Дрой - Фанфик Не имея звезды

В какой-то момент Проныра вновь задумался как же Малфой смог его обдурить, но вскоре плюнул на это дело. Наверняка слабозадый зашел в кабинет пораньше и при помощи талантливой Гринграсс наложил на ингредиенты иллюзии. Дафна вообще в вопросах иллюзий была необычайно сведуща.

Наверное, еще год назад, Ланс бы стал размышлять над ответным уколом или даже полноценным укусом, но он действительно повзрослел и такие пакости его не волновали. Не получил «Т» и ладно, вот если бы получил... Но история не знает сослагательных наклонений, так что плевать.

Геб откинулся, прислонившись спиной к стене и тяжело вздохнул.

— Хоть бы третье испытание поскорей, — бурчал слизеринец. — Скучно как хрен знает где. Я даже согласен на бал у Сатаны.

Герберт зажмурился, потом приоткрыл один глаз, но так и не увидел прямоходящего кота, который протянул бы ему билет на серебряном блюде. Мда, видно даже Воланд зимой отдыхал, и не устраивал празднеств.

Тут прозвенел звонок и юноша вздрогнул. Последние ночи были неспокойными и Герберт был на взводе. Порой ожидание известной опасности может быть страшнее, нежели внезапная неизвестность.

Открылась дверь кабинета и в коридоры хлынул поток первачков. Многие из них бросали быстрые взгляды на Ланса, а затем смущенно опускали их в пол. Не то чтобы Проныра возгордился, но вот такой авторитет ему нравился. Главное — заслужил своим трудом и никак иначе.

Вскоре на горизонте показались однокрусники Геба. Они весело галдели, иногда «погрызываясь» с противоположной фракцией. Больше всех на этом фронте усердствовали Уизли и Малфой. Один все пытался уколоть Поттера и самого рыжего, а другой, тот, который и был рыжим, все пытался быть не тем, кто он есть на самом деле.

Вот, возьмем к примеру Проныру — у него в кошельке лежало что-то около двадцати или тридцати галлеонов, ну и еще дохлая муха, а может и две. Но юноша совсем этого не стыдился. Другое дело Уизли — любой укол в сторону капитала его крупной семьи и сразу взрыв нервов, злобы и глупой детской зависти. Странно, но это всегда веселило музыканта.

— Что, Ланс, повезло тебе сегодня? — самодовольно и насмешливо бросила Гринграсс, садясь рядом на скамейку.

С ней же примостилась и латинос-Забини, которая постоянно собирала аншлаг из алчных до плоти взглядов. Такой бы в кино сниматься, в боевиках там или триллерах — успех был бы бешенный. Шутки про порно не принимаются — слишком скучные. А Лансу и так хватало зимней скуки.

— Да я вообще везучий, — пожал плечами Проныра.

Не то чтобы он горел желанием поболтать с одногрупницами, но вид взбешенного Нотта, признаться, приносил ощущения некоего удовольствия. Впрочем, опять же, если вы не представитель мужской половины, то вряд ли поймете, что это за удовольствие. Ах да, совсем забыл — как и предсказывали друзья Геба, Гринграсс бросила Нотта. Тот, конечно же, убеждал всех в том, что это он бросил Дафну. Мол ему надоело ревновать её к каждому столбу и пусть эта «кукла» продолжает соблазнять своим видом всех и вся.

— Вот было бы здорово, — подключалась Блейз, сверкая белоснежной улыбкой. — Если бы удача на этом иссякла и на следующем Испытании ты подох.

— Да, было бы неплохо, — протянул юноша. — Во всяком случае я был бы избавлен от необходимости выслушивать ваши бредни.

— Как всегда — говоришь как деревенщина, — фыркнула Гринграсс, скрещивая ножки.

Даже учитывая, что была зима и по форме девушкам надлежало носить длинные юбки, этот жест чуть не довел многих парней до вынужденного побега в уборную. Впрочем, он так же успешно довел мисс Паркинсон и мисс Булстроуд до зубовного скрежета. Красотой эти дамы не блистали. Наверно он так же должен был довести и Грейнджер (та еще замухрышка) но ей было индифферентно.

— Какой же ты мерзкий, — скривилась Забини. — Мне жаль ту несчастную, которая тебе дала.

— И кто еще тут деревенщина, — хмыкнул Ланс. — У меня от вашего лексикона, дамы, уши в трубочку заворачиваются.

— Слова то какие выучил, — прошипела Дафна. — Хотя о чем это я. Может просто твою шлюшку мать пялил какой-нибудь прыщавый студент филолог.

На противоположной стене вдруг вспыхнул факел, опаляя потолок, но когда все повернулись. То увидели лишь длинную черную дорожку гари, оставленную вспышкой пламени.

— Вот я и говорю, — покачал головой Проныра. — Языки у вас грязноватые. Но тут уж я вас не обвиняю, видно ваши ухажеры не всегда свои причиндалы моют.

— Ах ты...

Ланс уже знал, что будет дальше — Гринграсс и Забини выхватят палочки, но в этот момент прозвенит звонок и откроются двери кабинета, из которого покажется Железная Леди. Дафна и Блейз состроят разочарованные мордашки и спрячут свои артефакты.

В следующие несколько секунд, все произошло именно так, причем именно в таком порядке. Ланс даже не удивлялся. Может слизерники специально так время рассчитывали. Чтобы вроде и позубоскалить, а вроде и в грязь лицом не ударить. Все же после той схватки с японцем, в школе осталось мало таких дураков, которые бы вздумали тягаться с Лансом в дуэльном мастерстве. Вот всем скопом навалиться — расплюнуть, но раз на раз слизеринцы выходить не хотели. А здесь скопом не получилось бы, на защиту встали бы грифы. Не из глубокой симпатии к Лансу, а из извечной любви к справедливости и бобру... пардон — добру.

Зайдя в кабинет, Ланс поправил шляпу. Сделал он это очень осторожно — там мог спать Роджер. Вообще дракончик был весьма свободолюбив и летал где хотел. Но на ночлежку он устраивался либо на шляпе, либо в нагрудном кармашке Герберта. Так что юноша не был дракону хозяином, но был его другом. Вот такие вот у них сложились отношения.

— Привет красавица, — поздоровался Ланс, садясь за парту к Заучке.

Та подняла на него взгляд, а потом прошипела не хуже Снейпа.

— Отвали Ланс.

Юноша пожал плечами и уселся за парту. Грейнджер все так же в штыки принимала Геба. Конечно тот мог ей напомнить, что она ему до сих пор должна за помощь на втором курсе, но к чему это. Не хочет соблюдать простые правила приличия — ну и не надо. Более женственной она от этого не станет, скорей даже — менее. А вот Ланс не мог себе позволить потерять джентельменское достоинство. И я сейчас вовсе не о проклятии кастрации говорю. Но это уже пошлости какие-то пошли.

За кафедру встала Железная Леди и принялась вещать. Все еще вещание весьма успешно стенографировало Самопишущее Перо — гордость Проныры. Еще на первом курсе он выиграл его в честном пари не у кого-нибудь, а у маньяка психопата, прислужника самого Темного Лорда (тоже, впрочем, маньяка и психопата, только рангом повыше). А это, в глазах любого «мальчишки», а «мальчишкой» ты продолжаешь быть и в тридцать и в сорок пять, сразу поднимало стоимость Пера до немыслимых высот.