Даниил Проэктор - Агрессия и катастрофа
- Название:Агрессия и катастрофа
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Даниил Проэктор - Агрессия и катастрофа краткое содержание
Агрессия и катастрофа - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
В условиях вильгельмовского рейха милитаризм "обогатился" реакционной идеологией пангерманизма, пренебрежением к другим народам и тем сверхнационализмом, который вскоре проложил путь нацизму. Милитаристы были главными союзниками монополий в подготовке и развязывании первой мировой войны, во время которой германский империализм предпринял свою первую попытку переделить мир.
Сразу после войны 1914-1918 гг. генеральный штаб по условиям Версальского договора официально был распущен. Но фактически он продолжал существовать, став одним из центров контрреволюции и организатором тайного перевооружения Германии. За годы Веймарской республики генеральный штаб научился маневрировать в условиях буржуазно-демократического режима. Приспосабливаясь к нему, он вместе с тем сохранил свою сущность, свои позиции "государства в государстве", свои кадры. Некоторые западногерманские исследователи стремятся утвердить взгляд, будто высшие руководители армии сотрудничали с Гитлером лишь в узкой военной области: при своей "традиционной аполитичности" они не разглядели преступной сущности нацизма. В последующем мы еще не раз будем возвращаться к этому вопросу. Здесь априори выскажем лишь ту мысль, что подобные взгляды искажают факты действительной истории. Наиболее реакционная часть германского генералитета представляла собой одну из ведущих сил, создавших Гитлера как политическую фигуру и вручивших ему затем диктаторскую власть.
Чтобы по достоинству оценить тезис о так называемой аполитичности германского военного руководства в те годы, когда решалось будущее Германии, необходимо хотя бы вкратце рассмотреть вопрос о политической сущности корпорации, которую мы здесь условно называем германским военным руководством. Для этого необходимо увидеть направленность ее социально-политических действий в тот исторический период, когда в России победила Великая Октябрьская социалистическая революция, а Германия после поражения в мировой войне проходила через революцию и острые классовые битвы 20-х годов. Именно в этот период германский империализм определил новые социальные задачи, выработал политическую программу, которая затем стимулировала его активность вплоть до середины 40-х годов.
На первом и втором этапах общего кризиса капитализма германский империализм с помощью милитаризма, представляемого прежде всего высшим военным руководством, выступал как ударная сила против социализма, рабочего движения и национально-освободительной борьбы народов. Эта социальная функция германского милитаризма сложилась вполне отчетливо именно в 20-е годы.
Сразу после окончания первой мировой войны кайзеровские генералы использовали антикоммунизм, контрреволюционные настроения буржуазии и ее партий для быстрого усиления влияния в государстве и сохранения себя как главной опоры реакционной политики господствующих классов. Милитаристы еще в период германской революции 1918 г. пошли на союз с правительством правых социал-демократов, которое проводило контрреволюционную политику борьбы с рабочим движением.
Используя ненависть к Советскому Союзу господствующих кругов Германии, Франции, Англии, США, германская военщина с начала 20-х годов стала рекламировать себя как "единственную силу, способную остановить нашествие большевиков" на Европу и "спасти Запад". Она стремилась доказать своим бывшим противникам, что только сильная в военном отношении Германия может создать антисоветский "защитный вал". Уже в те годы генералитет начинает спекулировать на "советской угрозе", чтобы под этим флагом развивать собственную военную мощь. Еще 18 декабря 1918 г. немецкий "военный атташе в северных странах" писал из Стокгольма в генеральный штаб: "Нам очень важно разбить самим русскую Красную Армию в Прибалтийских провинциях, не то наши восточные провинции будут находиться под непосредственной угрозой, и оттуда большевистский яд распространится дальше по Германии".
Еще более откровенно говорилось на этот счет в меморандуме министра рейхсвера Геслера, направленном им в апреле 1920 г. министерству иностранных дел для передачи странам Антанты: "Если эти массы (Геслер имел в виду народы Советского Союза. - Д. П.) придут в движение, то они... навалятся на немецкие границы... Если этот вал на подступах к Германии не встретит оборонительного вала, то их поток захватит и Германию, а затем зальет всю Европу... Союзные правительства, однако, против этой опасности своими границами не очень эффективно защищены, их может защитить восточная граница Германии и немецкий рейх, который сумеет отразить большевизм"{5}. Предельно ясно. Именно в надежде, что Германия их "защитит", западные державы в последующие годы разрешили ей вооружиться, а затем поощрили германскую реакцию на развязывание новой войны.
Уже в начале 20-х годов ее цели шли гораздо дальше "обороны против большевизма". Наиболее агрессивные круги военщины, несмотря на поражение, вовсе не забывали давнюю идею "завоевания восточного пространства", изложенную, в частности, еще в 1915 г. в меморандуме представителей монополий и генералитета: "Пограничным валом и основой для обеспечения роста нашей народности является земля, которую должна нам дать Россия. Земля, которая даст нам здоровых крестьян, - этот источник народной силы и государственности... Перенесение нашей восточной границы на ту или иную глубину будет зависеть от военного положения, в частности определять ее должна будет стратегическая точка зрения"{6}.
Министр рейхсвера Гренер в докладе "о военно-политическом положении германского рейха в конце 1928 г.", нарочито преуменьшая военные силы Германии, требовал интенсивных вооружений. "Если наши границы действительно прочны, то они стали прочными благодаря тому, что государство снова взяло в свои руки и развило средства мощи, прежде всего рейхсвер... И если мы не хотим, чтобы великие державы бесцеремонно обходили наши многосторонние интересы, которые везде распространяются за пределами границ (курс. наш. - Д. П.), мы должны создать себе возможность защищать свои интересы силой"{7}. Антисоветская пропаганда с главным тезисом: "только сильная Германия может спасти Европу" - способствовала после поражения в первой мировой войне восстановлению германского милитаризма при широкой помощи Запада, она помогла превратить в 20-х годах германский рейхсвер в орудие войны прежде всего против Советского Союза.
Военная элита, вожди крупного финансового капитала, промышленных корпораций, высшая бюрократия сразу же после окончания первой мировой войны ни на час не сомневались в необходимости как можно скорее превратить армию в основу будущей армии реванша и агрессии. Такое предназначение рейхсвера определяло и роль выступавшего до поры до времени замаскированно генерального штаба - главного руководящего и планирующего центра немецкого милитаризма. Генерал Гренер в письме к палачу революции Носке от 24 августа 1919 г. характеризовал эту роль генштаба следующим образом: "Не будет слишком много сказано, когда я заявлю, что если нас до настоящею времени не коснулся большевизм, то это заслуга офицеров генерального штаба"{8}. И действительно, в офицерский корпус республики, ограниченный 4000 человек, были назначены только отборные с точки зрения своей политической консервативности офицеры генерального штаба кайзеровской армии. Процесс создания и развития рейхсвера в 20-х годах был одновременно процессом его фашизации, все более тесного сближения и объединения его с гитлеризмом, нацистской партией.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: