Иван Вавилов - Язычник

– Давай помогу, – парень наклонился к Алексею и помог встать. Тот сделал несколько шагов и отключился совсем.

В глаза ударил яркий свет и Алексей, зажмурившись, отвернулся. Затем потихоньку открыл веки и осмотрелся. Он лежал в больничной палате, солнце светило прямо в глаза. Кроме себя он насчитал здесь еще семь человек. И все как один пялились в его сторону. В палате стояла тишина. Слышно было, как тикают настенные часы. Алексей пробовал пошевелиться, получилось не очень. Сглотнул и понял, что во рту вообще нет слюны.

– Дайте попить, – просипел он.

– Надо врача позвать, очнулся паренек, – услышал Алексей.

Кто-то хлопнул дверью, и спустя пару минут, в палату вошел врач и две медсестры. Они подошли к койке Алексея и молча разглядывали его.

– Ну, вот и наш герой очнулся. Как самочувствие? – Поинтересовался врач.

– Так себе, пить хочу, и пошевелиться не могу, – пожаловался парень.

– Принесите ему воды, простой. – Обратился он к одной из медсестер.

Девушка ушла, а вторая вынула иглу из руки Алексея, и убрала какую-то капельницу, стоявшую возле него.

– Ты знаешь, что в рубашке родился? – Поинтересовался врач.

– Наверно, – Алексей пытался пожать плечами, не получилось.

В это время пришла первая медсестра и, подойдя к нему, приподняла голову, чтобы он не захлебнулся. Вода прохладой обожгла нутро. Попив, Алексей обнаружил, что вся палата столпилась вокруг него.

– Вы чего? – Он удивленно смотрел на всех.

– Ничего, это они любопытство проявляют. Ты ведь у нас человек-легенда. – Усмехнулся врач.

– Вы шутите, какая легенда, – смутился Алексей.

– Я даже не знаю с чего начать. – Врач пожал плечами.

– Начните с того, как я сюда попал.

– Пожалуй, начнем с того, что полгода назад, сюда привезли обезображенное тело неизвестного бойца. У него была пробита голова в трех местах, сломан нос, порваны губы, практически потеряны все передние зубы. Множественные кровоподтеки, ссадины и ушибы коим не было числа. Сломаны три ребра. Огнестрельное ранение. Колоссальная потеря крови. Химический ожег лица и левой руки.

– Как полгода?! – оторопел Алексей, когда до него дошло, что речь идет о нем.

– Молодой человек, люди две недели назад майские праздники отметили.

– Я что, так долго спал что ли?

– Вы были в коме, и признаться, я не думал, что вы выкарабкаетесь. С такими повреждениями, а главное с такой крупной потерей крови, люди, как правило, не выкарабкиваются. Вы феноменально живучи.

– А почему я не могу двигаться?

– Потому что ваш организм очень истощен. Вы потеряли около двадцати килограмм своего веса. Вашу жизнь поддерживают специальные витамины. Но они все равно не могут заменить полноценного питания. Сейчас вы пришли в себя. Начнете самостоятельно есть и вес придет в норму, так же как и сила.

– Вы говорите, что у меня лицо обезображено. Дайте зеркало.

– Не стоит. Потрясения вам вредны, думайте о приятном, – покачал головой врач.

– Дайте мне зеркало, – потребовал Алексей. Слова давались с трудом, да еще зубов не было.

– Хорошо, Лена, принеси ему зеркало, – попросил у медсестры врач.

Через несколько мгновений, перед Алексеем поставили зеркало на грудь. То, что он увидел, было просто чудовищно. Искривленные губы, беззубый рот, и самое страшное это ожог, оставшийся после, видимо, кислоты.

– Доктор, разве нельзя ничего сделать? Как я людям такой покажусь? Как домой поеду?

– Я не знаю парень, как ты домой поедешь, но все эти дефекты можно исправить в специализированной клинике.

– Блин, и долго я буду здесь?

– Ну, как полностью восстановишь силы, так и выпишем. Да ты не грусти. Приятные новости я тебе напоследок оставил. – Врач смотрел испытывающим взглядом, а Алексей пытался понять, что еще они мне приготовили.

– Давайте не томите уже.

– Вобщем за последнюю операцию, когда ты сопровождал генерал-майора Малюту, тебе дали Героя. Остальные получили орден мужества. И это не все, – глядя на широко открытые глаза Алексея, с улыбкой произнес врач, – Командир войсковой части №3265, выражает тебе благодарность за спасенный экипаж БТРа и саму машину. Он подал представление о награждении тебя орденом мужества. Так что у тебя теперь и орден в кармане.

– Ну тогда у меня их уже два, – со вздохом произнес Алексей.

– Два? – переспросил врач.

– Ну да, один то у меня уже есть. Зашибись, испорченная к черту жизнь и звание Героя. – Алексей снова посмотрел на себя в зеркало, – блин, тем, кто меня видит, уже, надо орден мужества давать. Да ведь? – Алексей пытался улыбнуться медсестрам.

– Он только что вышел из комы и уже флиртует. Значит, на поправку быстро пойдет, – выдал врач.

– Давайте парни расходитесь, хватит на меня пялиться. – Буркнул Алексей.

– Не каждый божий день «призрака» встретишь. Говорят, после последней операции вас только с дюжину по всей Чечне осталось. – Произнес парень, и Алексей почувствовал, что после этих слов народу у его койки прибавилось.

– Какого ляда, ты мне чего сейчас тут, популяцию отслеживать будешь, уйдите, Христом богом прошу. – Вспылил Алексей и даже не заметил, как привстал на локтях.

Народ стал неохотно рассасываться. Алексей обессиленный упал в кровать и закрыл глаза. Мысль о том, что он, возможно, скоро будет дома, снова согрела ему душу, и Алексей понемногу успокоился. Деньги у него на счету были. Сделает операцию, и все будет нормалек.

– Махнев, сукин ты сын! – Голос, до боли знакомый, буквально вырвал Алексея из его мечты.

Алексей открыл глаза и приподнял голову. К нему широким шагом направлялся Головатенко.

– Михаил Сергеевич, а вы то чего тут оставили? – оторопел он.

– Да я из-за тебя приехал, – Головатенко сиял словно новый медяк. – Мне говорят, Махнев в Грозненском госпитале объявился, я аж чуть дар речи не потерял. Звание Героя посмертно уже тебе присвоили. Теперь документы выправлять надо. Мы ведь на тебя похоронку отправили, и груз двести парни увезли.

Головатенко нашел стул и сел на него верхом, возле кровати Алексея. С минуту он молча созерцал парня, заглядывая в глаза, потом, видимо удостоверившись, что это все-таки он, вынул бутылку водки. Медсестры начали было роптать, но полковник махнул рукой и зло зыркнул в их сторону. Следом нашлись два стакана. У Алексея в тумбочке было полно закуски.

– Давай рассказывай, где был, – разливая содержимое бутылки по стаканам, потребовал Головатенко.

– Что здесь происходит? – услышал Алексей рассерженный голос хирурга.

– Это кто? – спросил Алексея Головатенко, внимательно разглядывая парня.

– Это наш хирург. – Ответил Алексей.

– Понятно, – кивнул полковник, – садись, – кивнул он хирургу.