши они или плохи". Впоследствии эти идеи широко использовались сторонниками П.ю., выступавшими за разграничение теории права и науки политики права как самостоятельных юридических дисциплин.

По учению Остина, позитивное право состоит из императивных велений или приказов суверенной государственной власти. Право есть "совокупность норм, установленных политическими верхами". Его источник — воля суверена (в Англии суверенитет принадлежит королю, пэрам и электорату палаты общин). Как подчеркивал Остин, суверен не связан принятыми законами, так как в любой момент может их изменить — в противном случае он не суверен. Ограничениями государственной власти в действительности служат божественное право и мораль. В концепции Остина были разработаны основы императивной теории права, согласно которой законы государства обращены исключительно к подвластным и не способны ограничить волю суверена. Международное право, по этой теории, содержит лишь нормы морали, поскольку в нем нет императивных предписаний.

В первой половине XIX в. идеи П.ю. получили распространение во Франции, где была проведена наиболее полная для того времени кодификация права. Господствующее положение во французском правоведении занимали тогда концепции экзегезов — комментаторов Кодекса Наполеона (А. Дюрантон, Ш. Тулье, Ф. Лоран, Ш. Демоломб и др.). Отождествив право с законом, экзегезы свели задачи юридической науки к формально-догматическому описанию и комментированию действующего законодательства. Результатом их творчества явились многотомные постатейные комментарии к Гражданскому кодексу (А. Дюрантон написал "Курс французского права в последовательности статей Гражданского кодекса" в 19 томах:

Ш. Демоломб — "Курс Кодекса Наполеона" — 31 том). Экзегезы уделяли много внимания анализу правовых норм, приемам и способам толкования законов, но крайне редко обращались к общетеоретическим и методологическим проблемам правовой науки.

Сфера распространения П.ю. Значительно расширилась во второй половине XIX в., когда позитивистские доктрины утвердились в правоведении европейских стран. К этому же времени относится зарождение П.ю. в России. Виднейшими его представителями являлись: в Германии — Карл Бергбом (1849–1927). во Франции — Аремар Эсмен (1848–1913), в России-Габриэль Феликсович Шершеневич (1863–1912).

П. го. претерпел в этот период ряд изменений. Во-первых, позитивисты конца XIX — начала XX в. стремились расширить философско-методологическое обоснование своих концепций, в том числе за счет положений, воспринятых из позитивистской философии и социологии (например, Г.Ф. Шершеневич социологические методы исследования ставил в один ряд с догмой права). Это обстоятельство породило непрекращающуюся до сих пор дискуссию о соотношении П.ю. с философским позитивизмом О. Конта, Г. Спенсера и др. (ранний П.ю. не имел связей с позитивистской философией — ее влияние на догматическую юриспруденцию прослеживается лишь с конца XIX в.). Во-вторых, на рубеже XIX–XX вв. последователи П.ю. отказались от многих положений императивной теории права и разработали концепцию правового самоограничения государства. Согласно последней, нормы позитивного права обращены к самому государству. П.ю. приобрел тем самым более последовательный характер. В нем появляются доктрины, полностью отрицающие естественное право (К. Бергбом), выделяются идеи создания "чистой теории права" (Э. Рогэн, Бельгия). В связи с этим наметилась тенденция к сближению П.ю. с концепциями правового государства и господства права. В-третьих, принципы П.ю. с конца XIX в. получают распространение в науке международного права, что приводит к отказу от прежних учений, отождествлявших право с законами государства. Со временем в П.ю. утверждаются идеи так называемого монистического подхода к праву, т. е. трактовка международного права и национальных правовых систем как структурных элементов единого правопорядка.

Развитие П.ю. в XX в. глатзным образом было связано с такими доктринами, как нормативизм и лингвистическая теория Г. Харта.

Лит.:

Зорькин В.Д. Позитивистская теория права в России. М., 1978;

Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. В 2-х т. М., 1995;

Shuman S.I. Legal positivism, its scope and limitations. Detroit. 1963;

H.L.A. The Concept of Law. 2nd ed. Oxf., 1994;

Оtt W. DerRechtsposi,tivismus. Berlin (W.), 1976.

Воратилин E.A.

ПОЗОРЯЩИЕ НАКАЗАНИЯ — уголовные наказания, преследующие цель публично опозорить, унизить осужденного. П.н. начали применяться еще в древнейших государствах. В эпоху позднего феодализма П.н. получили наиболее широкое распространение. Самыми тяжелыми формами П.н. являлись: выставление у позорного столба, надевание ошейников и иных позорящих нарядов, надевание на преступников предметов его преступления, изгнание из города позорящим образом (метлами и т. п.), специальные обряды шельмования, облачение в шутовские наряды и т. п.

К П.н. относилась также просьба о прощении, соединенная с унизительными обрядами (стояние на коленях, целование рук и т. п.). Под влиянием католической церкви было введено публичное покаяние и отречение от заблуждений. По старому французскому праву осужденного приводили к дверям церкви или суда; босой, в одной рубашке, он становился на колени с горящей свечой в руках и веревкой на шее, громко заявляя о совершенном им преступлении, и просил прощения у Бога, короля, судьи и потерпевшего. В Австрии еще в XVIII в. проститутки приводились в одной рубашке в воскресенье к церкви, где им обрезали волосы, мазали голову дегтем, секли и в телеге вывозили за город.

В России П.н. появляются лишь в начале XVIII в. Артикулами Петра I введены такие П.н., как нанесение палачом удара по лицу, повешение за ноги после казни, шельмование, т. е. "тяжелое чести нарушение, которого имя на виселице прибито и шпага его от палача переломлена и вором (шельм) объявлен будет".