Элеонора Раткевич - Рукоять меча

– Жаль, – вздохнул Кэссин. – А я было понадеялся…

– А на что они тебе? – поинтересовался Бантик.

– Да нужно мне с другом спрятаться и переждать, – объяснил Кэссин. – Если, конечно, они меня взашей не погонят…

– Как ты мог так подумать? – Бантик даже возмутился. – Сам ведь знаешь – Покойник не гниет, Гвоздь не ржавеет. Погонят, вот еще что выдумал…

– Так ведь я их сколько лет не видал, – виновато произнес Кэссин. – Даже где искать их, и то не знаю.

– Гвоздя ты так просто не найдешь, – ухмыльнулся Бантик, – Он в своей шайке давно главарем заделался. Если очень уж надо, ступай в «Золотой лимон»… есть такое заведение возле Нового рынка…

– Помню, – кивнул Кэссин.

– Там приглядись повнимательней, у кого из посетителей или обслуги татуировка есть – рыбка на зеленой волне. К такому человеку подойди и скажи, что, мол, достопочтенному господину Айго Помело привет передает и свидеться хотел бы. Только говори вежливо. За Гвоздя его люди горой стоят и никакого непочтения к нему не потерпят. Где Покойника найти, я не знаю, но Гвоздь знает наверняка, он тебе и скажет. Но вот к Покойнику я бы на твоем месте не ходил. Отказать он тебе, ясное дело, не откажет, но… – Бантик явно помрачнел. – Не до тебя ему.

– А что случилось? – встревожился Кэссин.

– То же, что и раньше, – отрезал Бантик. – Он ведь в своей шайке на хорошем счету, главарь за него свою племянницу отдал, так что радели за Покойника на совесть. И лекарей к нему звали, и магов-целителей… да те на него уж и рукой махнули. Очень уж, говорят, запущенная болезнь. Ни лекарским искусством не осилить, ни магией. Конечно, без целителей он бы уже года три назад ноги протянул. Но ему и так недолго осталось. Такого мага, что мог бы его вылечить, во всем королевстве не сыскать, да и где взять столько денег, чтоб нанять? Такой маг небось за свои услуги дорого берет. Столько денег и целой шайкой за год не наворуешь.

– Не возьмет он дорого, – жарко возразил Кэссин. – Он при мне человека вообще за «спасибо» вылечил.

– У тебя хороший целитель на примете есть? – недоверчиво спросил Бантик. – Где?

– На бочках сидит. – Кэссин указал рукой в сторону тупичка, где восседал Кенет. – Меня ждет.

– Так что ж ты тут языком колышешь, Помело? – гневно вопросил Бантик. – Дуй живо в «Лимон». Если повезет, еще до вечера с Гвоздем увидишься, а уж он тебя на Покойника выведет. А о старых временах поболтать всегда успеем, коли охота придет.

– Иду, – ухмыльнулся Кэссин. – Уже иду.

– Гвоздю привет передавай, – бросил ему вдогонку Бантик и поспешил к своему месту в шеренге грузчиков.

Кэссин бодро зашагал прочь от причала. Слова Бантика огорчили его, но и обрадовали. Конечно, скверно, что Покойник находится при последнем издыхании, но зато Кэссин знает, как его можно найти, и непременно найдет. А Кенет не откажет Покойнику в помощи.

– Узнал что-нибудь? – поинтересовался Кенет, слезая с бочки.

– Узнал, – отозвался Кэссин. – Вот сейчас мы пойдем искать… одного человека. У него, наверное, и заночуем. А он нам поможет найти другого человека…

– Ну что ж, – усмехнулся Кенет, – пойдем искать.

Однако искать им не пришлось. Иногда к худу, а иногда и к добру, но даже самые тщательно продуманные замыслы не сбываются в точности так, как было задумано. Всех случайностей предвидеть невозможно.

Именно такая непредвиденная случайность и помешала Кэссину добраться до «Золотого лимона».

Путь до Нового рынка был Кэссину хорошо знаком, но ведь в столице никогда нельзя добраться до цели одним и тем же способом. То какая-нибудь процессия преградит дорогу, то драка с поножовщиной вынудит двигаться в обход, то вдруг совершенно еще исправную улицу отчего-то заново мостить начали… На сей раз Кэссин и Кенет наткнулись на орду богомольцев, шествующих в храм бога-покровителя города на внеочередной благодарственный молебен. Ждать, покуда толпа схлынет, не имело смысла, и Кэссин решительно свернул мимо храма на извилистую улицу Удачи. Ничто другое не заставило бы его посетить улицу, вдоль которой почти сплошь тянулись игорные дома. Еще с тех времен, когда дядюшка, оставив его на милость приказчиков, иногда на целый день застревал в игорном доме, откуда неизменно возвращался в прескверном расположении духа, Кэссин ненавидел азарт и азартные игры. Слишком уж дорого ему приходилось расплачиваться за дядюшкины проигрыши.

Однако на сей раз название улицы не обмануло Кэссина. Он не успел пройти улицу еще до половины, как удача улыбнулась ему. Из ближайшего игорного дома вышел неспешной походкой посетитель в дорогом кафтане из расшитого мелким жемчугом черного шелка с пурпурным отливом и зашагал в сторону храма.

– Покойник! – так и ахнул Кэссин.

– Где? – удивился Кенет и почти тут же добавил: – А впрочем, вижу.

И не успел еще Покойник обернуться на голос Кэссина, как Кенет решительно подошел к нему и опустил ему руку на плечо.

Покойник остолбенел – и было отчего. Кэссин отлично видел, как лихорадочные пятна румянца исчезают с его впалых щек и почти сразу же сменяются румянцем обычным, как блекнут с невероятной быстротой и бесследно пропадают темные пятна под глазами, как болезненная бледность кожи сменяется шелковистой юношеской белизной. А еще он слышал, как стихает свистящий хрип и влажный клекот, наполнявший собой каждый вдох и выдох Покойника.

Несколько мгновений Покойник стоял неподвижно. Потом Кенет снял руку с его плеча, и Покойник очень медленно и глубоко вздохнул полной грудью – возможно, впервые в жизни и уж точно в первый раз с того времени, когда Кэссин свел с ним знакомство.

– Значит, вот оно как, господин маг, – на удивление ровным голосом произнес Покойник. – И какой же вы от меня платы потребуете?

Потрясение оказалось настолько сильным, что Покойник даже не замечал Кэссина. Он и думать забыл, что несколько мгновений назад кто-то окликнул его полузабытым прозвищем. Он смотрел только на Кенета и видел только его.

– Какая плата, о чем вы? – махнул рукой Кенет. – Мы, если хотите, с вами квиты. Я ведь вам, можно сказать, жизнью обязан. – Кенет внезапно обернулся к Кэссину и неожиданно ухмыльнулся. – Ты ведь ради него решил спасти меня, верно?

Кэссин не ожидал, что Кенет так легко его разгадает. Он мучительно покраснел и опустил голову. Оставить без ответа этот добродушный полунасмешливый вопрос нельзя никак – но что можно на него ответить?

– Не только, – сдавленно промолвил Кэссин и вдруг выпалил в отчаянном порыве откровенности: – Я еще на рыбалку с тобой сходить хотел.

– Помело? – радостно удивился Покойник. – Как ты, оказывается, краснеть умеешь. Не замечал за тобой таких способностей.

Он хлопнул Кэссина по плечу.