Дмитрий Волкогонов - Ленин (Глава 3)
- Название:Ленин (Глава 3)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дмитрий Волкогонов - Ленин (Глава 3) краткое содержание
Ленин (Глава 3) - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
192
Атакуя с самого начала Временное правительство - законный орган демократических преобразований, большевики не выдвигали мирной альтернативы революционного развития. Не случайно ленинская директива большевикам, отъезжающим в Россию, была немногословна:
"Наша тактика: полное недоверие, никакой поддержки новому правительству; Керенского особенно подозреваем; вооружение пролетариата единственная гарантия; немедленные выборы в Петроградскую думу; никакого сближения с другими партиями. Телеграфируйте это в Петроград"16. Фактически в этой одной длинной фразе - суть революционной линии человека, который пока находился вдали от Петрограда, но был обеспокоен ситуацией. Да, революция свершилась, чему он мысленно и гласно аплодировал. Но власть оказалась у буржуазии. Во главе Советов - умеренные социалисты: меньшевики. Это совсем не устраивало Ленина-максималиста. Он, как показали последние полтора десятилетия, был совершенно не в состоянии найти удовлетворительного для него компромисса с этими людьми. Поэтому - никакого сближения с меньшевиками! Единственный путь - Ленин откровенен и как бы забегает вперед - вооружение пролетариата. Чтобы выйти из затруднительной для большевиков ситуации (в Февральской революции они не сыграли заметной роли), которые оказались на вторых ролях великой драмы, он требует перекроить исторический сценарий. В каком направлении, в чем именно?
Весьма прямо и цинично Ленин сказал об этом, выступая 14 (27) марта в цюрихском "Народном доме" с докладом "О задачах РСДРП в русской революции". Готовящийся к отъезду в Россию Ленин с глубоким удовлетворением произнес зловещую фразу, что на его родине "превращение империалистической войны в войну гражданскую началось"17. А сама Февральская революция есть лишь первый этап социальных преобразований. "Своеобразие исторической ситуации данного момента, - говорил на собрании Ленин, - как момента перехода от первого этапа революции ко второму, от восстания против царизма к восстанию против буржуазии..."18
Это утверждение стало затем аксиомой ленинизма, его
193
азбукой. Один из самых приближенных к Ленину большевиков - Г.Е.Зиновьев в своей теперь малоизвестной работе "Ленинизм" (введение в изучение ленинизма) прямо писал: "В феврале революция была еще буржуазной, а Октябрь был уже началом социалистической революции. Февральская революция была беременна октябрьской; буржуазно-демократическая революция была беременна пролетарской. И случилось даже так, что беременность-то эта продолжалась почти ровно 9 месяцев..."19 Такие "естественные" аргументы приводил Зиновьев, долгие годы проживший вместе с Лениным в эмиграции.
Февральская революция для Ленина не была самостоятельным феноменом, независимым социально-политическим явлением; это был лишь "этап" того процесса, которому молился лидер большевиков, - социалистической революции, по всей вероятности, мировой. Не случайно окончание своего доклада в цюрихском "Народном доме" Ленин завершил характерными фразами:
- Да здравствует русская революция!
- Да здравствует начавшаяся всемирная рабочая революция!
Какой будет начавшаяся революция - Ленин знал. В своем первом "письме издалека" лидер большевиков писал: "Один кровавый комок - вот что такое общественно-политическая жизнь переживаемого момента"20. Временное правительство только пытается распорядиться властью и не без основания считает, что верность союзническим отношениям обернется меньшей кровью для России (так потом и вышло), нежели сознательно способствовать поражению собственной армии, к чему призывали большевики. Ленин уже видел ситуацию в Россию через призму "кровавого комка", хотя такой она станет со временем лишь с помощью большевистской партии.
В истории нельзя найти более убедительного прецедента, когда политическая партия во имя корыстных целей захвата власти выступала бы столь последовательно и яростно за поражение собственного отечества! Но для Ленина и большевиков это были звенья одной стратегической цепи: развал отечественного государства с помощью военного поражения с последующим захватом власти в этой повержен
194
ной стране. Демократический февраль не смог противостоять этому коварному плану.
Самое удивительное в этом плане не его циничное, антипатриотическое содержание, а то, что Ленину удалось собрать достаточное количество сторонников и с помощью совсем небольшой (к февралю 1917 года) партии реализовать его в кратчайшие исторические сроки! Историки и писатели до сих пор ломают голову, поражаясь фантастической невероятности свершенного. Мы никогда не узнаем в точности: в Цюрихе ли Ленин обдумал план сепаратного мира с Германией, который мог быть заключен только с позиции слабости? Или он не смотрел так далеко, и его беспокоила больше проблема: ехать в Россию сейчас или позже? А может, Ленин больше всего думал, как использовать к собственной выгоде неизбывную тягу миллионов людей на его родине к миру и земле?
Никто сейчас точно не скажет, о чем думал Ленин в триумфальные дни Февраля в уютном буржуазном Цюрихе. Александр Исаевич Солженицын попытался, правда, с помощью художественно-исторического инструментария исследовать космос ленинского сознания в Цюрихе. И делает это, на наш взгляд, весьма убедительно. В своем узле III "Март семнадцатого" Солженицын пишет, смело скальпируя сознание Ленина, давно ушедшего в мир теней, но волею своих исследователей превращенного в языческую мумию:
"...Произошло в России чудо? - думает Ленин. Но чудес не бывает ни в природе, ни в истории, только обывательскому разуму кажется... Разврат царской шайки, все зверство семьи Романовых, этих погромщиков, заливших Россию кровью евреев, рабочих... Восьмидневная революция... Но имела репетицию в 1905 году... Опрокинулась телега романовской монархии, залитая кровью и грязью... По сути, это и есть начало всеобщей великой гражданской войны, к которой мы призывали... Весь ход событий ясно показывает, что английские и французские посольства с их агентами непосредственно организовали заговор вместе с октябристами и кадетами... Милюков и Гучков марионетки в руках Антанты... Не рабочие должны поддерживать новое правительство, а пусть это правительство "поддержит" рабочих...
195
Помогите вооружению рабочих - и свобода в России будет непобедима! Народ не пожелает терпеть голода и скоро узнает, что хлеб в России есть и можно его отнять... И так мы завоюем демократическую республику, а затем и социализм..."21
Никто с уверенностью не скажет, что именно так думал Ленин, но Солженицын, по моему мнению, очень близок своим воображением к тому, что могло быть. В навсегда исчезнувшие тайны ленинского сознания можно проникнуть, лишь скрупулезно обследовав то, что было предметом его анализа. По словам лечащего врача Ленина немца Ферстера, больного в 1923 году мучило чувство страха и обреченности. Оставшись наедине со своим уже замутненным сознанием, Ленин, возможно, переживал уже прожитое. Его необратимость, как и караулившая у изголовья смерть, сдавливали спазмами страха виски, голову, тело...22
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: