Франсин Риверс - Звуки Шофара

Декер задумался. Замечает ли кто‑нибудь еще эти тревожные сигналы? Все отчетливее в Поле проявлялась агрессивная решимость, он во что бы то ни стало хотел построить Центр новой жизни с опережением предполагаемого двадцатилетнего графика. Что случилось с тем жизнерадостным другом, который бывало подсаживался к нему за стойку в «Закусочной Чарли» после четырехмильной пробежки?

Стивен отодвинул тарелку с недоеденным обедом в сторону и положил руки на стол.

— Давай попридержим коней, Пол. Сбавим скорость. В том, что я составил двадцатилетний план, есть серьезный резон. Лучший строительный материал стоит дороже, но он высокого качества. Мы мечтали построить нечто такое, что будет жить в веках.

— Я знаю, Стивен, но нам крупно повезет, если мы доживем до окончания строительства при таких‑то темпах.

— Доживем мы или нет, какое это имеет значение? Мы хотели, чтобы все было сделано отменно. Раньше соборы строили на протяжении сотен лет.

Стивена смутило нескрываемое разочарование и нетерпение Пола.

Пол безрадостно рассмеялся:

— Как бы мне хотелось, чтобы это был собор.

— Мы и так опережаем график, Пол. Угомонись. Дай своим прихожанам короткую передышку от всех этих кампаний по сбору денег. Позволь им привыкнуть к новой церкви.

Пол кивнул:

— Ладно. Отложим спортивный зал. Но фонтан уже к концу года должен работать.

Стивен медленно выдохнул. Господи, он слышит меня?

— Строительство фонтана намечено на самый конец. Это один из тех дополнительных проектов, судьбу которых предполагалось решать по ходу или после завершения основного двадцатилетнего плана.

— На рисунке фонтан выглядит очень впечатляюще, Стивен. Мощная струя воды выбрасывается из‑под земли и омывает, словно очищающим потоком, скульптурные изваяния. Весь ансамбль будет вызывать глубочайшее благоговение. И привлекать людей.

— Это был просто рисунок, полет фантазии.

— То есть ты не знаешь, во сколько обойдется строительство фонтана?

— Примерно в триста тысяч долларов. А к тому моменту, когда мы примемся за работу, возможно и больше. Если вообще до этого дойдут руки.

— Полагаю, ты можешь придумать что‑нибудь попроще, но основанное на тех же идеях. У тебя редкий художественный талант, Стивен.

Декер понял, куда клонит Пол. Ему подавай еще один полный комплект чертежей за номинальную плату, а то и вовсе бесплатно. Пора трубить отбой. Он не может постоянно тратить свои сбережения и время. Ему тоже нужно платить за свой дом и покупать продукты.

— У меня нет времени. Еще три проекта дожидаются своей очереди.

— По всей видимости, одна из твоих проблем кроется именно в этом, Стивен.

Стивен не сводил с Пола глаз, сердце его забилось с бешеной скоростью.

— О чем ты говоришь?

— Комитет считает, что ты слишком загружен работой.

Комитет — значит Пол.

— Мне нужно зарабатывать на жизнь, Пол. Центр не соблюдает уровень расценок главного подрядчика, существующий сегодня на рынке. Я не говорю уже об оплате моих дополнительных работ. А сейчас я вообще с трудом свожу концы с концами.

— Мы все знаем, что ты строишь этот храм во славу Господа нашего, Стивен, и я знаю, что Всевышний благословит тебя за твои труды. Мы все бесконечно благодарны, что наш проект возглавляет человек с такой репутацией. Но ведь и для тебя это большая удача, не так ли? Твой первый проект во славу Бога, к тому же один из самых престижных архитектурных журналов в стране напечатал о нем статью и поместил изображение нашей церкви на обложке. Люди наблюдают за твоей работой над проектом.

Неужели Пол думает, что он такой наивный? Ясно с первого взгляда, что им пытаются манипулировать.

— Благодарностью и известностью не внесешь арендную плату за дом. Мне пришлось самому выплатить людям по счетам, которые просрочил Марвин Локфорд.

На душе у Стивена стало легче, когда он увидел, что новость для Пола оказалась неожиданной. Ему не хотелось думать, что именно Пол велел своему казначею попридержать выплаты.

— Марвин не платит по счетам?

— В последнее время задерживает выплаты на шестьдесят — девяносто дней. — Стивен облокотился о стол. — У моих людей семьи, Пол. Они не могут бесконечно долго ждать зарплаты. Я плачу поденным рабочим из собственного кармана, но я не могу продолжать так вечно.

Стивен заметил, что Пол изменился в лице, но понять, о чем он думал, было невозможно. У Декера появилось ощущение, будто лицо пастора скрыла вуаль, и это очень встревожило Стивена. Он больше не узнавал Пола. Но хуже всего было то, что он сомневался, хочет ли он вообще знать его. Стивен был уверен в одном: ему не нравится испытывать чувство вины, когда он просит оплатить свои труды. А еще он не любит, когда его бесцеремонно используют.

— Прости. — Пол потянулся к своему бумажнику. — Я поговорю с Марвином. Что скажешь, если я оплачу сегодняшний обед? — Он достал двадцатку.

Стивен решил не препираться с ним по поводу счета. Хотя, конечно, в этом месяце Пол значительно чаще угощал, чем он.

Юнис сидела в приемной Пола в ожидании встречи с ним. До этого она попробовала поговорить с мужем по телефону, но Рита сообщила, что он велел не беспокоить его, разве только в случае крайней необходимости. Кого‑то консультировал. Юнис знала, что Пол не сочтет эту ситуацию из рада вон выходящей, чтобы прерваться ради нее.

— Мы подойдем к тебе и подождем.

Пол достаточно ясно дал ей понять, чтобы она никогда не пыталась беспокоить его размышлениями вслух. И говорил не раз: «Сначала попробуй разобраться с проблемой сама и только потом приходи ко мне».

То, что Пол обращался с женой и сыном, как с любым другим членом общины, выглядело демократично, но все‑таки это возмущало ее. Сколько раз телефон звонил во время семейного обеда, и Пол с готовностью проводил час, а то и больше, в беседе с нуждающимся в нем человеком? Сколько раз их будил телефонный звонок посреди ночи, и Пол уходил? Для других пастор всегда находил время и силы, но, когда очередь доходила до его собственной жены и сына, у него не оставалось ни того, ни другого. И теперь, пока они с Тимом сидели в приемной мужа, Юнис старательно пыталась подавить негодование.

Рита сочувственно улыбнулась:

— Я подсунула ему записку. Он знает, что вы здесь. Уверена, он скоро закончит. — И она снова принялась печатать.

Прошло пятнадцать минут. Мрачный и безмолвный, Тимоти сидел радом с матерью.

Рита предложила сварить кофе. Юнис ответила, что это вовсе не обязательно. Прошло еще долгих пятнадцать минут, прежде чем отворилась дверь и вышел Роб Атертон, а следом за ним появился и Пол. Пастор похлопал Роба по спине: