Борис Акунин - Любовь к истории (сетевая версия) ч.8
- Название:Любовь к истории (сетевая версия) ч.8
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Борис Акунин - Любовь к истории (сетевая версия) ч.8 краткое содержание
*НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЧХАРТИШВИЛИ ГРИГОРИЕМ ШАЛВОВИЧЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЧХАРТИШВИЛИ ГРИГОРИЯ ШАЛВОВИЧА.
«Любовь к истории» — это сборник исторических миниатюр, написанных Борисом Акуниным (Григорием Чхартишвили) для его авторского блога.
Любовь к истории (сетевая версия) ч.8 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
одним словом, бумажные книги у нас в семье сейчас только новинки, которых нет еще в электронке, или детские богато иллюстрированные.
подержать, посмотреть, понюхать — да, это бумажная книга. но читать — только электронная.
tarnegolet
Мне кажется, «флипбэк» не выдержит конкуренции электронных книжек, как бы дешев он ни был. Да, и электронные книжки совершенствуются с бешеной скоростью — очень скоро они будут давать тексты с качественными цветными иллюстрациями (впрочем, такие уже, кажется, есть на рынке).
Значит, остаются только коллекционные бумажные издания для любителей старины.
augusta_r
Лет 15 назад я с азартом скупала ставшие доступными книги. Лет пять назад я поняла, что перечитать купленное тогда мне не удастся, и детям почитать не доведется — дешевая бумага посерела или пожелтела, буквы расплылись. Стала покупать только издания на хорошей бумаге с четкой печатью, но чтобы найти такое, надо потрудиться, и не всегда найдешь. Пришлось завести ридер. Когда захожу за детскими книжками, роюсь в отделе художественной литературы — издания, которые не противно держать в руках, стоят неадекватно. Кстати, в Штатах бумажные книги стоят дешевле, хотя бумага белее, переплет прочнее и пахнут вкуснее.
eugenyshultz
А я вот не вижу необходимости спасать бумажные НОСИТЕЛИ. Нужно просто издавать качественные электронные книги. Топить бумажные книги специально не нужно, но их уход в небытье — дело времени. Мне вообще очень грустно в книжных магазинах. Стоят книги, которые уже никогда никто не купит, а сколько на них сырья потрачено… Это ж вред природе. Электронная книга в этом отношении гораздо лучше. Одна универсальная читалка и целая библиотека в кармане.
Борис Стругацкий
20 ноября, 11:10
Мне кажется, Борис Натанович на склоне лет стал грустным человеком, который совсем не верил в светлое будущее, однако не считал, что это освобождает его от необходимости участвовать в заведомо обреченном деле — сеять разумное, доброе, вечное, хоть из семян ни черта и не вырастет.
Такое, во всяком случае, у меня сложилось впечатление по нескольким нашим телефонным разговорам и обмену письмами. Вживую я его никогда не видел.
Помню, как я попросил Бориса Стругацкого — чуть ли не первого — подписать письмо деятелей культуры в защиту Светланы Бахминой. Он сказал: «Ничего из этого не выйдет. Это государство челюстей не разжимает. Но подпишу, конечно, как не подписать?» И переспросил: «Сколько-сколько вы рассчитываете собрать в интернете подписей? Двадцать тысяч? Никогда и ни за что. Уж поверьте мне, я прожил здесь всю жизнь. Здесь всем на всё наплевать». А потом, когда собралось сто тысяч подписей, удивлялся и радовался.
Такая же история произошла, когда затевалась переписка писателей с Михаилом Ходорковским. Глубокий скепсис — и никаких сомнений, участвовать или нет.
Я, как все в моем поколении, вырос на книжках Стругацких. Плюс к тому еще и учился мастерству на японских переводах Аркадия Натановича — он был лучшим в цехе.
Теперь они оба там
Когда умирает кто-то из своих — из тех, кто занимал важное место в моей жизни, у меня кроме естественной горечи все время возникает еще какое-то глубоко спрятанное чувство, которое я все не мог себе растолковать. А сейчас вдруг понял.
Моих людей там становится всё больше.
Вечной памяти не бывает, но бывает память долгая и добрая. Это как раз про Бориса Натановича.
irinatigress
А почему бы и не стать пессимистом человеку, изучившему вот это самое — то, в чем мы сегодня живем? Но стать им и продолжать делать «что дОлжно» — на такое способные немногие. Когда ушел один Стругацкий, у меня было чувство, как будто отвалилась одна рука, с уходом второго — вторая.
Многих удивляю, когда говорю, что братья Стругацкие и рядом с фантастикой не лежали. По форме-то, конечно, фантастика, а по сути… Они писали о том, что УЖЕ есть. Одни этого не заметили, другие боялись замечать. Почему-то редко вспоминают маленькую повесть «За миллиард лет до конца света». Когда прочла первый раз, мне стало действительно несмешно, хотя там фонтан юмора. Сразу вспомнилось из Высоцкого:
«…Так это ж про меня!
Про нас про всех — какие к черту волки!»
Вечная и светлая память.
sergeysabsay
Есть, имхо, очевидный преемник и продолжатель: Пелевин. — ) Да, он совсем другой — но так и должно быть. Да, он ещё более пессимистичен и едок — но так и должно быть с учётом смены времён. Но он размышляет не только о человеческой судьбе, но и о судьбе общества. И он из тех немногих — как и Стругацкие, — кто не боится додумывать до конца.
mark_sist
— если человек "советуется" с книгой, учится по книгам, то может просто ему не повезло с Учителями ЖИВЫМИ?
Зачем ходить в школу, если урок можно выучить по учебнику или инету?
Учитель должен быть конкретно материализован, иначе (имхо) ничему Правильному не научиться. Да и что мешает Учителю обсудить с "учеником" ту или иную информацию, полученную из той или иной книги. Настоящий Учитель сам подбирает ученикам литературу.
Нет, господа, только живое общение даст правильный вектор Познания…
koncheev
Но так тоже нельзя! Он и его брат, и частично вы, ГШ, вы прожили бОльшую часть жизнь в СССР. И тогда даже не публично сожаления нельзя было выразить по поводу того, как "Это государство челюстей не разжимает". (Как раз-то непублично можно было говорить, что угодно. О! Как мы говорили! Как мы обличали!) Они шестидесятники, они певцы того, как советские люди стремились в Космос! Как в 60-е у людей понедельник начинался в субботу. И это так и было. Да, в 70-х все изменилось, превалировать стал о материальное, но как же так? В 60-х был тоталитарный режим — и понедельник начинался в субботу. В 70-х было чуть по-другому, но государство челюстей не разжимало. А теперь вам свободы не хватает? Свободы для чего? Все всё могут говорить.
На закате жизни БС мог высказать все. Все, что он думал. И жаль, что это для него ничего не значило, видимо — только потому, что жизнь не стала идеальной. А она нигде не идеальна.
Когда умер Аркадий Стругацкий я заплакал, или, скорее, со мной произошло нечто, что можно охарактеризовать как «заплакал». Смерть Бориса не вызвала подобных эмоций. Он был стар, и, судя по всему, прекрасно понимал, что его стезя закончена. Нет, он делал отличные вещи, издавал журнал, общался с поклонниками и т. п. Но он стал человеком (и символом) того времени, которое безвозвратно ушло.
Знаете, это у Стругацких понедельник начинался в субботу, у советских же людей в большинстве он, как и положено, начинался в понедельник или во вторник.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: