Михаил Никитин - Воспоминания о революционном Новониколаевске (1904-1920 гг.)
- Название:Воспоминания о революционном Новониколаевске (1904-1920 гг.)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Новосибирское книжное издательство
- Год:1959
- Город:Новосибирск
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Михаил Никитин - Воспоминания о революционном Новониколаевске (1904-1920 гг.) краткое содержание
Сборник воспоминаний активных участников трех революций и гражданской войны рассказывает о самоотверженной борьбе рабочих, солдатских и крестьянских масс в г. Новониколаевске и на территории, входящей теперь в Новосибирскую область.
Воспоминания о революционном Новониколаевске (1904-1920 гг.) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Обская группа РСДРП (Входила в состав Томского губернского комитета РСДРП, была ему подчинена, с ним держала связь, получала от него директивные указания. Томский комитет РСДРП помогал ей своими работниками, литературой. По просьбе В. И. Шамшина в Новониколаевск приезжал С. М. Киров), несмотря на понесенные потери вследствие арестов, развертывала работу, охватывая все более широкие слои населения. Агитировали не только рабочих на станции железной дороги и служащих в городе, но и солдат в войсках гарнизона.
Для руководства партийной работой в Новониколаевске из Томска и других городов Сибири направлялись квалифицированные профессиональные революционеры, среди которых я очень хорошо знал товарища Игната, прозванного в партийной организации Колесом истории. Весной 1906 года мне частенько приходилось выполнять его поручения, слушать его выступления на митингах и собраниях. В течение этого времени я встречался и получал задания у одного из руководителей Обской группы Бориса Блюма, которого позднее встречал в Томской тюрьме.
Обская группа РСДРП реагировала на все события в политической жизни страны. Листовки прибывали в город в большом количестве. Где они печатались — в Томске, Барнауле, Красноярске, Омске, или в самом Новониколаевске — мне тогда не было известно.
Однажды, примерно в конце марта или начале апреля 1906 года, меня пригласили на квартиру Шамшиных, где, кроме Ивана Шамшина, были еще два товарища. Мне предложили оставить службу в торговой фирме Козлова и перейти на выполнение специального задания Обской группы. Речь шла о том, чтобы создать транзитный пункт для получения, хранения и дальнейшей переотправки прокламаций и другой нелегальной литературы. Для этого на площади около бывшей вокзальной церкви для меня поставили палатку по продаже хлеба и кваса. Оборудование палатки обошлось нашей группе рублей в 30, да на оборот выдали мне рублей 20.
Итак, я торгую хлебом и квасом. Отсюда и возникла моя партийная кличка Буржуй. Внизу, под ларьком, находилось небольшое углубление для хранения кваса, а рядом — другая ямка с вкопанным в нее ящиком, который время от времени заполнялся и освобождался от специального груза, — здесь находился склад нелегальной литературы. О наличии склада в то время знали, очень немногие члены партии. Наиболее тесно я был связан с Дмитрием Шамшуриным и Константином Гедройцем. Функции мои заключались в том, чтобы получать от товарищей литературу. По указанию определенных лиц, я выдавал ее для распространения по городу, в депо и на станции.
Откуда поступала эта литература, я не знал. Иногда я сам заходил за грузом к фельдшеру переселенческого пункта, расположенного за линией железной дороги. Вместе с медикаментами туда приходил аккуратно запакованный и наш груз.
Склад-палатка активно действовал в течение четырех месяцев, и только простая случайность прекратила его существование.
9 августа 1906 года полиция неожиданно произвела повальные обыски в торговых палатках и ларьках в поисках незаконно продававшихся солдатам спиртных напитков и обнаружила в ямке прокламации, брошюры и Красное знамя. Я был арестован, препровожден в полицейскую часть, а в сентябре отправлен в Томск в политический корпус арестантского исправительного отделения № 1.
В тюрьме еще сохранялся довольно «свободный» порядок: на день большинство одиночных камер открывалось, и политические заключенные имели возможность общаться друг с другом.
На следующий день на прогулке я встретил своего учителя-друга Василия Шамшина, руководителя боевой дружины Андрея Полторыхина и других активистов Обской группы.
Здесь же я познакомился с С. Костриковым (С. М. Кировым), арестованным по делу Томского комитета и типографии.
Так как среди заключенных были члены разных политических партий, то зачастую в коридорах тюрьмы происходили горячие дискуссии о дальнейших судьбах русской революции.
Меньшевики и эсеры заявляли, что революция окончена и наступил период перехода к легальным формам борьбы: в Государственной думе, профсоюзных и различных общественных организациях. Большевики, от которых, как правило, выступал С. Костриков считали, что в революцию надо вовлекать новые массы рабочих, крестьян и вести их на борьбу против царизма, используя и легальные возможности; силы народа неисчислимы, лишь необходимо умело организовать их, и тогда успех революционного движения будет обеспечен.
Мы, представители младшего поколения в партии, как тогда назывались, «призыва 1905 года», старались попасть в камеры со старшими, опытными товарищами, которым вменялось в обязанность использовать время пребывания в тюрьме для нашего дальнейшего политического образования.
С. М. Киров, сам много работавший над собой, помогал и другим товарищам. Он частенько говорил мне: «Ваня, учти, мы сейчас пленники самодержавного режима, наше пребывание здесь мы должны максимально использовать для учебы. События в стране развиваются так, что для дальнейшего успешного революционного движения потребуются более опытные товарищи. Учти, что партия и рабочий класс не простят нам бездействия в тюрьме. Нас ждут более подготовленными, способными быстро ориентироваться в политической обстановке, умеющими организовать рабочий класс на борьбу за свержение самодержавия. Учись, дружище, не пропускай ни одного дня».
Начались мои тюремные «университеты». Время с сентября 1906 года по апрель 1907 года провел я в Томской тюрьме. Старшие товарищи помогли мне, как и многим другим молодым заключенным, в освоении элементарных понятий «алгебры революции».
В апреле 1907 года, по просьбе Василия Шамшина, меня взял на поруки его отец Иван Дмитриевич Шамшин, активный член Обской группы. Для этого ему пришлось заложить в банке свой маленький домик на Логовской улице. Я очутился снова в Новониколаевске, в кругу партийных друзей, а Первое мая 1907 года встречал на загородной массовке в лесу.
С наступлением реакции слежка за партийными работниками усилилась. Нет сомнения в том, что томское охранное отделение дало новониколаевским ищейкам соответствующие указания о слежке за мной. Соблюдая осторожность, я все же вернулся к партийной работе.
Чтобы отвлечь внимание охранки, устроился на работу к одному предпринимателю, который имел подряд на окраску крыш железнодорожных зданий станции Обь (теперь ст. Новосибирск-I). Я стал помощником маляра. Это было очень удобно и для выполнения партийных поручений. На квартиру меня устроили к одному польскому товарищу — Бардышевскому. Он заведовал двумя складами пивного омского завода Мариупольского, причем, оба склада находились на Вокзальной улице: основной склад с глубокими подвалами недалеко от железнодорожного переезда, близ депо. Кто знает, сколько нелегального груза перебывало в подвалах, где в больших бочках выстаивалось пиво.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: