Александра Натарова - Город М

– И люди не узнают о том, что мы там? – все еще сомневалась Гретта.

– Именно для этого и нужно Разрешение Города, разве нет? – склонила голову на бок шушу. – Ну, пошли уже, холодно!

Гретту, как и меня, все это не особенно убедило, но выбора и вправду не было. Гретта перешагнула порог и помогла Путеводу войти. Я подстраховал их.

Сразу за дверью в порог упиралась небольшая железная площадка с перилами и лестница, уходящая вертикально вниз. Снизу тянулся теплый воздух и характерный запах пыли и смазки для рельсов.

– Красота, да? – Раксакаль заперла за нами дверь – в ее руках блеснула отмычка, походившая на клык животного. Заметив пристальный взгляд Гретты, она помахала клыком перед ее носом. – От таких дверей даже у краи отмычек не водится, мм?

– Конечно, ведь когда-то шушу украли у нас как раз такую отмычку! – скрестила руки на груди Гретта.

Раксакаль это только позабавило.

– Велика обида, это еще до Союза было. А вообще, чего ты? Сплошная же выгода! Мы работаем спокойно, и у краи меньше мороки, все равно вы подземелья не любите.

– Воровка рассказывает хозяину о том, как классно быть обворованным! – фыркнула Гретта.

– А какой хозяину толк от вещи, которой он пользоваться боится! И вообще, у нас, у шушу, у каждого по одному экземпляру отмычки! И никакой беготни хвостиком за каким-то там предводителем отряда!

Я, будучи «каким-то там предводителем», пропустил ее слова мимо ушей. Ее это расстроило.

– Короче, – помрачнела Раксакаль, – нам вниз, смотрите аккуратнее!

Она перемахнула через перила. Уперлась в тетиву лестницы мысками и легко соскользнула вниз.

Путевод схватил меня за рукав.

– Не бойся, мы по лестнице нормально спустимся, – попытался ободрить его я.

– Темно там, – с плохо прикрытым беспокойством ответил Путевод.

– Внизу светло, просто вам загораживает труба, вы не видите, – раздался голос Раксакаль. Где-то внизу она спрыгнула с последней ступени лестницы. По вентшахте гулко разнеслось эхо ударивших о землю каблуков.

– Спокуха, попробуем вместе, – предложил я, ступая на лестницу.

– Я вообще очень спокоен! – бессовестно соврал Путевод.

Он перешагнул на лестницу вслед за мной и принялся осторожно спускаться. Я видел, как он неуверенно переставляет ноги, как побелели костяшки на его руках. Он жался к вертикальной лестнице всем телом и старался не смотреть вниз.

– Нам точно сюда можно? – тихо уточнил он.

– Сюда – можно, – продемонстрировала чудеса слуха Раксакаль. – Если Путь работает – то можно. Поэтому так важно проверить это до спуска.

– А как понять, работает или нет? – снова спросил Путевод, сосредоточившись на своих движениях.

– Зуб найти, – отозвалась Раксакаль. – Если он на месте – значит, за входом присматривают.

– Какой зуб?

– Золотой зуб. – Шаги Раксакаль удалились, и ее голос стал тише. – Так шушу отмечают надежные входы. Зуб дают.

Кажется, это удовлетворило любопытство Путевода.

Мои ноги коснулись пола, Путевод спустился следом и тут же снова схватил меня за рукав. Мы поднырнули под узкие трубы, действительно загораживавшие проход к лестнице, и оказались в тесном коридорчике. Коридор был опутан проводами и уставлен щитками. Все одинакового серо-зеленого цвета. Пыль мшистым слоем наросла на всем вокруг, сглаживая углы и края. Свет и без того тусклой лампы рассеивался в этой мягкости, придавая всему какую-то особую красоту. В конце коридорчика оказалась еще одна лестница вниз, но на этот раз – с пролетами. У перил стояла Раксакаль и со всем возможным для нее терпением ждала, пока мы будем готовы продолжить путь.

И вот над этой лестницей точно было темно. Ничего опасного, впрочем, я там не чувствовал, обычный Мрак, ничего такого. Но это был вход в царство Тьмы. Как только мы спустимся по лестнице, мы полностью попадем во власть судьбы и случая. Окажемся в вечно черных коридорах, не знающих дневного света. Внезапно мне так захотелось обратно к Небу! Все же Раксакаль права: краи под землей делать нечего. Тем более краи – никтофобу. Позор, а ведь предводитель отряда!

Угнетало все: и стены, будто становившиеся ближе друг к другу с каждой секундой, и ощущение Тьмы внизу, и воздух, наполненный равномерным гудением, которое так давило на уши, что казалось, теперь я всегда буду слышать только его.

– Как мы доберемся до Зеркального Дома? – спросила подоспевшая Гретта.

Ее голос выдернул меня из болота собственных предчувствий.

– На поезде, конечно! – спокойно улыбнулась в ответ Раксакаль.

– На поезде? – сдержанно уточнила Гретта. – И как мы на него проберемся? Путевод же человек. И он не сможет в случае опасности принять облик животного и избежать проблем.

Раксакаль озадаченно посмотрела на Путевода. Кажется, до этого момента такая мысль просто не приходила ей в голову. Путевод посмотрел на меня. Почему-то на меня.

– Ты не подумала, да? Город позволил нам войти, но никакое Разрешение не защитит его, если нас обнаружат «невидящие»! Его присутствие здесь – вообще-то, нарушение человеческих законов, – начала раздражаться Гретта.

Раксакаль задумчиво посмотрела на Путевода. И промолчала.

– Серьезно, у тебя не было плана?!

Я незаметно тронул Гретту за запястье. Она метнула на меня гневный взгляд, но все поняла. Отвела взгляд. Раксакаль молчала, сосредоточенно что-то обдумывая.

– На резерве доедем, – вдруг произнесла она. – Это пустые поезда, мы на таких товар возим.

Это не убедило Гретту.

– Даже на этот поезд надо как-то попасть. Человек не сможет проскользнуть на него незамеченным!

Тут уже Раксакаль пошла в ответную атаку:

– Ну чего ты заладила: человек-человек! Сказано же, у нас Разрешение Города есть! Это тебе не просто фигня какая-то. Если Город его дал, значит, готов нам помогать во всем! Во всем, понятно тебе? А это значит, что как-нибудь и человека пристроим, и вообще все хорошо будет!

Гретта отвернулась, вцепившись в подол платья так, словно пыталась задушить ткань руками.

– Не переживай так, – смягчилась вдруг шушу. – Город не даст Путевода в обиду. – И она поспешила вниз.

Бесконечная вера Раксакаль в Город заслуживала уважения, но я понимал опасения Гретты и до какой-то степени разделял их.

– Возвращаться поздно, – мрачно сказала она, скорее самой себе, чем кому-то из нас.

И, взяв Путевода за руку, повела к лестнице. Тот даже не стал возражать, отпустил мой рукав и покорно пошел следом за ней.

Я бросил прощальный взгляд наверх. Сквозь прутья в вент-киоск залетали мелкие снежинки. «Ну, увидимся через пару часов, Небо», – подумал я.

Путь вниз занял чертову вечность. Наши шаги выбивали мерную дробь по стальным ступеням, очертания которых были едва различимы в свете красных аварийных ламп. После очередного пролета я даже начал улавливать в этом ритм музыки.