Александр Смирнов - Дань

– Значит убили? А я всё думал, что она такая странная последнее время?

– А в чём это проявлялось? – спросил Феликс.

– Не знаю даже в чём. Ну, не такая, как всегда. Раньше когда она работала над своими сочинениями, уходила в них полностью, все разговоры были только о романе, а в последнее время не могла сосредоточится. Всё время о чём-то думала. Мне даже кажется, боялась чего-то.

– А свои рукописи она тебе, в каком виде приносила? Они были написаны от руки, или распечатаны на компьютере?

– Нет, это были просто дискетки.

– Значит, у неё компьютер был?

– Почему был? Он и сейчас есть. Она мне его отдала. Он у неё сломался, вот она мне и отдала, чтобы я починил.

– А, что в последний раз она тебе отдала? Ты читал?

– Нет. Я же говорю, что компьютером занимался.

– А что ты скажешь вот об этих бумагах? – Феликс протянул ему листки, которые он взял у редактора.

– Интересно, – задумчиво произнёс Дима.

– Что в них интересного?

– Интересно то, что это не её почерк. А ещё интересно то, что такие выражения как кавитация и турбулентность в художественной литературе вряд ли можно использовать.

Феликс с майором даже привстали со стульев.

– А где последняя дискета? – спросили они хором.

– Дома. А, что?

– Собирайся немедленно, и поехали к тебе домой, – скомандовал майор.

Не теряя ни одной минуты, Феликс, майор и Дима напавились в квартиру Дмитрия. Достав из ящика стола дискетку, Дима протянул её Феликсу.

– А ты компьютер её починил или не успел?

– Нет, ещё не успел. Вот только дисковод новый купил. Заменить осталось.

– Сколько тебе для этого понадобится времени? – спросил Феликс.

– Минут десять, не больше.

– Чини сейчас, мы подождём.

Дима принёс из коридора компьютер, снял с него кожух и в считанные минуты заменил дисковод.

– Вот и все дела. – Он нажал кнопку и компьютер заработал.

– Вставляй дискетку, – скомандовал майор.

Дима вставил дискетку. Она была пуста.

– Ничего не понимаю, – удивился он. – Зачем же она мне её давала, если на ней ничего нет?

Все молча смотрели на дискетку. Вдруг Дима воскликнул:

– Ребята! А дискетка-то не та!

– Как не та?

– Да точно не та. Смотрите. Я в институте, когда ей пропуск подписывал, у меня ручка не писала. Так вот я её на дискетке расписывал, а эта чистая.

– Может быть, ты перепутал, и дискетка в институте осталась?

– Ничего я не перепутал, точно помню, в этот ящик её положил. Она здесь одна была.

– А кто в доме, кроме тебя был?

– Мама, больше никого.

– Придётся побеспокоить маму. Позови её, – попросил Феликс.

– Мама! – крикнул Дима.

В комнату вошла невысокая женщина в переднике.

– Ты звал меня Димочка?

– Мама, сегодня в нашу квартиру кто-нибудь приходил?

– Приходил. Ты же сам своего сотрудника присылал.

– Какого сотрудника?

– Пришёл ваш сотрудник, сказал, что ты его прислал за какими-то бумагами для диссертации. Я его проводила в твою комнату.

– А почему ты решила, что он наш сотрудник?

– Он мне сказал. Да это и так ясно. Он про тебя и лабораторию всё знает. Рассказал, что вы с Юлей докторскую защищать будете.

– А как он выглядел? – спросил майор.

– Обыкновенно выглядел, очень представительно.

– А какие-нибудь особые приметы у него были?

– Особые? Да нет, разве, что якорь на правой руке. Это и понятно, институт-то у Димы морской.

– Мама, а к компьютеру он не подходил?

– Я же сказала, что он только в твоей комнате был, а компьютер ты в коридоре оставил.

– А что ты хочешь с компьютером сделать? – спросил Феликс.

– Понимаешь, файл, который был на дискетке, она с компьютера списала. После того, как она это сделала, файл был уничтожен, следовательно, попал в корзину. Если она эту корзину не вычистила, то этот файл можно восстановить.

– Будем надеяться, что корзину она не вычистила, – предположил майор.

Действительно, корзина была забита множеством уничтоженных файлов. Просмотрев все, был найден тот, который, несомненно, относился к делу.

«Дима, я вляпалась в неприятную историю. Свяжись с вашими ГБшниками, и выведи их на меня. Я сама боюсь. За мной следят».

– Из-под самого носа ушёл, гад! – Феликс от досады хлопнул кулаком по столу.

– Никуда он не ушёл, – майор ухмыльнулся. – Это не уголовник какой-то, это разведка. Если он глаз на лабораторию положил, то будьте уверены, никуда он не денется. У них там, за бугром, приказы выполняют также четко, как и у нас.

– Вы думаете это разведка? – в растерянности спросил Дима.

– А кому ещё нужны ваши разработки? Не уголовникам же?

– О чём же она хотела предупредить? Чего боялась? – рассуждал Феликс.

– Дмитрий Иванович, попробуйте вспомнить, не предлагала ли вам Ольга Петровна с кем-нибудь встретиться? Не рассказывала ли о других своих консультантах?

– Нет, не припомню. Хотя, один раз она обмолвилась, что у неё ещё один консультант есть, бывший моряк. По-моему она на него виды имела, в личном плане.

– Ну, ладно, давайте мы тебя в институт отвезём, а я с Феликсом ещё покумекаю над этим делом, – предложил майор.

Дима отправился в лабораторию, а Феликс с майором стали обсуждать сложившуюся ситуацию.

– Забрать у вас дело и передать в ФСБ есть все основания, – говорил майор. – В нём есть прямое обращение к нашему ведомству. Однако противник считает, что этого основания у нас нет. Он же успел подменить дискетку. Поэтому лучше это дело вести милиции. Пусть думают, что идёт следствие по раскрытию убийства. Если противник будет в этом уверен, то обязательно попытается каким-то образом снова выйти на Дмитрия Ивановича, – он ведь считает, что его никто не знает в институте.

– У нас есть человек, который видел консультанта, правда, со спины только. Но где искать его, ума не приложу? – Феликс развёл руками.

– А, что в заключение медэксперта значится? – спросил майор. – Она сразу умерла после удара?

– Нет, смерть наступила через два часа после ранения.

– Тогда я знаю, где его искать. – Майор утвердительно хлопнул себя по коленке. – В морге или на кладбище. Скорее всего, на кладбище. Там среди людей затеряться легче.

– Почему это на кладбище?

– Всё очень просто. Если она умерла не сразу, то он её мёртвой не видел. Он её обязательно должен увидеть мёртвой, иначе ему в институт не сунуться.

– И подойти должен к гробу, чтобы убедиться наверняка, – добавил Феликс.

– Жаль, что задержать его будет нельзя, во-первых, нет ни одного доказательства вины, а во-вторых, нам нужен не только он, но и его хозяева.

Похороны состоялись в субботу. Феликс стоял рядом с гробом, и ждал когда откроют крышку. Вот крышку открыли, и началось прощание. После речей, сначала родственники, а потом и все остальные стали подходить к покойнице. В самом конце прощания на угол гроба легла мужская ладонь. У большого пальца правой руки была тусклая татуировка в виде якоря.