Вадим Роговин - Власть и оппозиции
- Название:Власть и оппозиции
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Товарищество «Журн. „Театр“»
- Год:1993
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Вадим Роговин - Власть и оппозиции краткое содержание
Второй том охватывает период нашей истории за 1928—1933 годы. Развертывается картина непримиримой борьбы между сталинистами и противостоящими им легальными и нелегальными оппозиционными группировками в партии, показывается ложность мифов о преемственности ленинизма и сталинизма, о «монолитном единстве» большевистской партии. Довольно подробно рассказывается о том, что, собственно, предлагала «левая оппозиция», как она пыталась бороться против сталинской насильственной коллективизации и раскулачивания, против авантюристических методов индустриализации, бюрократизации планирования, социальных привилегий, тоталитарного политического режима. Показывается роль Л. Троцкого как лидера «левой оппозиции», его альтернативный курс социально-экономического развития страны.
Власть и оппозиции - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
После возвращения в Москву Сталин 13 февраля «по поручению ЦК ВКП(б)» направил во все партийные организации секретное письмо «Первые итоги заготовительной кампании и дальнейшие задачи партии». В нем отмечалось, что к январю 1928 года заготовки зерна едва достигли 300 млн пудов против 428 млн пудов к январю 1927 года. Неудача хлебозаготовок объяснялась тем, что «в наших организациях, как в партийных, так и в иных, народились в последнее время известные, чуждые партии, элементы, не видящие классов в деревне, не понимающие основ нашей классовой политики и пытающиеся вести работу таким образом, чтобы никого не обидеть в деревне, жить в мире с кулаком и вообще сохранить популярность среди „всех слоёв“ деревни» [39] Сталин И. В. Соч. Т. 11. С. 13.
.
Сталин признавал, что ответственность за ошибки, приведшие к хлебозаготовительному кризису, лежит не только на местных партийных организациях, но прежде всего на ЦК. Однако исключительно на местные организации возлагалась им вина за «искажения и перегибы» в ходе хлебозаготовительной кампании: применение продразвёрсточных мер, создание заградительных отрядов между отдельными районами, злоупотребления арестами, незаконную конфискацию излишков хлеба и т. д.
На деле все эти «перегибы» приобрели чрезвычайно широкие масштабы, как мы видели, именно со времени поездки Сталина в Сибирь. По примеру Сталина, снявшего с работы и исключившего из партии за «мягкость», «примиренчество», «срастание с кулаком» многие десятки сибирских работников, действовали партийные организации в других регионах. Так, на Урале за январь — март 1928 года были сняты со своих постов 1157 партийных, советских и кооперативных работников. Повсеместно происходило закрытие рынков, конфискация не только товарных излишков, но и хлебных запасов, необходимых крестьянским хозяйствам для собственного производства и потребления.
Секретарь ВЦИК А. С. Киселёв в докладе на заседании комфракции Президиума ВЦИК 26 марта 1928 г. приводил многочисленные примеры, свидетельствующие, что в арсенал методов хлебозаготовок повсеместно входили не только пресечение продажи и перепродажи зерна по ценам, предлагаемым частными заготовителями, но обложение крестьянских дворов (не только кулацких, но середняцких и даже бедняцких) дополнительными налогами, принудительное размещение «займа восстановления крестьянского хозяйства», принуждение крестьян продавать даже остатки хлеба, предназначавшиеся на прокормление семьи и посев. Киселёв констатировал, что эти административные меры, применяемые впервые со времён гражданской войны, «совершенно испортили настроение крестьянства, ‹…› крестьяне говорят, неужели мы пришли к военному коммунизму… нет уверенности, что у тебя будет прочная база для того, чтобы в дальнейшем развивать свое хозяйство» [40] Правда. 1988 26 августа.
.
Чтобы придать чрезвычайным мерам видимость законности, 21 апреля 1928 года ЦИК утвердил «Положение о едином сельскохозяйственном налоге на 1928/29 гг.», которым вводилось «индивидуальное обложение» наиболее доходных крестьянских хозяйств. В соответствии с этим сами жители сел должны были определять хозяйства, подлежавшие индивидуальному обложению, размеры которого примерно вдвое превышали размеры налогов с других хозяйств, даже практически не отличавшихся по обеспеченности землей и скотом. В ответ на эти меры многие крестьяне стали сокращать размеры своего хозяйства и площади посева зерновых.
Подхлёстывая политику чрезвычайных мер, Сталин одновременно страховал себя от обвинений в неблагоприятных последствиях, к которым она могла привести. В его секретной директиве от 13 февраля 1928 года командно-административные установки («продолжать нажим на кулаков — действительных крупных держателей товарных излишков хлеба») сопровождались оговорками о том, что этот нажим должен осуществляться на основе советской законности и ни в коем случае не задевать середняцкую часть крестьянства. Более того, Сталин подтверждал, что «нэп есть основа нашей экономической политики, и остается таковой на длительный исторический период», и заявлял, что «разговоры о том, что мы будто бы отменяем нэп, вводим продразвёрстку, раскулачивание и т. д. являются контрреволюционной болтовней, против которой необходима решительная борьба» [41] Сталин И. В. Соч. Т. 11. С. 15, 17.
.
Ещё более определённо Сталин высказался за сохранение нэпа на июльском пленуме ЦК 1928 года, где он характеризовал нэп как политику, направленную «на преодоление капиталистических элементов и построение социалистического хозяйства в порядке использования рынка, через рынок» [42] Там же. С. 144—145.
.
Непрерывно лавируя на протяжении всего 1928 года, Сталин выдвигал свои противоречивые установки в насаждённой им атмосфере строжайшей секретности, мотивируемой тем, что обнародование директив ЦК и тем более разногласий, возникающих внутри правящей фракции, может быть использовано «троцкистами». Борьба с изгнанной из партии, но не сломленной частью левой оппозиции представляла в этот период для Сталина не менее важную задачу, чем преодоление экономических трудностей.
III
Первый тур расправы с левой оппозицией
Получив от XV съезда мандат на расправу с левой оппозицией, сталинский аппарат сразу же после съезда начал осуществлять против неё санкции, далеко выходящие за пределы, предоставленные этим мандатом. Если с XIV съезда по 15 ноября 1927 г. (т. е. почти за два года) из партии было исключено 970 оппозиционеров, то за последующие 2,5 месяца — 2288 (в том числе 1494 чел. за последние две недели 1927 года). Только в Москве за «фракционную работу» было исключено 816 человек. Среди исключённых рабочие по социальному положению составляли 46,9 %, по роду занятий — 36,4 %. Доля рабочих в составе исключённых в Ленинградской области доходила до 68 %, на Украине — до 66,3 % [43] II Пленум ЦКК созыва XV съезда ВКП(б) 2—5 апреля 1928 г. М., 1928. С. 252—255.
.
Большая часть исключённых была направлена в административную ссылку в дальние районы страны. Поскольку ссыльным предъявлялось обвинение в антисоветской деятельности, они лишались избирательных прав и членства в профсоюзах. Они были обязаны регулярно являться для регистрации в местные органы ГПУ. Им назначалось месячное пособие в 30 руб., которое в 1929 году было вдвое уменьшено. Обеспечение ссыльных работой возлагалось на партийные органы в местах ссылки.
Судьбой наиболее видных оппозиционеров распоряжался отдел учета и распределения кадров ЦК ВКП(б). Переговоры с ними вели председатель ЦКК Орджоникидзе и секретарь ЦК Косиор, заявившие о невозможности оставить лидеров оппозиции в Москве и крупных промышленных центрах и сохранить у членов их семей занимаемые ими квартиры.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: