Валерий Шамбаров - Правда варварской Руси

Манчестер уже раскусил своего помощничка и предупреждал, что в будущем он может натворить немало зла. Разразился скандал. Тут Кромвель проявил себя не только военным, но и хитрым и беспринципным политиком. При поддержке индепендентов он вдруг скромно предложил «билль о самоотречении». Согласно коему никто из членов парламента не мог занимать военных и гражданских руководящих постов. Под билль попадали и Эссекс, и Манчестер, и Кромвель. Он был принят. Главнокомандующим стал Ферфакс с задачей создать «армию нового образца» — по той же схеме, как формировал ее Кромвель. А потом индепенденты сделали второй ход — а кто, дескать, является главным специалистом по формированию таких войск? И Кромвелю было предоставлено «временное освобождение» от требований билля. Он стал заместителем Ферфакса. И объявил себя персональным покровителем «свободы совести», то бишь всех сектантов, чтобы их не прижали пресвитериане.

Создание «армии нового образца» в 22 тыс. человек принесло перелом в войне. В июне 1645 г. роялистов разгромили при Нэйзби, потом последовали победы в Лэнгпорте, Бристоле. Другие европейские монархи, занятые Тридцатилетней войной, помощи Карлу не оказали. Он ушел на север и предпочел сдаться шотландцам. Однако шотландские ковентаторы продолжали поддерживать связи с Лондоном — парламент заключил с ними соглашение, обязавшись за помощь в войне ввести в Англии пресвитерианство. Относительно короля начались переговоры, и шотландцы выдали его. Точнее, продали за 400 тыс. фунтов стерлингов.

Война унесла 100 тыс. жизней. При ничтожной численности армий, в основном — из мирного населения. Но и победа над королем не принесла Англии ни благополучия, ни гражданского согласия. Пошла вакханалия «приватизации» парламентариями конфискованных владений роялистов, церкви, короны. И развернулась борьба между победителями — пресвитерианами, индепендентами, левеллерами. Лидирующие пресвитериане поместили короля в Хэмптон-Корт и повели с ним переговоры: на каких условиях можно вернуть ему трон? Но при этом парламентарии увязли в споре о «гарантиях». То есть о гарантиях того, чтобы Карл не смог нарушить выработанных условий. Никто не мог решить, какими же должны быть подобные гарантии, и переговоры толклись на месте — пуритане назавтра отказывались от условий, которые сами же предложили вчера.

Индепенденты называли пресвитериан «новыми тиранами», а о себе говорили не иначе как о «святых». Выдвигали идею республики, требовали «свободы совести», свободы книгопечатания, права разводов, расширения избирательного права. Еще дальше шли левеллеры во главе с Лилберном, они рассуждали о народовластии. Появились и крайние анархисты — диггеры (копатели). Они вообще не признавали никакой власти и собственности, занимали самозахватом пустоши, вскапывали их и основывали свои коммуны. Правда, они исповедовали идею непротивления насилию, и их легко разгоняли.

Пресвитерианский парламент отвергал идеи индепендентов и левеллеров, стал сажать их лидеров. Но теперь самостоятельной политической силой являлась и армия! Парламент осознавал эту угрозу. И постановил часть войск отправить на усмирение Ирландии, а часть расформировать — в связи с окончанием гражданской войны. Не тут-то было. Кромвелевская организация проповедников сорвала демобилизацию, и армия разоружиться отказалась. Формально придралась к недоплаченному жалованию, потребовала обеспечения вдов. А на деле армейские радикалы готовились к борьбе за власть. Пресвитериане попробовали перекупить командиров. Кромвелю выплатили 1976 фунтов, крупную сумму выдали его зятю Айртону, офицерам раздавали поместья, должности.

Кромвель взять денежки не отказался. Но не отказался и от политической игры. Армия в это время чуть не вышла у него из-под контроля, ее усиленно разлагали левеллеры. Кромвель своим авторитетом успокоил войска и сумел левеллеров тоже сделать своей опорой. Он создал «Общеармейский совет» — противовес парламенту. И таким образом выдвинулся на первое место в военном руководстве, оттеснив уже и Ферфакса. А «Общеармейский совет» принялся издавать свои политическое документы. То «Торжественное обязательство» (защищать «свободы»), то «Ремонстрацию армии» — где совет брал на себя «регулирование работы парламента» и выдвинул обвинения против и активных пресвитериан, добившись их удаления из палаты общин. Была опубликована захваченная в числе трофеев переписка Карла, где он взывал о помощи к французскому королю и лотарингскому герцогу. За что монарха обвинили в «измене».

А положение ухудшалось. Налоги за войну непомерно увеличились. Страна была разорена, предприятия не работали, сельское хозяйство еле теплилось. Цены росли. Даже хлеб стал уже роскошью, люди умирали от голода. Простому народу политические дрязги встали поперек горла. Лондонцы требовали распустить армию как «рассадник сектантства», дестабилизирующий государство. И 26 июля 1647 г. в столице произошел бунт — толпы ворвались в палату общин, требуя вернуть на престол короля — мол, при нем жилось лучше.

Но Кромвель объявил мятеж «контрреволюцией», обвинив во всем… пресвитериан. Что затеяли все это они, дабы реставрировать монархию. И армия оккупировала Лондон — городская милиция сопротивляться даже не посмела. После чего началась уже полная буза. Левеллеры выступали против переговоров с «вельможами», за углубление революции — за что Лилберна упрятали в Тауэр. Перессорившийся парламент бодался, вырабатывая «четыре билля» — пакет условий, при которых можно было бы вернуть власть королю. Но и армия, захлебывающаяся в политических дебатах и конференциях, вступила в отдельные переговоры с Карлом…

А он посмотрел на раздрай среди противников, счел, что число его сторонников снова растет, и сбежал в ноябре на остров Уайт. Откуда установил связи с Шотландией. А шотландцы уже поняли, что соглашение с парламентом о введении пресвитерианства выполнено не будет. И пришли к выводу, что власть индепендентов и сектантов — это хуже, чем монархия. Поэтому шотландские пресвитериане объединились с роялистами и объявили о выходе из состава Великобритании. Король договорился с ними о вооруженной помощи в обмен на религиозные уступки и отверг парламентские «четыре билля».

Ну а армия под влиянием левеллеров дошла уже до открытых мятежей. Взбунтовались иолки в Конкбаш-Филде, в Вэре, в Хергсе, Гертфордшире. Однако Кромвель сумел их усмирить.

Предал военно-полевому суду 14 руководителей бунта, но раздражать солдат не хотел, и расстреляли только одного, избранного по жребию. После чего Кромвель устроил в войсках чистку, изгнал и пересажал левеллерских активистов. Хотя и продолжал при этом оказывать демонстративное покровительство сектантам — то бишь веруй как угодно, но не выступай против командования. Восстановив повиновение, Кромвель созвал в апреле 1648 г. совещание руководителей армии и военных проповедников-»святых», на котором было принято секретное решение — убить короля.