Эра Рок - Тринадцать полнолуний

Старуха съёжилась, отступила от Ядвиги и буркнула себе под нос:

— Почему бог получает хороших последователей, а я все отбросы?

Ядвига задохнулась от негодования. Её щёки покраснели, она оглянулась на Людвига. Тот молча наблюдавший за перепалкой двух ведьм, хмыкнул, но ничего не сказал в защиту ни той, ни другой стороны, предоставив скандалисткам разобраться самим. У Ядвиги поплыло всё перед глазами от ярости, едва сдержалась, чтобы не вцепиться в старуху и не прогнать её прочь за наглость. «Возьми себя в руки, надо стерпеть, чёрт с ней, сейчас не время для амбиций, ведь только она сможет мне помочь. Её рекомендовали, как самую сильную жрицу Вуду. Она мощьный проводник мира тьмы и поэтому, надо смолчать» уговаривала себя Ядвига.

— Оставьте своё высокомерие для других, мне оно безразлично, я повидала всяких. Водить с вами разговоры мне самой не охота, давайте к делу. Курица готова? — спросила старуха, остужая запал Ядвиги.

— Да, она чёрная, шести месяцев от роду, — Ядвига переключилась от пререкательств на ответы.

— Яйца?

— Да, всё, как вы сказали, тёмно-коричневые, тринадцать штук.

— Хорошо, — одобрительно кивнула жрица, — траву я принесла. Одежда того, кого мы будем изводить есть?

— Я принесла его рубашку, подойдёт?

— А мне без разницы, хоть комзол, хоть портки, главное, чтобы одевалась вещь неменее трёх раз хозяином, — сердито пробурчала старуха, чем снова вызвала негодование Ядвиги за свой тон.

«Конечно, ожидать мягкости в обращении от потомственной жрицы Вуду, на счету которой было немало злодеяний, было бы смешно. Но ведь мало-мальское уважение к женщине из богатого сословия должно же быть? Ведь я тоже весьма приуспела в деле разрушения душ и жизней. Да и вообще, что эта чернавка себе позволяет?!» внутри Ядвиги опять всё заклокотало.

— Нам не изводить его нужно, а убить, чтобы и мокрого места от него не осталось, — зашипела Ядвига, — нужно, чтобы энергия его глаз потухла, недождавшись следующего полнолуния. Чтобы на землю даже духом не смог приходить, чтобы охрана врат земных не пропускала его и на небесах ему места небыло. Чтоб мыкался неприкаянным и имён своих сподвижников и друзей вспомнить не мог, и чтобы им к нему доступа небыло. Уничтожить, размолоть его энергию, чтобы ни один самый сильный Ангел, не собрал её вновь.

Ядвига, уставившись взором в потолок, почти прокричала последние слова дрожащим от ненависти голосом, подняв к своей груди сжатые кулаки. Старуха хмыкнула, исподлобья гладя на Ядвигу.

— Не слишком ли многого требуешь от меня за такую плату?

Хриплый голос старухи вернул Ядвигу в действительность. Рыжая бестия зажмурилась, открыла глаза, обводя обтановку недоумённым взглядом, словно только появилась здесь, выхваченная из своего злобного забытья. Уставившись на старуху мутным взглядом, она быстро соображала, чего от неё хотят.

— Сколько тебе дали с лихвой хватит, чтобы сотню человек отправить в преисподнюю, — тихо ответила Ядвига.

— За сотню может и хватит, а за такого и этого недостаточно, — старуха смерила Ядвигу взглядом и покачала головой.

— Смотрю, уж больно ты жадна, ведьма. Земными благами хочешь всласть попользоваться, а зачем они тебе, сама одной ногой уже в могиле стоишь, — Ядвига улыбнулась, словно волчица оскалилась.

— Не ты, госпожа, сроком моей кончины заведуешь и не тебе знать, для чего мне деньги нужны, — жрица отступила от стола.

— Ладно, если результат твоего колдовства будет таким, как должно, в десять, в сотню раз больше получишь, — Ядвига прищурилась.

Старуха вернулась к столу и взяла в руки рубашку Генри. Когда Юлиан встретил свою чудом исцелённую пациентку возле консульства, он не ошибся. Ядвига, ползуясь неразберихой и сметением, тайно пробралась в комнату Генри и вынесла от туда его нижнюю рубашку для исполнения ритуала. Ища способы извести Генри, она металась от одного колдовства к другому, но результаты её не радовали. Всё было тщетно. И вот однажды, в каком-то, захолустье, ещё на родине, к ней подошла женщина странного вида. Она не была похожа на соотечественниц и внушала животный страх даже такой смелой юной ведьме, которой была Ядвига. Вот именно она-то и рассказала о древнем культе Вуду:

— С помощью этого колдовства можно отнять энергетическую силу любого, восстановить её практически невозможно даже высшим жрицам. Это приговор без помилования. Совершить его на одного человека можно единожды. Если по каким то причинам ритуал будет сорван, во второй раз его совершить уже будет невозможно. Тогда жрица сама потеряет свою земную энергию и её сила уйдёт в облако. Где это облако найдёт себе пристанище, каким снегом или дождём прольётся, никто не знает. Старейшие жрецы Вуду говорили, что эту силу можно вернуть, но где, как и когда надо знать время и в кого она войдёт, тоже неизвестно.

Но одного не сказала эта странная женщина, где и как найти самого сильного жреца или жрицу. Ядвига, ведомая ненавистью и любовью одновременно отправилась в путь, твёрдо веря, что силы, которыми она восхищается, обязательно выведут ей на верную дорогу. Вот так и стала возможной сегодняшнее действо.

— Вот и хорошо, госпожа. Я лучше вас знаю свою работу, — жрица алчно ухмыльнулась.

— А почему кукла такая маленькая? Ведь он уже взрослый человек, — раздражённо спросила Ядвига. — Что толку в размере, важно изначальное, вот его-то и надо уничтожить. Если вы будете мне мешать, у нас ничего не получится, — рассердилась старуха.

Ядвига набрала воздух в грудь, чтобы ответить этой нахалке, но Людвиг, не вмещиваясь до этого момента в перепалку чародеек, резким тоном осадил её.

— У этой женщины сильные магические способности, я чувствую это как никто другой и вижу на расстоянии силу, переданную ей по родственной линии из прошлого. Я не удивляюсь этому, ведь только так, по наследству и передаётся знание в полном объёме. Перед нами именно та, которая может вызывать белого ангела смерти, который приходит к каждому независимо от религий. От сотворения мира на земле господствует один правитель, ему подчиняется всё живое. Его приказы выполняются беспрекословно, хотя многие из людей выражают недовольство и возмущение, но ещё никто не посмел его ослушаться. У белого ангела смерти нет никаких привязанностей, он не идёт ни на какие компромиссы с теми, кому дал приказ уничтожить биологическую форму. Его верные помощники хорошо делают своё дело и эта женщина — прекрасный представитель этого сословия.

Старухе очень понравились слова красивого молодого человека. Она была довольна, видя, как притихла Ядвига, что он смог поставить на место эту девицу, возомнившую о себе слишком много. Хотя старуха и чувствовала в этой рыжей скандалистке дремлющую огромную колдовскую силу, которую та ещё даже не осознавала.