Робин Хобб - Ученик убийцы

Его одежда озадачила меня. Это был пышный богатый камзол с отороченным мехом воротником. Янтарные бусы висели у него на груди такими плотными рядами, что могли бы отразить удар меча. Но богатая ткань так тесно облегала его, что, казалось, у портного не хватило материала, чтобы закончить костюм. В то время как широкие рукава с яркой тканью в прорезях были признаком богатства, рубашка обтягивала его торс туго, как шкура кошки. Сапоги были высокими и доходили до икр, на поясе висел маленький арапник, как будто Гален только что скакал верхом. Одежда его выглядела неудобной и в сочетании с худобой производила впечатление жадности.

Его светлые глаза недовольно оглядели Сад Королевы. Он осмотрел собравшихся и немедленно перестал обращать на нас внимание, как будто мы были неодушевленными предметами. Потом Гален со свистом выдохнул через нос, как это делает человек при виде тяжелой и неприятной работы.

– Расчистите место, – приказал он нам, – отодвиньте все это барахло в сторону. Сложите там, у стены. Быстрее. Я не буду возиться с лентяями.

Итак, последние остатки сада были уничтожены. Горшки и бадьи, составлявшие контуры маленьких дорожек и беседок, были сметены в сторону. Горшки мы сдвинули в угол, красивые маленькие скульптуры беспорядочно навалили сверху. Гален только раз обратился ко мне.

– Быстрее, ублюдок, – приказал он, когда я возился с тяжелым горшком, и стегнул меня арапником. Это был не удар, скорее шлепок, но он казался таким обдуманным, что я прервал свою работу и посмотрел на него.– Ты что, не слышал? – спросил он. Я кивнул и снова начал двигать горшок. Краем глаза я видел странное удовлетворение на его лице. Я чувствовал, что удар был испытанием, но не знал точно, прошел я его или провалился.

Сад Королевы превратился в пустое пространство, и только зеленые полоски мха и старые потеки грязи напоминали об уничтоженном саде. Гален приказал нам построиться в два ряда. Он поставил нас по возрасту и росту, а потом разделил по полу, поставив девочек за мальчиками и с правой стороны.

– Я не потерплю никакой болтовни и вызывающего поведения. Вы здесь для того, чтобы учиться, а не прохлаждаться,– предупредил он нас. Потом он заставил нас разойтись, велев всем вытянуть руки в разные стороны, чтобы убедиться, что мы не можем коснуться друг друга даже кончиками пальцев. Поэтому я предположил, что последуют физические упражнения, но вместо этого он приказал нам стоять смирно, вытянув руки по швам, и слушать его. И так, пока мы стояли на холодной башне, он начал читать нам лекцию.

– Семнадцать лет я был мастером Скилла этого замка. Прежде я давал уроки маленьким группам и в полной тайне. Те, кто не оправдывал ожиданий, тихо отстранялись. В то время Шесть Герцогств не нуждались в том, чтобы обучать Скиллу больше горстки людей. Я тренировал только самых талантливых, не тратя времени на тех, кто не имел способностей или не умел себя вести. За последние пятнадцать лет я никого не посвятил в Скилл.

Но пришло страшное время. Островитяне опустошают наши берега и «сковывают» наших людей. Король Шрюд и принц Верити направляют свои Скиллы на нашу защиту. Тяжки их усилия, и велики их удачи, хотя простые люди даже не догадываются о том, что они делают. Заверяю вас, что против тех умов, которые прошли через мое обучение, у островитян очень мало шансов. Они могут одержать несколько незначительных побед, если нападут на неподготовленные деревни, но силы, созданные мною, всегда будут превосходить их. Его светлые глаза горели, он воздел руки к небесам. Долгое время он молчал, глядя вверх и вытянув руки над головой, как будто стаскивал вниз силу самого неба. Потом он медленно опустил руки.

– Это я знаю, – продолжал он более спокойным голосом, – это я знаю. Силы, созданные мною, восторжествуют. Но наш король, пусть боги прославят и благословят его, сомневается во мне. А поскольку он мой король, я преклоняюсь перед его волей. Он требует, чтобы я искал среди вас, детей низкой крови, кого-то, имеющего талант, желание, чистоту помыслов и крепость души, достаточные, чтобы учиться Скиллу. Это я сделаю, ибо мой король приказал. Легенды гласят, что в прежние дни многие были обучены Скиллу и трудились бок о бок со своими королями, чтобы отвратить опасность от страны. Возможно, это действительно было так, возможно, древние легенды преувеличивают. В любом случае мой король приказал мне попытаться создать запас владеющих Скиллом, и я попытаюсь сделать это.

Он полностью игнорировал пятерых девушек нашей группы. Ни разу взгляд его не остановился на них. Это было так очевидно, что я задумался над тем, чем же они успели оскорбить его. Я немного знал Сирен, поскольку она была также способной ученицей Федврена. Я почти ощущал тепло ее недовольства. Рядом со мной один из мальчиков пошевелился. В мгновение ока Гален оказался перед ним.

– Нам скучно, да? Мы устали от стариковской болтовни?

– Просто ногу свело, сир,– неумело оправдался мальчик.

Гален ударил его тыльной стороной руки, так что голова мальчика дернулась.

– Молчи и стой смирно. Или уходи. Все это в моей власти. Уже очевидно, что тебе не хватает выдержки, чтобы овладеть Скиллом. Но король счел тебя достойным того, чтобы находиться здесь, и поэтому я попытаюсь учить тебя.

Меня охватила внутренняя дрожь, потому что когда Гален говорил с мальчиком, он смотрел на меня, как будто движение мальчика каким-то образом было моей виной. Волна отвращения к Галену захлестнула меня. Я принимал удары от Ходд во время занятий с дубинками и с мечом и чувствовал дискомфорт даже в обществе Чейда, когда он демонстрировал мне технику удушения и нужные точки на шее, а также способы заставить человека молчать без того, чтобы сделать его недееспособным. Я получил свою долю шлепков, подзатыльников и ударов сапогами от Баррича – некоторые казались мне справедливыми, а некоторыми он просто отводил душу, будучи очень занятым человеком. Но я никогда не видел, чтобы мужчина ударил мальчика с таким явным удовольствием, как Гален. Я изо всех сил старался, чтобы мои эмоции не отразились на моем лице, и при этом смотрел прямо на него, зная, что если отведу глаза в сторону, то буду немедленно обвинен в невнимании.

Удовлетворенный, Гален кивнул самому себе и резюмировал:

– Чтобы овладеть Скиллом, я должен сперва научить вас владеть собой. Ключ к этому – физические лишения. Завтра вы должны прийти сюда до восхода солнца. На вас не должно быть ни туфель, ни носков, ни плащей – и никакой шерстяной одежды. Головы должны быть непокрыты. Тело должно быть совершенно чистым. – Он убеждал нас подражать ему в его привычках, касающихся еды и поведения. Мы должны были избегать мяса, сладких фруктов, блюд со специями, молока и «легкомысленной пищи». Одобрялись каши, холодная вода, простой хлеб и тушеные корнеплоды. Нам следовало избегать пустых разговоров, особенно с людьми противоположного пола. Он долго предостерегал нас от «чувственных» удовольствий, в которые он включал любовь к еде, сну или теплу. И уведомил нас, что распорядился поставить отдельный стол в холле, где мы сможем есть соответствующую пищу и не будем отвлекаться на праздные разговоры. Или вопросы. Эта последняя фраза прозвучала почти как угроза.