АНЕМОНА @ КЛЕВЕР - ТРАНЗИТЫ

Сходил он за чаем, сели мы завтракать и разговорились. Оказалось, что Виктор этот бывший офицер. Какие-то истории свои армейские сначала рассказывал, потом думы и печали о жизни родной страны выдал. Ну я слушал все эти вагонные разговоры, а чувство, что есть что-то важное для меня в этом человеке, не покидало…

И в ощущениях я не ошибся! Дошло дело до обеда, я вытащил домашнее сальце с хлебушком, да картошечку… Предлагаю соседу, мол угощайся. А он вытаскивает из своей сумки какую-то жестяную банку с сухими темно-зелеными чипсами, наподобие высушенного гербария, и говорит мне, что его обед нынче такой.

Думал, может на диете какой, болеет… Спрашиваю: «А что это?» А он мне: «Это особый продукт, спортпит, если так понятнее будет».

Смотрю, мужик с таким удовольствием ест, смакует каждую чипсину. Ну тут мое любопытство дало себя знать, напросился я попробовать эту диковину.

И что ты думаешь? Съел-то я всего малюсенький кусочек, а чувствую в моей голове поплыли какие-то странные мысли, никогда не задумывался о таком всерьез, а тут, на тебе, вся боль за родину, за людей русских, за все, что мужик раньше рассказывал до костей пробрала. Сижу и эмоции переполняют. Думаю: «Наркотик какой-то мужик дал, не иначе». А он говорит: «Нет, я не сказал бы, что это наркотик. Наркотик обычно замещает наши естественные процессы вызова чувств и ощущений. В случае же с этими чипсами, ты как бы принимаешь лекарство, которое выстаивает твои рухнувшие связи в организме, и ты возвращаешь себе утраченную чувствительность. Это как перезапуск твоей системы восприятия». Думаю: «Как он узнал мои мысли, и вообще не скажется ли подобное употребление на моем здоровье?» А он ухмыляется и говорит: «Очень сложный вопрос, понимаешь, с точки зрения физического состояния твоего организма все 100% безопасно, но вот, что твоя психика при этом начинает вытворять…» «Так, – думаю, – походу я схожу с ума, вот тебе сел в поезд нормальным, выйду душевнобольным!» А Виктор продолжает: «Смешной ты! Да кто же сейчас в нашем обществе не болен душой? Одни пьянствуют от безысходности или по привычке, другие озабочены гонкой в потребительском марафоне, третьи вообще ушли в построение и разрушение виртуальных миров. Где их души сейчас? Посиди маленько, привыкни, я расскажу тебе, что сейчас с тобой происходит»

И мужик начал мне рассказывать совершенно новое в моем понимание устройство нашего человеческого мира. Не знаю, Ростян, смогу ли я так красиво рассказать тебе, как Виктор говорил, но суть расскажу. Понимаешь, когда я его слушал, то ли из-за чипсы этой, то ли по своей душевной расположенности, я четко понимал, что его рассказ – это истинное положение вещей, более истинного не бывает.

Наш мир строится через восприятие его людьми, которые нас окружают. Каждый из нас по-своему видит и оценивает то, что вокруг происходит, а если взять все эти людские представления в кучу – вот и получим то, что будет происходить в нашем мире, во что каждый из нас будет свято верить. Все эти представления людские – это и есть границы нашей жизни, за них предельно сложно выйти, можно просто выбирать любой из возможных вариантов существующего представления о мире и жить в нем. Думаешь, что жизнь дерьмо, и от тебя ничего не зависит – на тебе есть такой вариант – живи в нем. Думаешь, что рассчитывать надо только на себя, что надо выматываться, чтобы набрать как можно больше денег, чтобы не бояться – на тебе, и такой вариант есть. Ну ты понял! Все основные выборы – они как клетка для души. И казалось могли бы мы все взять и почувствовать хороший добрый и счастливый мир и жить в нем, любить, мечтать, на звезды любоваться, да не так все просто.

Как Виктор сказал, что хоть человек рожден быть свободным, его реально освободить очень трудно. Если переводить на мой простой язык, основная масса людей, по каким-то совершенно не ясным для меня причинам, имеет заглушку в своем психическом механизме. Эта заглушка не дает оторваться от клетки с выбором общественных сценариев и нарисовать свой индивидуальный. Или даже не так, заглушка такая не одна, есть заглушки, которые выбиваешь, но все равно остаешься в клетке, только приближаешься ближе к ее краю, все легче потенциально становится выйти. В общем, в зависимости от устройства механизмов психики и от расположения заглушек мужик поделил людей на разные типы. Сказал, есть основные четыре типа людей: первый – люди, работающие своим трудом, но часто на минимуме потребностей; второй – люди, живущие в комфорте и удовольствии и создающие такие возможности для других; третий – люди, ведущие за собой, нарушители стандартных общественных правил ради истинного результата; четвертый – люди, которые уже давно живут по своим сценариям. Понятно, вообще, о чем я? Что-то сам уже начал путанно выражаться.

Понимаешь, что главное, что эти типы не всегда реально соотносятся с занятиями людей, к типам относит область их веры и убеждений, и не всегда реальная деятельность, если мы смотрим на деятельность со стороны. То есть человек со свободным сценарием вполне может пахать землю, если он это делает потому что это его личный выбор, и в этом есть какая-то его особая цель, которую не все даже поймут. Вот такая фишечка. Да! И конечно, если ты занят не своим, ты очень недоволен жизнью! Надо с этим быстро разобраться и перейти в соответствие.

Я тут после этой встречи много думал на такую тему, оказывается, что все это очень созвучно с индийскими верованиями в кастовую принадлежность. Только индусы в тупик зашли, когда начали касты передавать по наследству, а в исходнике то прописано у них, что касты определяют по способностям!

Егор замолчал, посмотрел по сторонам и найдя официанта, дружелюбно размахивая рукой позвал его:

– А можно нам чайничек вот этого чая с листами смородины? – и ткнул рукой на титул рекламного сезонного буклета – У вас свежесобранные листья?

Официант кивнул и пошел выполнять заказ.

– Ростян, ты не против? Говорю много, в горле пересохло, попьем чаек.

Ростислав сидел под впечатлением от повествования, что-то очень тонкое дрогнуло внутри, ему очень хотелось дослушать историю, чтобы еще не осознанная неуловимая истина, наконец, стала видна ему.

– Продолжай, Егор. Очень интересно.

– Ну, что… Виктор, значит, этот был кадровым военным, даже воевал в горячих точках, ребят-солдат берег для матерей, попусту их жизни не раздавал, но и для реального подвига место оставлял. К нему в службу каждый был рад попасть в те лихие времена. И, как он сам сказал, он даже не понимал, почему он так делает. Просто не мог иначе. Потом уже в тылу дослужился до какого-то своего высокого чина, даже не вспомню какого. И пока в тылу служил, тоска его ела, что вся жизнь идет впустую. Да, были у него заслуги перед отечеством в мирное время, но реальной личной глубины он в них не видел. И вот ехал он как-то в поезде из командировки и встретился с необычным попутчиком, прям как я с ним в этот раз.