Эра Рок - Тринадцать полнолуний

Определённый день она не назначала, чувствовала, он придёт сам собой и сердце ей подскажет нужную минуту. Сердце ёкнуло от толчка, ожидаемого долгое время.

К ней в комнату вошёл Джамад. Он как-то по-особенному смотрел на неё сегодня. В его глазах появился незнакомый блеск. Зандира посмотрела на него и поняла, всё, что она придумала, случится именно сегодня. — Зачем ты пришёл, Джамад? Мне больно видеть тебя, ты растоптал моё сердце, — дрожащим голосом прошептала Зандира.

— Я растоптал, я и верну его к жизни, — тихо ответил ей брат, — я долго не решался сказать тебе, ты — вся моя жизнь и боль. Но теперь, мы можем быть вместе всегда. Я никому тебя не отдам.

— Опомнись, Джамад, о чём ты говоришь? Значит, я так и не выйду замуж?

На глаза Зандиры навернулись слёзы. «Он опять за своё! Какой жестокий! Я ненавижу тебя» хотелось закричать девушке.

— Ты выйдешь замуж только за того, который достоин тебя, — твёрдо ответил Джамад, — но немного позже.

Было видно, его мучает что-то. Слова так и рвались с его языка, но он сдерживал себя, прекрасно понимая, открыв тайну своего рождения Зандире, он лишиться всего. «Нет, ещё не время. Сначала нужно избавиться от Кемаля. Он мне сильно мешает. Но об этом я подумаю позже. Сначала нужно сбить спесь с этой девчонки. Я знаю единственный способ на земле повлиять на мнение другого человека, нужно говорить о том, чего он хочет и помочь ему осмыслить, как можно получить желаемое, но при этом добиваться только своего интереса. Я буду вторить ей и подчиню себе, а когда Кемаля не станет, тогда я запугаю её, она будет полностью в моей власти, ей некуда будет идти. И тогда ничто не разлучит нас, ведь я так люблю её. О, небеса, как тяжело любить и бороться с этой любовью. Надо просто ждать, набраться терпения и ждать.»

— Но я люблю его, как ты можешь говорить мне такие вещи?! Отец был так счастлив вместе со мной, а ты идёшь против его воли. Я не хочу жить, я покончу с собой, если ты не сделаешь так, как хотел наш отец. Ты мне противен! Я ненавижу тебя! — крикнула Зандира.

— Глупая девчонка! Что ты такое говоришь?!

Все придуманные ранее методы подчинения Зандиры рухнули под тяжестью её слов, Джамад, не помня себя, размахнулся и наотмашь ударил Зандиру по щеке. Девушка вскрикнула и упала навзничь. Джамад даже не успел понять, как это произошло, его рука будто действовала сама по себе. Ладонь горела, как в огне. Посмотрев на лежащюю и плачущюю сестру, он бросился к ней и прижал её голову к своей груди.

— Боже, боже мой, любовь моя, прости, прости. Я груб и жесток, прости, скажи, что прощаешь меня? О, если бы ты только знала, какие муки испытываю я? Умоляю, прости меня! Не плачь, прошу, обними меня, давай всё забудем. Я никогда больше не позволю себе подобного. Мы будем жить долго и счастливо. Я буду любить тебя, как никто другой, доверься мне, — шептал Джамад, осыпая поцелуями лицо Зандиры. Слова брата доносились до Зандиры, словно издалека. Она не понимала их смысла, её душила обида и боль, но боль не физическая, а душевная. Джамад лихорадочно целовал её лицо, грудь, руки, навалился всем своим телом, вдавливая в пол, сдирал сари. Силы оставили её. Но когда Джамад начал переступать границы дозволенного, она пришла в себя и стала отбиваться, как дикая кошка. Она оттолкнула Джамада и отползла в угол комнаты.

— Что ты делаешь?! Ты сошёл с ума? — закричала Зандира.

