Дрой - Фанфик Не имея звезды

Ланс в который раз запил першинку. Столько говорить было сложно.

— Казалось бы — хорош рамсами меряться, прибейте шлюпку к берегу и жуйте виноград. Но Фейри, особенно старшие, были непреклонны, они всегда шли до самого конца. Так что продолжали похищать детей и обучать их своей магии. Делать это становилось все сложнее, потому что волшебники их опережали. Но тут Фейри с Авалона не повезло сцапать двух малюток с одного дальнего хуторка. Это был парень и девка. Парень был заносчив, умен, красив и дико свободолюбив. Девка — та еще тихоня, к тому же дурна на лицо. Но поскольку на Авалоне людей больше не было, не считая дряхлых стариков и старух, то парень и девка стали приобщаться к радостям жизни друг с другом. Парню было, в целом, плевать на дурнушку, а вот дурнушка в парня влюбилась. Дальше — мыльная опера. Юноша стал мужчиной и задумал побег, предложил девке делать когти вместе, та отказалась. Типо это их дом и они не могут предать Фейри. Парень заявил, что нахрен ему сдались эти уроды со звериными мордами. Зря он это сказал, потому что дурнушка тут же приняла это на свой счет. Ну вот и свалил парнишка в гордом одиночестве, прихватив с собой лучший оденец Гномосвкой работы. Звался тот оденец — Экскалибур, а мага все знают как — Мерлин. Соответственно дурнушка — Моргана ля Фей. Фейри, как выяснили о таком фортеле, решили замочить ушлого Мерлина. Но тот уже обзавелся хунтой, круглым столом и братаном с погонялом Артур Пендрагон, которому и был задарен козырный оденец. Дальше историю знают многие. Фейри, под предводительством Морганы и её сына, но не от Артура, как думают маглы, а от Мерлина — Мордреда, пошли войной на Камелот. Короче опять мрачняк, резня, кровища. Итоги — Авалон разрушен до основания, все Фейри вместе с Морганой и Мордредом кормят рыб. Гвиневра и Артур подохли, Ланселот вернул меч, как он думал, гномам, но на самом деле с бреду закинул его в какую-то лужу, где тот и потоп. Короче, товарищ Мерлин задушил Фейривскую котлу, Моргана попыталась взбрыкнуть, но лишь подсекла под ноль всех рожденных от магии. Но это и к лучшему. Под конец существования, Фейри настолько ненавидели всех магов, что были готовы их реально кушать на завтрак, обед, ужин и даже « 5 o ’ clock ». Не сказать бы что не заслуженно — но и сами тоже хороши. В общем накосячили тогда все — и фейрюки и маги. Мораль истории такова — не трахайте, господа, чужих жен, это я про Гвиневру и Ланселота, если что. Иначе кабзец придет всей стране и целой расе. Ах да, если кому интересно. Камелот стоит до сих пор. Вы, как бы это сказать, сидите в нем. А на месте последнего сражения, на крови людей, магов и Фейри, вырос несколько Волшебный Лес. Если кто хочет — может понырять к кальмару, поискать Экскалибур. На этом у меня все. Спасибо Древним Летописям, Истории Хогвартса и Библиотеки Александрии за предоставленную информацию.

— Но Хогвартс был основан Годриком Гриффин...

— И всей его бандой, да-да, — замахал рукой Ланс. — Только они не замок строили, а будучи учениками Мерлина, просто устроили в уже стоявшем тогда замке школу. Мол решили принести мир в земли. Ну, вроде как у них получилось. Засим я замолкаю и смиренно удаляюсь.

Ланс уселся на свое место и принялся пожинать лавры.

— Вы буквально дословно повторили лекцию Бинса из моей молодости, — заметил Люпин.

— Так уж и дословно?

— Если вырезать некоторые речевые обороты... если вырезать почти все обороты, то — да.

— Но сэр! — воскликнула Грейнджер. — Почему нам сейчас этого не преподают?!

— Есть и более важные вещи, которые необходимо знать, — пожал плечами профессор. — Время не безразмерно, всего не уместишь. Приходиться чем-то жертвовать. Иначе бы у вас было меньше часов по другим предметам. Ну а кому интересно — те и сами могут выяснить, как это сделал мистер Ланс. Кстати, пятьдесят баллов за потрясающую лекцию.

— Heal yeah baby!

— И минус тридцать баллов за грязные слова в этой лекции.

— Пф. Все равно неплохо.

Люпин улыбнулся и покачал головой.

— Что ж, после такой лекции нам стоить узнать каким же оружием пользовались маги. А использовали они заклятие, убивающее Фейри. Формула проста, как и взмах — Mortafei ! Для людей абсолютно безвредно. Так что мы можем даже взывать для демонстрации двух добровольцев. Как насчет... мистер Лонгботтом и бывший профессор Ланс?

Вызванные студенты тут же вышли перед классом, поднявшись на маленький помост. Куда как меньший, нежели был на «занятиях» или в дуэльном клубе. Невил немного стушевался, а вот Проныра всем козырял своей шляпой. На сцене, даже на такой сцене, он чувствовал себя в своей стихии.

— Нев, только не прибей меня безвредными чарами, окей?

— Постараюсь, — кивнул гриффиндорец. Он выполнил взмах и произнес: — Mortafei !

С кончика палочки взвилась сиреневая молния, а Принц внутри Ланса вдруг панически закричал и попытался сорваться с места, но Проныра застыл. В какой-то миг, последний миг перед столкновением, Уродец прикрыл собой Принца. Молния врезалась в грудь Геба и тот покачнулся. Он почувствовал дикую боль по всему телу, и чуть не рухнул на колени. Но Ланс не мог позволить себе пасть, он должен был держаться до самого конца.

— Пиздец пришел мне братцы, — проталкивая из глотки темную, густую кровь, сквозь боль прохрипел Ланс. После этого его мир окутала тьма.

(п.а. Автор возвращается к работе над своим основным проектом, так что следующие главы будут выходить реже. Но, не надо паники, фанфик не будет заброшен, а закончить я его планирую к февралю, может даже раньше.

P.S. ссылка на проект есть в профиле — надо лишь нажать на лого сам-либа)

1 марта 1994г Англия Хогвартс

После того как Герберт Ланс выпил бутылку Огневиски на первом курсе, то подумал, что хуже быть уже не может. Но он ошибался. После попойки с русскими, Ланс понял, что хуже быть может. Причем в разы. После отсидки с русскими, Проныра осознал, что степень «хужести» настолько растягиваемая, что её можно даже помножить на саму себя. После недельного загула по ШаШейху, Герберт понял, что предела это й степени быть просто не может. Но вот после своей очередной авантюры, юноша осознал, что, кажется, достиг этого предела.

Слизеринцу, лежавшему в госпитале под теплым одеялом, было настолько паршиво, что он был готов откусить голову любому, кто еще раз спросит «Ну как ты Геби?». Откусить потому, что хотелось задвинуть такую нецензурщину, от которой древние камни замка осыпались бы тленом. Но, увы, за такое по голове даже больного не погладят. Поэтому Ланс шипел, хрипел, плевался, но терпел заботу окружающих его людей.

— Я конечно ничего такого не говорю, — ворчала мадам Помфри, ставя очередной компресс на грудь юноши. — Но таким как Лонгботтом палочку доверять нельзя — безобидными чарами чуть на тот свет не отправил. Но ты лежи-лежи, тебе еще пару дней в себя приходить.