Стерлинг Сигрейв - Династия Ямато

Тем не менее Сайго сыграл одну из ключевых ролей в событиях Мэйдзи, оказавших огромное влияние на становление новой японской государственности. Для одних японцев он и по сей день является «символом государственности», для других он «талисман конвульсивного национализма». Император даровал семье Сайго наследственный дворянский титул. В бумагах Сайго найдены следующие поэтические строчки, объясняющие, как нам представляется, многое в характере и поступках одного из «Трех великих героев»:

Кидо и Сайго покинули земную обитель… В живых остался лишь Окубо. Утром 14 мая 1878 г. шесть самураев напали на повозку Окубо, направляющегося к императору. Окубо пытался защитить свою жизнь. Тщетно. Мощные удары самурайских мечей мгновенно отсекли выставленные вперед руки Окубо, голову «Деспота» разрубили надвое. Бездыханное тело последнего «великого героя» было беспощадно изрублено нападавшими. Убийцы принадлежали к одному с Сайго и Окубо клану Сацума. Император незамедлительно даровал сыновьям погибшего Окубо высший дворянский титул. Как похоже на японский футбол! Главное, чтобы мяч находился в воздухе!

…«Трех великих героев» убили. Их позиции на политическом поле отошли к другим игрокам. Одним из центральных игроков новой команды стал ближайший друг и собутыльник Мэйдзи.

«Ито — друг мой закадычный!» — провозгласил в один прекрасный день император Муцухито. В начале эпохи Мэйдзи он еще мог позволить себе подобные добродушные «откровения» и обойтись без переполоха в среде придворных, ответственных за «трансцендентный» имидж. Однако иные времена не за горами. Идеология нового режима впредь не допустит таких «вольностей». Кончина «Трех великих героев» спровоцировала очередной виток схватки за власть. Победившая в ней группировка получила название «гэнро», или Совет старейшин. Члены гэнро являлись бескорыстно преданными императору и уникальными в своем величии политическими деятелями, поставившими во главу угла строящегося здания новой мощной Японии приоритет общественного над единоличным, создав демократическое, конституционное правительство. Увы, для непредвзятого исследователя эпохи Мэйдзи открывается несколько иная картина, весьма несхожая с обрисованной выше версией реформы Мэйдзи.

Наибольшим весом в гэнро обладали двое: «закадычный друг» Ито Хиробуми и генерал Ямагата Аритомо, некогда горестно размышлявший о горькой участи Сайго с головой покойного в руках. Ито удалось с успехом завершить план реформаторов по реанимированию «божественного авторитета» императора. Ямагата со своей стороны весьма преуспел в изоляции императора от «постороннего влияния». Безусловно, Ито и Ямагата были незаурядными государственными мужами: созданная гэнро новая система госуправления во многом сориентирована на их интересы. О выборности власти, участии народа в политической жизни страны при таком раскладе не могло быть и речи. Посты в правительстве занимали по принципу лояльности ведущим группировкам.

Из них двоих большим другом императора являлся, безусловно, Ито. Он представлял «альтер эго» самого императора. Эгоцентричный, сластолюбивый, энергичный, проницательный, Ито в молодые годы не преминул принять участие в поджоге британской дипмиссии (в 1862 г.). Не единожды выезжал в США и Европу, будучи официальным представителем императорского двора, доверенным лицом императора. Можно сказать, Муцухито видел заграницу глазами Ито. Со временем дипломатические и административные таланты Ито обеспечили ему достойное место в узком кругу вершителей судеб государств Азиатского региона.

Влияние Ито на императора основывалось на «сходстве натур». Ито был старше Мэйдзи всего на одиннадцать лет, что позволяло им общаться на короткой ноге. Почти братья! Отличный собутыльник, Ито допоздна засиживался у императора. Пили в основном красное вино. Муцухито частенько собирал своих любимцев и обсуждал с ними вопросы истории западных государств, королевских династий, ведомых ими войн. Одному Ито позволялось нарушать правила. Ито курил сигары во дворце! Однажды слуга императора осмелился попенять Ито на такое опасное занятие в стенах дворца. Ито объяснил слуге, что только от дешевых сигар бывают искры (позже Ито получил от Муцухито дозволение курить во дворце). Больше хорошего вина и сигар Ито любил только красавиц. В годы бурной юности Ито, спасаясь от преследующего его по пятам полицейского, укрылся в выгребной яме уборной. Его подружка-красавица, задрав подол, присела над ним. За такую удаль Ито женился на ней. Позднее отважная супруга Ито с «пониманием» относилась к слабостям мужа по женской части. Будучи подшофе, Ито имел обыкновение затягивать любимую песню: «Пьяным положу я голову на бедро красавицы, трезвым собираю силушку править государством!»

Японцы порой бывают чванливы с подчиненными и подобострастны с начальством… Ито родился в семье бедных земледельцев. Бездетная самурайская пара Мори из клана Тёсю усыновила Ито и дала ему хорошее образование. Способный мальчик поступил в военную академию клана Тёсю, возглавляемую в то время знаменитым Ёсидой Сёином. После успеха с поджогом британской дипмиссии Ито и еще два молодых слушателя академии Ёсиды тайно покинули Японию на борту шотландского торгового судна, принадлежавшего Томасу Блэйку Гроверу. Гровер имел фабрику в Нагасаки, был знаком с Жардин Мэтсон, активно помогал противникам сёгуна и разглядел в Ито незаурядный ум. Ито со товарищи изучали в Англии право и военную науку.

В 1864 г. Ито возвратился в Японию и принял участие в секретных переговорах кланов Тёсю и Сацума по свержению сёгуна. После победы Ито стал личным переводчиком с английского у молодого императора Мэйдзи. В 1871 г. Ито в составе миссии Ивакуры отправился в турне по Европе и США. Ито примкнул к группировке Окубо «Деспота», став его правой рукой и (после смерти Окубы от рук убийц в 1878 г.) сменив своего патрона на посту министра внутренних дел. Сравнивая методы воздействия Окубо и Ито на императора, многие исследователи сходятся во мнении, что именно пристрастие к алкоголю сделало Ито в глазах Мэйдзи более «привлекательным в человеческом отношении» и тем самым облегчило Ито задачу установления «дружеского контакта» с императором. В молодые годы Ито мог выпить за день три-четыре галлона сакэ, ложился в четыре утра и тратил на сон не более четырех часов. В зрелые годы по настоянию врачей Ито отказался от виски и перешел на красное вино. Вероятно, Мэйдзи привлекала в Ито его пьяная откровенность и бесшабашность. Генерал Ямагата не мог позволить себе «потерять контроль», он был слишком серьезен и подозрителен для такого «безумства».