Август Саммерс - История колдовства

Неудача весьма напугала незадачливого экзорциста, и в последующие десять лет он совершенно исчезает из виду для того, чтобы вновь предстать перед публикой в Бартоне-апон-Тренте, где он активно участвовал в скандале вокруг Томаса Дарлинга, молодого парня из Дербишира. Изобретательный юноша страдал от конвульсий, настоящих или имитируемых, в ходе которых у него возникали видения зеленых ангелов и зеленого кота. Иногда его речь состояла из слов, принятых в пуританских молитвах, и он любил беседовать с проповедниками. Доверчивый доктор признал, что парень околдован, и очень скоро было отмечено, что громкое чтение Библии, особенно определенных мест из первой главы Евангелия от Иоанна, повергает его в бешеные конвульсии. Он принялся также рассказывать бессвязную историю о «маленькой старушке», носящей «широкополую шляпу». Эта история оказалась вполне достаточной для того, чтобы вызвать в суд двух женщин, Элизабет Райт и ее дочь Алису Гудридж, уже давно подозреваемых в колдовстве. Двое судей сочли необходимым заключить Алису в тюрьму. Далее был вызван «специалист», использовавший весьма грубые методы, с тем чтобы вынудить подозреваемую признаться. После ряда унижений и даже пыток несчастная сделала бессвязное и отрывочное признание своей вины, из которого была слеплена более-менее правдоподобная история. На тот момент Дарлинг болел уже три месяца, и здоровье его даже ухудшилось.

В этот воистину драматический момент Джон Даррел, преисполненный чувства собственной важности, появляется на сцене с тем, чтобы взять всю ситуацию под контроль. В своем отчете он пишет, что усилия его были вознаграждены с лихвой; другими словами, мальчику стало лучше, а хитрый пуританин смог внушить людям, что это его заслуга. Алиса Гудридж подверглась пытке «стягивающим башмаком», была осуждена судом присяжных, и ее смертный приговор был утвержден верховным судьей Андерсоном. Памфлетист Джон Денисон писал: «Следовало бы ее казнить, но, к несчастью, этот ее дух убил ведьму в тюрьме!» Все это дело весьма способствовало репутации Даррела.

Вскоре громкое дело об одержимости в Ланкашире вновь позволило ему выйти на подмостки сцены. Анна Старки в возрасте девяти лет и Джон, ее брат в возрасте десяти лет, страдали весьма загадочным психическим расстройством: «некая страшная сила заставляла ее тело изгибаться», в то время как мальчик «имел обыкновение весьма громко кричать» по дороге в школу. Здоровье обоих постепенно ухудшалось, пока их отец, Николас Старки, не обратился за советом к Эдмунду Хартли, известному чародею, далеко не лучшей репутации. Хартли удалось улучшить состояние детей с помощью разных чар, и их отец выплатил ему предварительный гонорар в сорок шиллингов. Эта сумма, однако, показалась Хартли недостаточной, и, когда ему отказали в прибавке, произошла ссора, после которой мальчик и девочка вновь заболели. Тогда вызвали знаменитого доктора Ди, но он ничем не смог помочь, разве что, «допросив Хартли, осудил его методы». В этом затруднительном положении он посоветовал обратиться за помощью «к благочестивым проповедникам». Между тем, ситуация в этом проклятом доме стала еще серьезней. Теперь помимо детей трое юных воспитанников м-ра Старки, слуга и постоялец стали страдать той же странной болезнью. «Все или большинство из них совместно издавали весьма загадочные и сверхъестественные громкие звуки, так что казалось, что земля и стены дома дрожат». Хартли попал под подозрение и предстал перед мирским судьей, который приказал подвергнуть его пытке. Появились свидетельства, что он частенько целовал детей Старки и обнимался со всеми из одержимых. Была выдвинута версия, что таким образом он наслал на них бесов. Хартли был обвинен в том, что рисовал магические круги на земле. Хотя он стойко отрицал обвинения, его осудили за измену и повесили в Ланкастере. Джон Даррел и его помощник Джордж Мор, священник церкви в Дербишире попытались провести экзорцизм над одержимыми и через день или два, после долгих молитв и великих усилий им удалось изгнать дьяволов. Как видим, в этой жутковатой истории мы имеем дело с редким сплавом глупости, мошенничества и истерии.

В то время когда Даррел служил священником в Ноттингеме, там проживал также молодой талантливый музыкант, парень умный и симпатичный, по имени Уильям Сомерс, который уже встречался несколькими годами раньше с Дарреллом в Эшби, откуда оба они были родом. Оказалось, что мальчик повстречал некую странную женщину и так или иначе оскорбил ее. После этого он неожиданно «стал делать столь странные и безумные жесты, смеяться, танцевать и легкомысленно себя вести, что многие сочли его безумным». 5 ноября 1597 года послали за знаменитым экзорцистом, и он немедленно распознал знаки одержимости. Оказалось, что молодой человек страдает за грехи всего Ноттингема. Соответственно, молитвы были вознесены, и прочитаны проповеди, и затем в церкви, когда Даррел перечислял друг за другом четырнадцать признаков одержимости, пациент демонстрировал их поочередно.

Допускаю, что Даррел имел некий гипнотический контроль над Сомерсом, представление которого было весьма примечательным, поскольку «его рвало; изо рта его текла пена, он извивался, лицо его искажалось; глаза его были выпучены, язык вываливался изо рта»; вместе с тысячью других ужимок все это весьма впечатляло присутствующих. Наконец мальчик успокаивался и лежал как мертвый около четверти часа, затем поднимался и объявлял, что чувствует себя вполне хорошо.

Однако за одержимостью последовало наваждение. Демон по-прежнему нападал на него, и вскоре мастер Сомерс обвинил тринадцать женщин в том, что они вызвали его болезни своим колдовством. Даррел, охотник на ведьм, в то время занимал в городе важный пост. Его избрали проповедником церкви св. Марии, и он собирался поддерживать своего ученика до последнего. Но даже его влияние по каким-то причинам оказалось недостаточным, и все женщины, за исключением двух, были освобождены. Далее некоторые недоверчивые граждане решили вмешаться в это дело и отправить главного актера в исправительный дом, где он весьма скоро признался в мошенничестве, причем сообщил, что его тщательно инструктировал Даррел. Произошел немалый скандал, и по представлению архидьякона Дерби архиепископ Йоркский назначил комиссию для расследования. Будучи представленным перед этими священниками, которые доселе не имели отношения к делу, Сомерс отказался от своих слов и заявил, что его наняли для того, чтобы он дискредитировал Даррела, и для этого предназначались все эти ужимки, пускание пены и кривляние, которые служили для простецов доказательством реальности демонической одержимости.