Даниил Коцюбинский - Распутин. Жизнь. Смерть. Тайна
- Название:Распутин. Жизнь. Смерть. Тайна
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Array Литагент «Аттикус»
- Год:2014
- Город:М.
- ISBN:978-5-389-07822-2, 978-5-389-06926-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Даниил Коцюбинский - Распутин. Жизнь. Смерть. Тайна краткое содержание
Книга двух признанных специалистов – психиатра профессора А. П. Коцюбинского и историка и журналиста Д. А. Коцюбинского «Распутин: Жизнь. Смерть. Тайна» основана на новом подходе к этому ослепительно-яркому и в то же время таинственному феномену российской истории начала XX века.
В приложении публикуется Дневник Распутина, надиктованный им А. Лаптинской незадолго до смерти. Читатель может самостоятельно рассудить, кем на самом деле был «царский друг», прозорливый «старец» и целитель и откуда взялась у сибирского крестьянина эта гипнотическая сила.
Распутин. Жизнь. Смерть. Тайна - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Но если характер в большей степени мешает, чем помогает социально адаптироваться – то есть продуктивно работать и общаться, – причем не только в определенные моменты, а всегда и в любой ситуации, такой характер следует диагностировать как психопатический, то есть патологически гротескный.
Проявления психопатии могут частично сглаживаться, если психопат попадает в благоприятные условия, «щадящие» наиболее уязвимые качества его характера. Однако, если по каким-либо причинам эти условия исчезают, наступает декомпенсация, и тогда психопат ведет себя асоциально и деструктивно – в первую очередь по отношению к самому себе.
Ключевой во всей этой теме вопрос – о причинах возникновения психопатии – по сей день учеными не разрешен, поскольку так и неясно (за исключением случая с органической психопатией), является ли эта патология в большей степени генетически обусловленной или же благоприобретенной.
Если теперь вернуться к личности Григория Распутина, то прежде всего следует определить тип его психопатии как истероидный.
Распутин был человеком с выраженным актерским, демонстративным типом характера, для которого основными жизненными мотивами служат похвала, аплодисменты, слава и т. п. При этом истероидные черты характера Распутина проявлялись в форме перманентного поведенческого гротеска.
Судя по всему, развитие у Григория Распутина истероидной психопатии было обусловлено как особенностями воспитания и условиями жизни (единственный сын в патриархальной семье – «свет в окошке»), так и комплексом душевных переживаний, вызванных последствиями родовой травмы: плохой памятью, затяжным энурезом и т. д.
Наличие психопатических личностных особенностей не позволяло «старцу» нормально адаптироваться в обществе и толкало на путь беспрерывных социальных приключений – «бродяжничества», в основе которого лежала неспособность планомерно продуктивно трудиться и удерживаться на каком-то одном месте.
Уникальным «местом работы», на котором Григорий Ефимович смог продержаться по-настоящему долго, хотя также не без срывов, оказалось дворцовое закулисье. Однако данное обстоятельство, скорее, характеризует не столько нормальность «отца Григория», сколько патологичность той атмосферы, которая царила в «высших сферах» Российской империи в последнее предреволюционное десятилетие.
Яркая истероидность Распутина нашла отражение в его «этической философии»: «…кажный хочет первым быть, а „первый“ только один бывает» 20. Короче и точнее всех характер Распутина определил английский посол в России Джордж Бьюкенен: «Его основным принципом жизни было себялюбие» 21.
Наиболее непосредственной, сиюминутной формой проявления истероидных черт характера Григория Распутина являлось его беспрерывное хвастовство. Стремясь постоянно быть в центре внимания, сосредоточивать на себе восхищенные взоры окружающих, Распутин хвастался перед всеми, кто оказывался поблизости, – односельчанами, знакомыми, случайными встречными, даже перед охранявшими его филерами.
Дорожа интересом к нему со стороны любого человека, в наибольшей степени Распутин, разумеется, ценил внимание представителей высшей аристократии и членов царской фамилии, которое одновременно оказывалось и главным предметом распутинского хвастовства. «Прежде у меня была хатенка, – возбужденно рассказывал Григорий приехавшему к нему в гости Илиодору, – а теперь какой дом-то, домина настоящий… Вот этот ковер стоит 600 рублей, его мне прислала жена вел. кн. Н. 22за то, что я благословил их на брак… А видишь на мне крест золотой? Вот, смотри, написано „Н“. Это мне царь дал, чтобы отличить… Вот этот портрет сами цари заказывали для меня; вот эти иконы, пасхальные яйца, писанки, фонарики – царица мне в разное время давала… Эту сорочку шила мне государыня. И еще у меня есть сорочки, шитые ею» 23.
Нетрудно заметить, что, даже хвастаясь вещами, Распутин в первую очередь демонстрировал не свое материальное могущество, а свою личностную значительность, влиятельность и «обожаемость» со стороны высочайших дарителей.
Особо сокровенным предметом гордости Распутина являлась его непосредственная власть над царями. Когда в присутствии Илиодора фрейлина царицы Анна Вырубова упала перед Распутиным на колени, тот с удовлетворением пояснил: «Это – Аннушка так. А цари-то, цари-то…», «Папа-то (Николай II. – А. К., Д. К. ) с трудом меня слушается, волнуется, ему стыдно, а Мама (Александра Федоровна. – А. К., Д. К. ) говорит, что „без тебя, Григорий, я ни одного дела не решу; обо всем тебя буду спрашивать… <���…> Если все люди на земле восстанут на тебя, то я не оставлю тебя, и никого не послушаюсь“. А царь, тоже поднявши руки, закричал: „Григорий! ты Христос!“» 24
Естественным продолжением духовной власти над царями являлось вполне «материальное» политическое влияние, которым «старец» Григорий также не упускал случая прихвастнуть.
Показывая все тому же Илиодору присланный от царицы проект какого-то манифеста, Распутин заметил: «Это Мама прислала мне проверить, хорошо ли написан или нет; прислали одобрить, и я одобрил; тогда они его обнародовали» 25. «Меня царским лампадником зовут, – говорил Григорий. – Лампадник маленькая шишка, а какие большие дела делает!» 26; «Мне ничего не стоит любого министра сместить! Кого захочу, того и поставлю!» 27; «Захочу, так пестрого кобеля губернатором сделаю. Вот какой Григорий Ефимович» 28; «Все могу!» 29
Упиваясь своей сверхвлиятельностью, Распутин при этом относился к институту публичной власти демонстративно скептически, будучи убежденным в том, что «власть портит душу человека… обременяет ее» 30. «Мне самому пока незачем чего-нибудь добиваться, – заявлял Григорий. – А вот постарше стану, меньше грешить стану, тогда уйду архиереем» 31.
Думается, здесь не было ни притворства, ни особого внутреннего противоречия. Распутин стремился не к власти как к таковой – то есть не к отправлению неких социально значимых начальственных функций, – а к возможности беспрерывно «куражиться», не испытывая при этом никаких – ни административно-вертикальных, ни социально-горизонтальных – ограничений.
«Если попытаться выразить в словах, чего, собственно, желал Распутин, – довольно точно вывела поведенческую формулу «старца» не знавшая его лично Зинаида Гиппиус, – то выйдет приблизительно так: „Чтобы жить мне привольно, ну и, конечно, в почете. Чтобы никто мне не мог препятствовать, а чтобы я что захочу, то и делаю. А другие пусть грызут локти, на меня глядя“… В душе – или в „натуре“ – такого русского странника каждое из его простых желаний доведено до размеров гомерических и вообще ничем не ограничено» 32.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: