Milla Smith - Судьба амазонки

– Почему люди не слышат богов?

– Многие могут слышать, но боятся. Вы предпочли Землю и потеряли Небо. Ваш выбор.

Архи задумалась, но затем вернула разговор в нужное русло:

– Вы будете помогать и дочери Коринн?

– Нет. Я не должен сопереживать последующим поколениям. Пагубно для нашего рода.

– Тогда зачем вы тут?

– Ты учишь меня. Я плачу за науку.

– Я?! – давно Архелия так не удивлялась.

– Ты с помощью священного красного камня получаешь силу природы и отдаешь её своим воительницам. В тебе самой, как огонь, горит энергия. Она слепит меня.

До предводительницы понемногу стали доходить слова Старейшего вампира. Она поняла причину слезящихся глаз собеседника, но остальные вампиры спокойно смотрели на Архи. На всякий случай дочь барона опустила взгляд на свои ноги – почти не различимы в темноте. Факелы уже догорали, а рассвет всё медлил.

– Ты один видишь это?

– Я научу способных. Время не пришло.

– Зачем вам видеть чужую силу?

– Чтобы использовать её, – старый вампир был терпелив, но его потешала непонятливость собеседницы.

– Но таких украшений всего четыре.

Вампир не ответил. Он отвернулся от Архелии и поочерёдно вгляделся в глаза каждой лучнице. Мороз по коже пробегал у девушек при соприкосновении с его пытливым и проникающем в мозг взором. Старейший удовлетворённо вздохнул и вынес вердикт:

– Они смогут исполнить свой долг. Я укажу день и место. Жди.

– Нужно один раз попробовать…

– Нет, сразу сражение.

– Они смогут поднять над башнями моих лучниц?

– Только спланировать при встречном ветре со склона ближайшей горы. Я укажу время, – старый вампир поморщился: он не любил повторять.

– Моим девушкам придётся стрелять в полёте. Значит, руки их должны быть свободны.

– Сделайте крепкие ремни вокруг торса. Я подхвачу за них. Старайтесь всё сделать очень лёгким.

Старейший резко развернул руки-крылья, и Архелия невольно отпрянула. Однако цепкие когтистые лапы впились ей в плечи. Оказалось, что таким образом глава вампирского рода прощается с ней:

– Я не верю в удачу. Готовьтесь – и победите.

– Хорошо, – только и смогла произнести оцепеневшая предводительница.

Вампиры, вежливо склонив головы, отступили и бесшумно растворились в темноте. Только могучие взмахи крыльев потревожили предрассветную тишь.

Отряд вернулся в городище. Усталость валила с ног, но Архелия собрала последние силы, чтобы навестить Хельгу. Охотница проводила все последние дни в гостях у колдуньи. Причину рьяного обучения подруги искусству знахарства дочь барона встретила во дворе приземистого домика. Фридберт готовился к отъезду. Он был счастлив, что любимая поедет с ним. Недолгое счастье лучше, чем ничего. Он радостно приветствовал предводительницу амазонок. Архелия спрыгнула на землю и отдала поводья подошедшему старику-вояке.

– Я хочу поговорить с тобой, – обратилась она к белокурому «страннику».

– Ты не передумала? – в бездонно-голубых глазах промелькнул испуг.

– Нет, причина серьёзная. Я отправляю Хельгу с тобой не просто так. Я не знаю, как объяснить, что чувствую…

– Попробуй, я пойму, – на лице Берта появилось доброжелательное и смиренное выражение.

– Так было и с Коринн. Я знала, что она обречена, и ничего не изменила. Не стала сопротивляться предопределению. Теперь иначе. Есть шанс изменить. Увези Хельгу. Когда я вижу её, я опять знаю , что она ненадолго среди нас. Я смотрю на неё так, словно её уже нет в живых, лишь оболочка отстала от души и временно сосуществует рядом. Это сражение станет последним для неё. Хельга не должна в нём участвовать.

– Не знаю, демоны или ангелы подсказывают тебе, но готов подчиниться. Жизнь Хельги дороже для меня, чем моя собственная. А кто встанет во главе лучниц? Кто заменит её?

