Аманда Уорд - Семейный круиз

Он хотел, чтобы сегодняшний вечер был безукоризненным. Корд выбрал десять сортов сыра – сыр был последней зависимостью, от которой он не отказался. Он не только заказал на Amazon спагетницу и скалку, но и воспользовался ими . Руками по локоть в муке он раскатывал тесто, нарезал полоски фетучини, которые затем развешивал сушиться на проволочных плечиках в гостиной. У него имелся целый пакет листового салата. Теплые багеты на закваске. И вкуснейший шоколадный торт без единой горстки муки, который ему пришлось переделывать три раза, целых три раза! Первый торт он сжег, а второй даже не дошел до духовки и был слит в раковину.

Теперь, когда торт номер три красовался на блюде, Корд мечтал, как пройдет его обручение на диванчике а-ля «Герман Миллер» [8] Фирма по производству мебели класса люкс. . После долгих лет, когда он перепробовал столько никчемных, далеко не симпатичных любовников, он представлял себе свадебный обед во дворе дома своей матери в Саванне. Вот он стоит перед всеми, с пышной копной песочно-коричневых волос, с легкой сексуальной щетиной на подбородке, с голубыми, как у Шарлотты, глазами. Он вообще здорово на нее похож – только моложе, выше, и, конечно же, он не женщина, а мачистый мужчина.

Он выглянул из кухонного окна своей квартиры, что на углу улиц Риверсайд и Западной Восемьдесят Шестой. Пожалуй, он никогда прежде не бывал дома в послеполуденное время. Листва на деревьях выглядела как-то вяло и уныло.

Отец говорил ему, что нужно быть сильным, настоящим мужчиной. Жаль, что уже невозможно спросить, слышал ли его отец, как и он сам теперь, этот одинокий голос в голове. Если забыть обо всех наставлениях Уинстона, он показал на собственном примере, что бывает, когда тебя одолевают демоны.

Корд расправил плечи, подошел к раковине и вылил шампанское, все до последней капли, вдыхая его запах, чувствуя себя больным, который все же отчаянно хочет оставить свою зависимость в прошлом.

534-й день.

По дороге в душ Корд окинул взглядом гостиную. Он искусно накрыл стол: серебряная перечница и солонка, новая кухонная посуда и аксессуары от «Уильямс Сонома» [9] Американская компания по продаже кухонных принадлежностей и предметов домашнего обихода. , красивая скатерть, крахмальные салфетки. И элегантная роза в вазочке.

Душ был слишком горячим и напористым, но, если готовишься к войне, умей держать удар. Намыливая подбородок, Корд представил себе двор материнского дома, усаженный кустами азалий. Для церемонии можно будет поставить перголу, а угощения заказать у хорошего местного поставщика. Корд представлял себя в хлопковом костюме от «Кучинелли», в руках его торт с целующимися крабиками. Но вот вписать в картину саму Шарлотту никак не получалось. Скорее всего, она будет сидеть и плакать в своем гольф-мобиле или устроится за трюмо, изображая из себя Бланш Дюбуа [10] Героиня пьесы Теннеси Уильямса «Трамвай „Желание“». , попивая свой ужасный шардоне. Корд отогнал от себя мысли о матери. Это его жизнь и, возможно, его последний шанс. А с мамой он все урегулирует после. Ведь она все равно будет любить его таким, какой он есть, разве нет?

«Главное, – любил повторять его куратор из АА [11] Анонимные Алкоголики. , – это любить самого себя. Ты меня слушаешь?» Корд тогда кивал, мысленно улыбаясь над этой банальностью. Любить себя? А что это вообще такое?

Корд побрился, воспользовавшись помазком из конского волоса – подарок его старшей сестры Ли, которая теперь проживает в Лос-Анджелесе. (Бедная Ли. Пытается изображать из себя успешную актрису, но они-то знают, как ей тяжко. Ли даже приходилось рекламировать гигиенические тампоны и открытые босоножки из «Уолмарта» [12] Американская сеть розничной торговли. . У нее всегда были красивые пальчики на ногах.)

Обмотавшись полотенцем, Корд открыл встроенный шкаф. В спальню пришлепал его лабрадор Франклин шоколадной окраски.

– Привет. – Корд почесал собаченцию за ухом, выбрал бледно-голубую рубашку и надел ее. Тут за спиной послышался горестный вздох. Корд встревоженно обернулся. Франклина вырвало прямо на его кроссовки от Louis Vuitton .

– Что ты натворил? – в панике воскликнул Корд и понесся за кухонным полотенцем, в первую очередь боясь, что пес сожрал всю приготовленную лапшу. От торта с надписью «Выходи за меня замуж» осталась пара жалких крошек.

Зазвенел домофон, и послышался певучий голос Джованни:

– Ты дал мне ключ, я вхожу!

Оглядывая учиненный Франклином погром, Корд начал тереть глаза, стараясь дышать ровно. Его любимого пса еще пару раз стошнило на полу в спальне.

В квартиру впорхнул Джованни: в одной руке бутылка итальянского лимонада, в другой – зажженная сигарета.

– Слава богу – пятница! – воскликнул Джованни и осекся. Его красивое лицо исказила гримаса растерянности.

– Дорогой… – сказал он.

Корд вытер слезы. Джованни подошел и обнял Корда, положив голову ему на грудь. Франклин притащился на кухню и шлепнулся им под ноги.

– Что случилось? – спросил Джованни. – Дорогой, что такое?

– Просто… – Корд не в силах был выразить сокрушительную бурю чувств, которые он сейчас испытывал. Осознание, что его могут бросить, и одновременно отчаянное желание сохранить любовь… Что-то пошло не так, и нужно срочно все исправить, хотя он и сам не понимал, что именно. Все сплелось воедино – его желание напиться, его тоска по матери и улыбка Джованни, которая все расставляла по местам, озаряя его дни, как будто поднимая тяжелый мрачный занавес.

– Ну что? – повторил Джованни.

– Просто я люблю тебя, – прошептал Корд.

Отойдя от продуктовой тележки, Реган дотронулась до упаковки с крысиным ядом. Интересно, какой напиток способен приглушить вкус этих смертельных гранул? Может, кофе с корицей из «Старбакс»? Она представила, как делает первый глоток, а потом начинаются конвульсии, вызванные отравлением стрихнином. Нет, она уже проигрывала в голове этот сценарий. Как бы ни была привлекательна идея с отравлением, крысиный яд не годится. Реган собиралась играть вдолгую.

Сделав все необходимые покупки в гипермаркете «Уолмарт», она отправилась в самое любимое свое место – «Домик Моне» при торговом центре «Оглторп». Когда она только начинала расписывать керамику, Реган притворялась, будто коротает время, ожидая подругу, или готовит подарок ребенку на день рождения. Пару раз она притаскивала сюда своих дочерей, и они все извертелись, пока их мать не закончила поделку. А потом Реган перестала притворяться. Главный администратор Кендалл уже знал ее в лицо и был с ней любезен. Возможно, такие, как она, держали их на плаву. Она подошла к полке, рассматривая глиняные формочки.