Олег Буткевич - Красота

Если под определенным углом зрения присмотреться к сути преобразовательной деятельности человека, можно увидеть, что в материальном созидании, так же как и в познании, он стремится привести мир к той или иной системе, к гармоническому единству, к разумной закономерности и целесообразности. «[...] Любить размеренность, соответственность свойственно уму человеческому» Чтобы убедиться в правильности этих пушкинских строк, нет, думается, необходимости прибегать к специальному теоретическому анализу. Присущее человечеству стремление обуздать, упорядочить природу, привести ее к общему, если так можно выразиться, «человеческому знаменателю», подчинить ее человеческой логике и порядку — несомненно, существеннейшая тенденция в созидании второй, человеческой природы.

Это и естественно, так как человек переделывает мир, познавая его законы. Процесс «очеловечивания» природы раскрывается перед нами как процесс узаконивания природы по ее же собственным познанным человеком законам. Делая природу «человеческой», то есть так или иначе подчиняя ее своей логике, мы тем самым выявляем собственную логику вещей, ибо наша логика есть лишь осознанное выражение логики вещей, и человек при всем желании не мог бы создать ничего, что противоречило бы последней.

Вскрывая внутренние движущие силы действительности, человек познает мир во взаимодействии сущностей, познает его в форме абстрактно-теоретического человеческого знания — в форме истины . Однако само по себе такое познание было бы бессмыслицей, если бы оно не было необходимым условием реальной практики. И следует подчеркнуть, что бессмысленность такого познания заключалась бы не только в его бесцельности, она соответствовала бы прямому значению этого слова. Теоретическая истина, проникая в сущность явлении, отражает мир приведенным к абстракции, к ничему , ибо абстракция в ее голом виде, не примененная на практике, — ничто, пустыня, порожденная абстрагирующей способностью разума. Весь смысл, все значение, вся мощь абстрактного познания и его результата — истины, так же как и их единственное оправдание , заключается в человеческой созидательной практике, когда на базе знания истины человек создает реальные, живые, наполненные плотью материальные ценности, творит реальные новые явления.

Именно в труде осуществляется подлинная живая диалектика абстрактного и конкретного, духовного и материального, сознания и материи. «Сознание человека, — писал В. И. Ленин, — не только отражает объективный мир, но и творит его» 2. В этом положении заключается глубочайший смысл ленинского понимания самой сущности человеческого познания и материального творчества как самопознания и самосозидания материи.

Но что же это за «новые» явления, создаваемые человеком? Почему они оказываются действительно новыми, хотя их создание стало возможным в результате познания всегда существовавших закономерностей? Ведь человек, будучи сам продуктом материи. не может изменить ее глубинных законов. Маркс отмечал, что в процессе производства человек «может действовать лишь так, как действует сама природа, т. е. может изменять лишь формы веществ» 3. В то же время, если бы человек, познав закон, умел бы на основе своего знания только воспроизвести уже существовавшие ранее явления закона, ни о каком творчестве в подлинном смысле этого слова не было бы и речи. Однако мы знаем, что человек действительно создал все явления «очеловеченной природы», начиная от простейшего очага первобытного поселения и кончая всем современным человеческим миром. Это все объективно существующие новые человеческие явления действительности, та вторая природа, которая начисто изменила лицо земли и облик самого человека.

В чем же заключается сущность создания нового в человеческом творчестве? Каким образом на основе знания природных законов человек сумел не повторить, а изменить мир?

Для наглядности возьмем пример. Всегда — и до человека, и до его деятельности — в природе существовали электрические явления. Бушевали грозы, молнии хаотически бороздили небо, таинственно светились наэлектризованные предметы. Электрическая энергия стихийно совершала работу, как и всякая первозданная энергия. Но вот пришел человек с его трудом и познанием. Он понял, что сущность всех электрических явлений одна — наличие энергии, то есть природной силы. И человек нашел способы заставить эту силу работать. Бессмысленная энергия, бесплодно и хаотически расточавшаяся впустую, стала крутить валы станков, двигать поезда, электроходы, освещать жилища, передавать информацию. Познав сущность электрических явлений как явлений стихийной энергии, человек заставил эту сущность проявляться в не свойственных ей ранее, не существовавших до человека новых , именно энергетических явлениях , в которых закономерность электричества проявилась как концентрированная сила в предельно возможной полноте. Взамен всегда существовавших более или менее случайных явлений сущности электричества, человек создал максимально практически доступное существенное ее явление . Мы уже ссылались на мысль В. И. Ленина, который писал: «Деятельность человека, составившего себе объективную картину мира, изменяет внешнюю действительность, уничтожает ее определенность (= меняет те или иные ее стороны, качества) и таким образом отнимает у нее черты кажимости, внешности и ничтожности, делает ее само-в-себе и само-для-себя сущей (= объективно истинной)»4.

Не будем приводить других примеров, ибо все, созданное человеком, начиная от простейшей прямой линии, выравнивающей природные образования, и кончая космическими аппаратами, подтверждает сказанное. Познавая законы действительности и создавая новые существенные, закономерные явления, человек уже не только в сознании, но и в действительности объективно приводит мир к его закономерному состоянию. Тем самым он на практике стремится привести действительность к тому всеобщему единству взаимосвязанных закономерностей, которые познает в идеальной форме — как истину, и ощущает эстетически в явлениях — как красоту. В познании — в истине и красоте — материального гармонического единства мира и в последующем практическом (в труде) выявлении этого единства, в приведении мира к единой целесообразной человеческой форме существования заключается в самом широком философском смысле сущность человеческого творчества.

Если до возникновения человека и его труда мир развивался в борьбе антагонистических противоречий, в жестоких катаклизмах и взрывах, то с появлением человека, объективно ставшего разумом материи, это развитие в человеческой практике все более принимает форму целенаправленного выявления сущностей в их взаимосвязанных существенных явлениях. Даже в наиболее трудно поддающейся исследованию и сознательному преобразованию области людских взаимоотношений человек стремится создать, познав общественные законы, наиболее совершенное общественное устройство, в котором не было бы антагонистических классовых противоречий.