Она испугалась его, он был словно не в себе, дрожал всем телом, лицо было покрыто капельками пота, остекленевшие глаза не выражали ничего человеческого. Он тяжело дышал и на четвереньках полз к Зандире. Девушка всё теснее вжималась в угол комнаты, чувствуя страх.

— Опомнись, остановись! Джамад, это безумие! — кричала она.

Джамад вдруг резко остановился и тряхнул головой. Сел на пол, согнув ноги в коленях и обхватил их руками. Бессмысленным взором он уставился в пол перед собой и замычал, качаясь из стороны в сторону. Сколько это продолжалось неизвестно, время словно остановилось. Зандира, едва дыша, даже боялась заплакать, чтобы не выдавать своё присутствие. Но тут Джамад поднял на неё глаза.

— Не бойся меня, я не причиню тебе зла, — довольно твёрдым голосом сказал Джамад, — прости, что напугал тебя. Обещаю, этого больше не повториться. Прости, если можешь. Но и ты пообещай мне, впредь, ты ни словом не обмолвишься о своей свадьбе, пока я тебе не разрешу. Обещаешь? Если нарушишь обещание, я уничтожу тебя и защиты искать не у кого. Ты будешь принадлежать только мне и никому больше. Ты поняла?

— Да-да-да, — тихо ответила девушка, — я буду делать только то, что ты мне скажешь. Я буду слушаться тебя и исполнять все твои желания.

Джамад улыбнулся, встал на ноги и, шагнув к Зандире, протянул ей руку. Зандира, в ужасе, отпрянула.

— Я же сказал, что больше не обижу тебя. Не бойся, вставай и обними меня, в знак примирения, — приказным тоном сказал Джамад.

Зандира оперлась на его руку и поднялась с пола. Джамад привлёк её к себе и крепко обнял.

— А теперь поцелуй меня, не как сестра, а как женщина целует мужчину, — Джамад смотрел в её глаза и потянулся к ней губами.

Зандира зажмурилась. Язык Джамада, как жало змеи, настойчиво втискивался в её сомкнутые губы, стараясь раскрыть их, как створки раковины.

— Ну что же ты? Ты обещала выполнять всё то, что я скажу, — услышала она его голос. «Господи, как же он отвратителен! Ведь он мой брат, это страшный грех! Он болен безумием! Он будет преследовать меня! Ему нет места на этой земле!» стучало в висках девушки и её страшный замысел принял своё окончательное изображение.

— Вот и хорошо, молодец, теперь между нами такая связь, которую никто никогда не сможет разорвать, — Джамад, улыбаясь, опустил руки и отошёл к дверям, — я приду к тебе сегодня ночью, постарайся быть более приветливой.

Джамад вышел из комнаты и Зандира, без сил, упала на кровать. «Боже, боже мой, как омерзительны его прикосновения! Да, нельзя терять время, именно сегодня надо покончить с этим. Кемаль, только он может защитить меня. Он постоит за мою честь и спасёт от этого чудовища.» подумала Зандира и принялась действовать. Она поцарапала свои руки, больно впилась ногтями в щёки. Огромный кровоподтёк на пол лица прекрасно дополнял картину. Она порвала сари и выбежала из комнаты. Нет, она уже не думала о том, что может произойти, как поступит Кемаль. В её сознании было только одно, она не может так жить, она должна защищаться. Но что может сделать слабая, бесправная женщина? Кто ей поверит, значит, этот кошмар будет продолжаться. Это чудовище, попирая все законы Всевышнего, будет мучить её, принуждая к греховной связи.

Не разбирая дороги, больно стукаясь телом о домашнюю мебель, она бежала по дому. Глаза застилали слёзы отчаяния, сердце готово было выскочить из груди. Она почти лишилась сознания, когда почувствовала чьи-то руки, подхватившие её. Кемаль, добрый, хороший Кемаль смотрел на неё.