Август Форель - Половой вопрос

Культура содействовала усилению взаимной привязанности между супругами точно так же, как благоприятствовала и возникновению альтруизма. Деликатность и тонкость любви, практикуемая современными нам высококультурными народами, совершенно неизвестны были не только большинству диких первобытных народов, но даже и многим древним культурным нациям. Наказывание жены в Китае представляет собою одно из условий хорошего тона, и только бедняку приходится деликатничать со своею женою, из опасения, что ему придется тратиться на приобретение другой. В представлении араба любовь вполне отожествляется с половым влечением, и греки недалеко ушли от такого же воззрения. Благодаря влиянию культуры, в цивилизованной Европе все больше достигается уравнение прав женщины, причем естественно видоизменяются и отношения мужа к жене, на которую он смотрит уже не как на рабыню, а как на спутницу жизни. Симпатия создается и зиждется на общих интересах и воззрениях, чувствах, культуре, содействующих укреплению привязанности. Одновременно происходит возникновение и противодействие, так как противоположности обусловливаются любовью, но здесь исключается такого рода противоположность, которая не уживается с чувством симпатии. Привязанность не может быть очень сильной при слишком заметной разнице в возрасте, ибо интересы и стремления неизбежно в этом случае не будут совпадать. Любовь находит себе пищу также в одинаковом уровне образования и социального положения. Почти всегда можно проследить лишь чувственный характер любви человека высшего круга к девушке, например, крестьянского происхождения или же, наоборот, человека из народа к даме более или менее высокопоставленной. Браки с представителями иной расы или религии также в большинстве случаев избегаются.

Нет основания, как это раньше принято было думать, видеть безусловные противоположности эндогамии и экзогамии. У народов, живущих в экзогамии, всегда имеется определенный предел, дальше которого идти нельзя, ибо брак с другою расою встречает и у них нередко запрет. Инстинкт этнической обособленности в таких размерах свойственен, например, арабам, что бедуинка, с легким сердцем отдающаяся за вознаграждение турку или европейцу, считала бы для себя сочетание законным браком с тем или другим — позором на всю жизнь. В среде одного и того же народа может возникнуть кастовая или классовая эндогамия, как это мы видим, например, в сословии дворян. В Риме патриций не имел права сочетаться браком с плебейкой. Религиозная эндогамия свойственна евреям.

Дети укрепляют брак. В Швейцарии на бездетные браки приходится около двух пятых всего количества разводов, между тем как на общее количество браков здесь насчитывается лишь одна пятая часть браков бездетных.

При заключении брака расчет может смертельно подействовать на силу чувства. Мы живем под знаком мамоны, и в зависимости от этого при вступлении в брак, в интересах чисто материальных, совершенно не считаемся или считаемся весьма поверхностно с силою, красотой, трудоспособностью, талантом и даже здоровьем. Это весьма прискорбное явление представляет собою лишь новое издание брака по покупке, — только в ином, скрытом виде.

В различных частях света происходило умыкание жен, повидимому, имевшее раньше наибольшее распространение, о чем можно судить по сохранившимся об-рядностям в брачной церемонии. Похищению могли подвергаться и женщины одного и того же племени, но чаще они покупались.

Одной из подробностей брачной церемонии является представляемое искусственно умыкание жен, которые мы можем наблюдать у некоторых индийских племен; при этом невеста, согласно обычаю, должна оказывать сопротивление. Спенсер полагает, что умыкание зиждется на притворной или же действительной склонности женщины обнаруживать недоступность, а Мак-Леннан видит в этом проявление экзогамии. Однако, умыкание свойственно и народам, живущим в эндогамии. По Вестермарку, умыкание находит себе оправдание в том естественном отвращении, которое испытывается по отношению к перекрестным бракам в одном и том же ограниченном кругу. Дикарь, не имеющий выкупа, не может достать себе жены, в то же время он испытывает инстинктивное отвращение к женщинам, с которыми встречался с детства, на почве предубеждения против родственного брака, усиливаемого враждою к какому-нибудь соседнему племени. И он решается похитить женщину. Но ни в какую эпоху умыкание не представляло собою всеобщего распространения, и браки являлись, главным образом, продуктом взаимного соглашения.

Покупка шла вслед за умыканием, являясь следующей переходною ступенью, как следствие расширившейся меновой торговли и введенных ею меновых знаков. Началось с обменных браков (обмен женщины на сестру или дочь), как это имеет место, например, в Австралии. Вслед за этим отец невесты получал выкуп физической работой, которую могли исполнять несколько претендентов. Цена невесты зависела от ее красоты, здоровья и общественного положения (родовитости). Цена девственности была, обыкновенно, выше, чем вдовы или нецеломудренной девушки. Соответственно оценивалась и работоспособность приобретаемой женщины. Цена жены в Британской Колумбии колебалась между 20 и 40 фунтами стерлингов, а в Орегоне женщина могла быть выменена на попону, кожаное платье и проч. Кафры за женщину давали от 5 до 30 коров, в зависимости от ее достоинства. При отдаче даром женщины, родители ее имели право на ее потомство. Только у низших рас в настоящее время практикуется покупка и обмен женщин, но это было свойственно и цивилизованным народам, причем пережитки еще и у нас сохранили свое отражение.

Однако, не следует считать умыкание и покупку женщины явлением, имевшим когда-либо всеобщее распространение. В Индии и Африке немало таких народов, как, например, индийские падамы, которые покупку невесты считают позорной.

Но нужно иметь в виду то обстоятельство, что в брачных церемониях, когда брак совершался по покупке, сохраняется символически прежняя форма брака, в виде умыкания, точно также, как и в дальнейшем развитии брака, когда покупка жены заменилась другими, высшими формами, в тех свадебных церемониях, сопровождающих брак, сохраняется, однако, воспоминание о том периоде, когда жена служила предметом покупки.

Положение женщины начинает улучшаться, в зависимости от роста культуры и вместе с ней усилия альтруизма. В Индии, Китае, Греции, Риме, Германии условия культурного развития свели на-нет обычай покупки жен. Взамен умыкания женщины, на сцену выступили свадебные подарки невесте, замененные впоследствии, наоборот, даром, преподносимым ею жениху. Этот переход на первых порах маскировался обычаем, в силу которого жених делал подарки родителям невесты, к которой, однако, эти подарки и должны были обязательно перейти. Таким образом, возвращалась жениху у некоторых народов и та плата, которую он внес за невесту, причем этот обычай, вероятно, впоследствии и послужил основанием для практикующейся системы приданого.