Мэл Одом - Бродяга

Маленький библиотекарь смотрел на мешочек с тревогой и любопытством. Его, как настоящего двеллера, интриговал любой закрытый сосуд. Но в то же время он знал, что если не справится с его содержимым, то Кобнер с ним разберется по-своему.

– Да, – ответил он.

Не колеблясь, Брант высыпал содержимое мешочка себе в руку.

Сначала Вик решил, что в руке у Бранта просто драгоценности, и он не знал, что вора так смутило в них. Они высыпались, сияя всеми цветами, – изумруды, сапфиры, рубины, бриллианты и аметисты.

Вик знал, что сами по себе они представляли немалое состояние.

– Видишь? – тихо спросил Брант.

Сначала Вик ничего не увидел и ужасно перепугался. Мгновение-другое он не замечал ничего, кроме зловещей ухмылки Кобнера. Потом острые глазки двеллера, которые никогда не могли устоять перед блестящими штучками, заметили то, что имел в виду Брант.

– Камни подходят друг к другу, – зачарованно выдохнул Вик. Сам того не заметив, он потянулся к блестящей кучке на ладони у Бранта.

– Да, – сказал Брант. – Ты знаешь, что это?

– Это кельдианское, – сказал Вик. Брант нервно отдернул руку.

– Что кельдианское?

– Эти драгоценности, – взволнованно воскликнул Вик. Он встал и подошел к Бранту. – Они подходят друг к другу, образуют мозаику, картинку.

– Картинку чего?

– Не знаю, – честно сказал Вик. – Того, что этот конкретный кельдианец считал очень важным.

– Я никогда не слышал про кельдианцев, – сказал Брант.

– И я тоже, – отозвалась Сонне, подходя поближе. В глазах у нее горел живой интерес.

– По мне, так он это на ходу сочиняет, – пробурчал Кобнер, – чтобы мы его не трогали.

– Да нет же, – настаивал Вик. – То, что вы о кельдианцах не слышали, только показывает, насколько стара эта находка. – Он заколебался прежде, чем задать следующий вопрос, но это было необходимо. – Вы уверены, что взяли все?

– Не знаю, – сказал Брант. – Мы забрали все, что было там.

– Если у вас все, – сказал Вик, – вы и представить себе не можете, сколько такая вещь стоит.

– А сколько, по-твоему? – спросил Брант. – В золотых монетах?

Вик удивленно заморгал.

– В золотых монетах?

– Да. Мне бы не помешала красивая круглая сумма, – сказал Брант. – И не беспокойся, если она не будет точно соответствовать твоей оценке. Когда продаешь такие вещи, все зависит от того, кто находится в более отчаянной ситуации, ты или покупатель. Иногда можно больше выручить при продаже целиком, а иногда по частям.

– Продать? – воскликнул Вик, удивляясь, что его бедные израненные уши не дергает от возбуждения. – По частям? – На мгновение он просто лишился дара речи. – Вы не можете этого сделать!

Брант нахмурился.

– Что-то ты слишком заинтересовался этими камушками, мой маленький художник. Они принадлежат нам, а не тебе.

– Они могут оказаться важны для разгадки части кельдианской истории! – воскликнул Вик.

– История была вчера, – заявил Брант. – Вчерашний день меня не интересует. Важно только то, за сколько я смогу это продать в будущем.

– Пожалуйста, – умоляюще сказал Вик, – я хочу на них посмотреть.

Брант заколебался.

– Это я уже понял по твоей реакции. Но теперь я сомневаюсь, стоит ли это делать. Я думал, что ты как художник увидишь в этих камнях что-то, чего не вижу я. Так и вышло, но теперь я в некотором замешательстве.

Вик не отходил, слегка дрожа от возбуждения. Он читал о кельдианских мозаиках в Библиотеке, но ни одна из отправленных туда мозаик еще не была найдена. Конечно, пока в Хранилище были разобраны далеко не все помещения. Он выдохнул и постарался вести себя спокойно.

– Ты меня сюда привез, чтобы посмотреть на эти камни, – сказал он как можно более ровным тоном. – Если ты этого не сделаешь, то получится, что ты рисковал зря.

– Откуда ты знаешь об этих… кельдианских мозаиках? – спросил Брант.

– Я о них читал, – ответил Вик. На этот раз никто не засмеялся.

– Может, я сумею ее собрать, – сказал Вик. – Дай мне хотя бы попробовать. Если получится, то вы будете лучше знать, что вам досталось. – Упомянуть о продаже он себя заставить не смог.

– За тобой все время будут наблюдать, – предупредил его Брант.

– Это пожалуйста. – Вик протянул руки и почувствовал, как Брант пересыпает к нему в ладони прохладные камни. Они были маленькими, размером едва ли с ноготь его мизинца Люди или гномы едва ли сумели бы толком их удержать и рассмотреть стыки. – Мне нужен рабочий стол. Хороший фонарь. И возможно, ювелирные инструменты, если стыки были повреждены.

– Тогда в столовую, – сказал Лаго. – Там самый большой в доме стол.

Вик, осторожно держа в ладонях камни, пошел за старым гномом. Тайна, оказавшаяся вдруг прямо перед его носом, заставила его забыть о страхе перед новыми товарищами. Он был им нужен, но ему самому еще важнее было узнать тайну кельдианской мозаики.

– Кельдианские эльфы, – сказал Вик, подталкивая маленький рубин к предыдущему прилаженному им камню, – жили далеко к востоку от Мечты. Или Мыса Повешенного Эльфа, как вы его называете. Так что я не знаю, как один из них мог сюда попасть.

Брант, Сонне, Лаго, Кобнер, Хамуаль и другие воры расселись вокруг стола, наблюдая за тем, как он работал.

– Но возможно, – продолжил Вик, размышляя вслух, – эти камни не принадлежали кельдианскому эльфу. Они могли принадлежать кому-то еще, кто заказал такую мозаику.

– А если они не принадлежали кельдианскому эльфу, тогда что? – спросила Сонне.

– Все равно это очень важная находка, – сказал Вик, стараясь как следует внушить им эту мысль.

– А если принадлежали? – настойчиво поинтересовался Брант.

– Тогда еще важнее. – Вик перебрал рубины, не находя подходящего к тому, который он вставил только что. Возможно, надо было сменить цвет. Он начал пробовать аметисты. У него уже заболели от работы спина и плечи. Близилось утро. В первые несколько часов воры вообще не разговаривали, внимательно наблюдая за его действиями и не желая его отвлекать. Вик надеялся, что все кусочки были на месте, иначе бы он просто умер от возбуждения и любопытства.

– Почему? – спросил Хамуаль.

– Потому что каждый мастер создавал свой собственный шедевр, нечто такое, что обещало ценный дар тому, кто сумеет расшифровать мозаику.

– Это ты о сокровище, так ведь? – спросил Брант.

– Не знаю, – ответил Вик. – Иногда кельдианские эльфы создавали мозаики, в которых рассказывалась история их жизни.

– Просто потрясающе, – сказал Брант с сарказмом. – Обожаю слушать истории давно умерших кельдианских эльфов.

– По-моему, это и правда было бы потрясающе, – честно отозвался Вик. – Ты не можешь себе представить, насколько мало известно о кельдианских эльфах. Они были мастерами-ремесленниками и работали на королей и королев по всему миру, но только если сами того хотели.