АЛЕКСАНДР ПАСЫНКОВ - ФЕНОМЕН РОСТОВЩИЧЕСТВА

В экономике Европы наступило британское господство. Франция потеряло значительную часть колониальной империи, но оставалась сильной европейской державой. Итальянцы никогда уже не оправились от неплатежей Франции и Испании, а Германия представляла собой группу разрозненных маленьких государств, ограничивающих таможенные и торговые тарифы друг против друга.

Французские долговые неплатежи продолжались и в 18 столетии. Предыдущие долги оплатили из расчета 7%-8,5%. Правительство заявило, что не будет оплачивать долги по более высокой ранее оговоренной процентной ставке.

Поскольку другие европейские державы расширили свои торговые порты, Голландия потеряла большую часть своего торгового оборота и стала тяготеть все больше к финансовым кредитным операциям как финансовый центр.

В Соединенных штатах колонисты принесли с собой Английские законы относительно ростовщичества. Устанавливались юридически нормы на максимальную норму процента в размере 6%. Но это ограничение не было всеобщим, штат Массачусетс установил максимум в 8% в 1661 г., Вирджиния- 5%, Пенсильвания- 6%-10%. Тем не менее, хлынувшие в Америку ростовщики со всей Европы изобрели в этот период раннеамериканской колониальной истории так называемые квази-банки. «Оффис-ссуды» были финансовой махинацией, связанной с коррупцией. Банки начали возникать в церквях, тавернах и кузницах. Каждый из этих банков выпускал свои долговые обязательства. Банкноты выпустили даже цирюльники и владельцы баров. Специальные уполномоченные, контролирующие «Оффис-ссуды» назначались Колониальным собранием. Квази-банки выпускали бумажные деньги, которые предоставлялись частным лицам в виде ссуд для инвестирования в приобретения земель, недвижимости и драгоценностей. Многие ссуды не возвращались. Америка была наводнена различными формами квазивалюты в виде бумажных денег, и в 1741 г. Парламент потребовал немедленного погашения всех частных бумажных денег. По сути, начало борьбы колонистов с Британией за свою независимость связано с конфликтом между колониальной денежной системой, разрушенной прибывшими из Европы ростовщиками, и английской финансовой системой.

Этот период истории характеризовался частыми финансовыми паниками, начиная с 1683 г. В Японии убили Премьер-министра Хотта Масстоши, занявший его место Сегун Саньяоши не имел опытных советников-экономистов и юристов. Интересно, что вдохновленный буддистскими верованиями, он выпустил указ, запрещающий убийство любых живых существ, что привело аграрную Японию к экономическому краху.

Последние годы 18 столетия были заполнены экономическим хаосом и финансовыми спекуляциями, что наряду с повсеместным повышением процентной ставки привело к инфляции во всем мире. Последовала глубокая экономическая депрессия, сопровождаемая войнами и долговыми кризисами европейских правительств. Ростовщичество в Европе в этот период тесно связано со становлением банковского капитала, торговлей и биржевой спекуляцией. «Де ла Платьер, которого Законодательное собрание в 1791 г. сделает министром внутренних дел, выражался без околичностей. “Париж, говорил он, восхитительно все, упрощая, - это всего лишь продавцы денег или те, кто деньгами ворочает, - банкиры, спекулирующие на ценных бумагах, на государственных займах, на общественном несчастье». (Ф. Бродель). “Мир торговли - это была вся эта совокупность людей со своей сплоченностью, своими противоречиями, своими цепями зависимости - от мелкого торгаша, бродившего по отдаленным деревням в поисках мешка пшеницы по дешевке, до изящных или же невзрачных лавочников, до владельцев городских складов, портовых буржуа, что снабжали продовольствием рыбацкие суда, парижских оптовиков и негоциантов Бордо... Все эти люди образовывали одно целое. И ему неизменно сопутствовал ненавистный, но необходимый ростовщик, начиная с того, что обслуживал сильных мира сего, до мелочного заимодавца, ссужавшего деньги под залог. По словам Тюрго, не было более жестокого процента роста, “чем тот, что известен в Париже под названием лихоимства под недельный процент; он доходил порой до двух су в неделю на экю из трех ливров; сие составляет на 173 ливра 1/3 со ста. Однако же как раз на этом воистину огромном ростовщическом проценте держится розничная торговля продовольствием, каковое продается на Крытом рынке и на других парижских рынках». (Ф. Бродель.)

В 1777 г. постановление Парижского парламента запретило «любой вид ростовщичества, осуждаемый священными канонами», и французское законодательство будет неустанно его запрещать как преступление вплоть до 12 октября 1789 г. Очень примечательный исторический факт. Запрет на получение ростовщических процентов активизировал финансовую буржуазию, и Франция через двенадцать лет получила свою буржуазную революцию, как Византия получила крестовый поход в ответ на меры против ростовщиков. Так в 1796 году Франция пережила губительную инфляцию, вызванную не в последнюю очередь действиями ростовщиков, о чем мы позднее поговорим в другой главе. Потребительские цены за шесть лет относительно 1790 года выросли на 2000%. Например, воз древесины в цене вырос от 4 долларов до 250 долларов, фунт мыла от 18 центов до 8 долларов, дюжина яиц от 24 центов до 5 долларов (в пересчете на курс 1991 года). Ситуация была столь драматична, что из-за хронического недоедания 10% населения не могло заниматься регулярным трудом,- просто сил не хватало, а еще 10% могли по своим физическим кондициям работать не более 3 часов в день. Между тем в распоряжении самого короля Людовика XVI, например, было более двух тысяч лошадей и свыше двухсот карет, а, кроме того, почти полторы тысячи служащих - 75 капелланов, исповедников и церковных сторожей, множество врачей, хирургов и аптекарей. И, наконец, двое дворян с доходом в 20 тысяч ливров, облаченные в бархатные одежды, со шпагами на боку каждое утро торжественно выносили ночной горшок короля.

Финансисты мира к тому времени держали финансы Франции под своим контролем. “Они владели такой значительной частью мирового золота и серебра, что большинство европейских стран находилось у них в долгу, включая Францию”. Так пишет Макнэйр Вильсон (McNair Wilson) в книге “Жизнь Наполеона”. Он продолжает - “В экономической структуре Европы происходили фундаментальные перемены - основа богатства стран была подменена на “государственную задолженность”.

Министром финансов короля Людовика 14 в течение тех последних лет был Некер (Necker), “швейцарец” немецкого происхождения, сын немецкого профессора, о котором Макнэйр Вильсон пишет - “Некер получил право войти в руководство королевской казны как представитель финансистов, от чьих займов зависел король.” Пока он заправлял казной, королевское правительство вынуждено было залезть в дополнительные долги на сумму в 170 миллионов фунтов стерлингов.