Глен Кук - Жатва восточного ветра

– Лорд Лун-ю! Организуйте вылазку силами одной бригады. Противник не окажет серьезного сопротивления.

Таси-Фенг успел уничтожить несколько тысяч недвижных мертвяков, прежде чем остальные вернулись к жизни и стали сражаться. Таси-Фенг отошел, а от Ши-Мина поступило донесение, что напавшая на него толпа рассыпалась.

– Господа, – произнес Ших-кай, обращаясь к своим тервола. – Если этот Избавитель совершит ещё хотя бы одну подобную ошибку, мы его уничтожим.

Никто не поинтересовался, что он хочет этим сказать, и, не дождавшись вопросов, командующий пояснил:

– Во-первых, он может проявить неосторожность, и мы его раним или убьем. Во-вторых, он своими действиями может поставить под удар колдунью. В-третьих, проявляя нетерпение, он может перестать вербовать в свое мертвое войско туземцев или позволит нам помешать ему этим заниматься.

Ответом ему было молчание.

– Господа, есть ли среди вас желающие стать героем?

В этот момент прибыло очередное донесение от Ши-Мина. Тот сообщал, что все атаковавшие скрылись в лесу, и его части возобновляют марш к реке Тусгус.

– Могу ли я совершить ещё одну вылазку, лорд? – произнес Таси-Фенг.

– Нет. Сейчас он перебрасывает сюда этих несчастных туземцев, чтобы покончить с нами. Сегодня мы преподали ему хороший урок. Избавитель понял, что не может нас обойти.

Штурм начался глубокой ночью. Во главе штурмовых колонн шли женщины и дети. Людской поток не имел конца. Из лесов выходили все новые и новые толпы туземцев. Некоторые из них, судя по их виду, прежде чем добраться до крепости, прошагали не менее тысячи миль. Ших-кай клял дикарей на чем свет стоит за то, что у них не хватило ума остаться под покровительством Империи, и поздравлял себя с тем, что ему хватило здравого смысла для того, чтобы перебросить большую часть туземцев в глубь страны.

Легионеры истребляли дикарей десятками тысяч, а те все продолжали прибывать. Войска Ших-кая несли потери, и убитых едва успевали отправлять через порталы перехода в Лиаонтунг. Некоторые части крепости попали в руки врага. Казармы, подвалы и дворы были завалены ждущими сожжения расчлененными телами. Вонь изматывала воинов не меньше, чем непрекращающиеся атаки.

– Лорд Лун-ю, что за чудовище этот самый Избавитель? Какое безумное создание может решиться на то, чтобы ради одной крепости истребить всех людей на площади более чем полмиллиона квадратных миль? Может быть, он демон, сорвавшийся с цепи своего хозяина?

– Он – просто мальчик, лорд. В основном совершенно нормальный. Ему лет семнадцать-восемнадцать, и у него какие-то счеты с Империей.

– Счеты?

– Пленные, из числа живых, говорят, что он поклялся нас уничтожить.

– И вы полагаете, что он сможет это сделать?

– Нет, лорд, не сможет.

– Тем не менее начало впечатляющее, не так ли? Сколько времени мы ещё сможем продержаться?

– Два дня наверняка. У него мало новобранцев.

– Оставляю крепость на вас. Постарайтесь выиграть как можно больше дней. Впрочем, мы обеспечили достаточно времени для развертывания Северной Армии. Теперь, боюсь, мы уже сражаемся за Лиоантунг.

Таси-Фенг, уставив взгляд в пол, протянул:

– Как прикажете… Может быть, вам теперь удастся установить контакт с лордом Куо?

– С лордом Куо? А я полагал, что он уже отстранен от дел.

– Ничего неизвестно, – пожал плечами Фенг. – Может быть, это и так. Мы о нем давно ничего не слышали.

Ших-кай в последний раз осмотрел крепость. Цитадель пребывала в ужасающем состоянии. Колдунья время от времени продолжала швырять синие шары. Командующий про себя решил, что Таси-Фенг проявил чрезмерный оптимизм, обещав продержаться ещё два дня.

Закончив инспекцию, Ших-кай в сопровождении Пан-ку спустился в глубокий подвал, где были сосредоточены все порталы перехода. Через них, как обычно, переправляли убитых и раненых.

– По крайней мере, их нам удастся эвакуировать, – заметил Ших-кай. – Сюда Избавитель доберется в последнюю очередь, и нашим людям не придется стоять насмерть после того, как порталы придется закрыть.

– Надеюсь, что вы правы, господин, – ответил Пан-ку. – Было бы жаль потерять Семнадцатый. Это – отличный легион.

Непанта сидела у окна, устремив вдаль невидящий взгляд. Чем ближе становился день родов, тем сильнее обострялись её отчужденность и стремление замкнуться в себе, тем мрачнее становились её мысли. Она стала часто плакать и без всякой видимой причины кидаться на людей. Глядя на свой вздувшийся живот, она пылала ненавистью к себе за уродство и за то, что собирается бросить в этот безжалостный мир ещё одно дитя. Иногда наступали моменты, когда она начинала люто ненавидеть растущего в её утробе маленького паразита. Большую часть времени она проводила в жалости к самой себе, а мысль отыскать потерянного сына становилась все более неотступной.

В ней почти угасла воля к какому-либо действию. Она делала лишь то, что говорил муж, или то, о чем просили служанки. Лишь изредка она заводила беседу по собственной инициативе. Но и это действие требовало от неё громадных усилий.

Такой вялой и апатичной она была почти все время, с момента смерти мужа, случившейся вскоре после потери их сына. Непанта и раньше была подвержена частой и резкой смене настроений. Периоды подъема сменялись спадами. С каждым годом спады стали случаться чаще и затягивались на более продолжительное время. Иногда она даже пыталась имитировать состояние подъема, но из этого, как правило, ничего не получалось. Теперь же Непанта отстранилась от всего, стараясь не осложнять жизнь своему второму мужу.

Вартлоккур прибегал к сотням способов для того, чтобы оживить её душу. Непанта, зная об этих попытках, хотела, чтобы супруг перестал волноваться и оставил её в покое. Она считала, что не стоит затраченных на неё сил.

Даже самых сильных заговоров и заклинаний хватало не надолго. В конце концов Вартлоккур решил, что жену исцелит лишь самое лучшее из лекарств, а именно – время. Придя к такому выводу, он предоставил супруге возможность бродить по закоулкам своей души столько, сколько ей самой заблагорассудится.

Непанта почувствовала, что муж вошел в комнату и остановился за её спиной. Она обернулась, посмотрела на него и сказала:

– Дорогой, ты выглядишь ужасно.

– Я за всю ночь не сомкнул глаз. Майкл Требилкок выполнял важное задание, и у него возникли серьезные неприятности. Пришлось послать Рейдачара ему на выручку. В итоге Майкл благополучно добрался до дома.

– Майкл? Это тот человек, который занял место Вальтера?

Вот до чего докатилась Непанта. Временами она не могла припомнить того, кого когда-то хорошо знала.