– Я. Мне ничто не угрожает, пока я подчиняюсь воле Богини.

– Наверное, сейчас не время отговаривать тебя от твоей «веры»? – резонно заметил он.

– Совсем не время, – Архи дружески хлопнула его по плечу и отправилась в дом.

Хельга что-то истово толкла в ступке. На столе вырос уже приличный холмик из смешанных измельчённых трав.

– Зелье любовное готовишь? – вместо приветствия поинтересовалась бывшая госпожа.

– Архи, – Хельга укоризненно покачала головой. – Нам-то зачем?

– Я попрощаться пришла. Хоть ты мне удачи пожелай – от этих летучих мышей не дождёшься!

Предводительница вкратце поведала о переговорах с вампирами. Пришло время расставаться. Подруги тепло обнялись.

Архелия уже скрылась за стенами городища, а охотница всё ещё смотрела ей вслед. Подошел Берт и нежно прильнул к любимой:

– Пора.

– Зачем она отсылает меня?

– Спасибо, что «отсылает». Побудешь немного сама собой.

Предводительницу ждало множество дел. Когда Архелия вернулась, то сразу отправила посыльную с сообщением к ожидающему новостей Тибо. В доме её встретила подруга-разбойница. Ортрун внимательно выслушала всё, что поведала ей утомлённая заботами дочь барона.

– В общем, – подвела итог своего повествования Архелия, – передай всем, чтобы в любой момент были готовы выступать. Я буду заменять Хельгу – пойду с лучницами. А тебе придётся командовать всеми остальными. Это твоя битва.

Ортрун с готовностью кивнула вечно растрёпанной коротко стриженой головой. Дочь барона нехотя разделась и, блаженно раскинувшись на широкой кровати, мгновенно провалилась в сон. Разбойница аккуратно собрала небрежно брошенные доспехи и оружие. Никогда раньше Архелия не позволяла себе подобной вольности в новом доме – раскидывать шлем, щит, меч. Все говорило о крайней степени нервного напряжения, в котором пребывала воительница. Ортрун вышла из комнаты чуть дыша: она боялась потревожить сон уставшей подруги.

Архелия и в сновидениях не знала покоя. Всё продолжала она неведомый путь, всё брела и брела по бесконечным дорогам сознания. Чёрная и скользкая от грязи тропинка привела её к пропасти и оборвалась на краю бездонной бездны. Предводительница амазонок оглянулась – обратного пути не было. Всё вмиг заросло высоким ковылём, серебряные волны травы слегка покачивались и переливались в лунном свете. Почему бы не протоптать новую тропинку, отправившись назад? Но нет. Дочь барона повернулась лицом к пропасти – ей надо туда, где вдали виднеется противоположный «берег» глубокого ущелья. Что-то тянуло вперёд, и сопротивляться не было сил. Тонкая стальная нить соединяла края пропасти или… Архелия пригляделась: это меч. Гигантский стальной клинок лежал рукоятью на одной стороне, а отточенным остриём на другой. Кто мог выковать его, кто мог владеть небывалым по размеру оружием? И почему он пристроен так, что для перехода услужливо предоставляет отточенное лезвие? Почему бы не положить его плашмя? Но не время жаловаться на судьбу. Надо идти – так пойду. Архи осторожно ступила на холодный металл. Мягкие сапожки не давали соскользнуть ноге, но рукоять кончилась. Амазонка добралась до опасно отточенного края. Шаг вперёд, и в ногу врезалась тупая боль. Теперь кожаная обувь не спасала. Подошва была быстро истрёпана в бахрому, а пройдена только часть пути. Дочь барона даже во сне чувствовала, как сильно сжала челюсти, чтобы не закричать. Теперь клинок резал живую плоть, и кровь тонкими струйками стекала по отполированным бокам загадочного меча. Зачем она идёт туда, где её никто не ждёт? Зачем ей надо попасть на противоположный берег? Пройдя над бездной, истерзанная жертва неведомой воли без сил упала на холодный гранит скалы и прижалась к нему всем телом, ища утешения в бездушном камне. Обратного пути не было и не будет…