Георгий Вернадский - Монголы и Русь

Высшие чиновники администрации Василия II, несомненно, подвергли эту проблему серьезному рассмотрению. Как только в принципе было решено, что татары должны жить за пределами Руси, встал вопрос, где их поселить. К этой проблеме подошли преимущественно со стратегической точки зрения. Хотя все татарские набеги в предыдущие годы удалось отразить, они были достаточно болезненными, и необходимо было найти средства затруднить татарам проникновение в глубь Руси. Лучшим решением казалось создать сеть передовых постов по южной границе Руси достаточно близко к контролируемым татарами степям так, чтобы русские военачальники могли и наблюдать за передвижениями татар и отражать их набеги. Как нам известно, в это время существовало три татарских орды, представляющих постоянную угрозу Руси: Казанское ханство, Сарайское и Днепровское. (Четвертое, Крымское, пока не составляло опасности для Москвы). Мы не знаем, какие меры в это время были приняты для усиления передовой защиты от Днепровской орды Саид-Ахмада, если таковые вообще были. Для отражения нападений Казанской и Сарайской орд в качестве места главного передового поста был избран Городец-на-Оке. И теперь две проблемы, удаление верных татар и усиление степной системы обороны, оказались связанными: было решено укомплектовать этими татарами главный передовой пост на юго-востоке. Царевич Касим – который, как мы помним, вероятно, мог считать Городец в некотором смысле своей отчиной – согласился возглавить эту группу. Таким образом, в конце 1452 года или в начале 1453 возникло новое татарское ханство под покровительством Москвы – ханство царевича Касима. Позже, после смерти Касима, Городец в его честь переименовали в Касимов (1471 год), и ханство (или царство, как называли его русские) тоже стал известно под этим именем [963] О создании Касимовского царства см. Вельяминов-Зернов, 1, гл. 1. . Хотя Городец являлся древним русским городом, к середине пятнадцатого столетия русских там оставалось совсем немного. Окрестные земли населяли преимущественно мещеры и мордва, оба племени финского происхождения. Таким образом, никаких протестов по поводу образования нового ханства со стороны русских не ожидалось.

На самом деле, создание Касимовского царства удовлетворило и верных татар, и русских; внутри Руси оно ликвидировало главную причину оппозиции режиму Василия II и, безусловно, усилило русскую систему обороны против степных татар. Но оно имело даже более важное значение. Оно сразу же повысило престиж Москвы в татарском мире и психологически облегчило всевозрастающему числу внешних татар переход на службу к великому князю, и индивидуально, и группами. Более того, казанский хан приходился Касиму братом, и существовала возможность, что Касим, в конце концов, сможет заявить свои права на казанское ханство.

Информация о внутренней организации Касимовского царства в этот период скупа. Из более позднего документа, договора Ивана III с великим князем рязанским от 1483 года, мы знаем, что под властью Касима находилось несколько татарских князей; из административных чиновников упоминаются казначеи и дороги (инспектора мер и весов). Они собирали дань ( ясак ) и другие налоги ( оброки и пошлины ) с подданных царевича и мордовцев. Великий князь Рязанский, со своей стороны, был обязан ежегодно выплачивать Касиму определенную сумму. Все недоразумения между ними должны были выноситься на рассмотрение великого князя московского [964] ДДГ, № 76, с. 284. .

Создание вассального джучидского ханства под властью великого князя московского ознаменовало окончание эры монгольского владычества над Русью и начало новой эпохи – эпохи, когда Русь заявила себя лидером Евразийского мира. Монгольское иго было сброшено. На смертном одре Василий II, не колеблясь, завещал «свою отчину», Великое княжество Московское, старшему сыну без всяких ссылок на ханские прерогативы. Этому сыну Ивану III было оставлено формально объявить об освобождении Руси от остатков Золотой Орды что он и сделал в 1480 году.

Проблема роли монголов в русской истории обсуждалась многими историками в течение последних двух столетий, однако согласие не было достигнуто [965] Краткие обзоры точек зрения на роль монголов в русской истории см. ЗО, сс. 249-258; Дьяконов, Очерки, сс. 193-196; Рязановский, сс. 261-278. . Из историков старшего поколения большое значение монгольскому воздействию на Русь придавали Н.М. Карамзин, Н.И. Костомаров и Ф.И. Леонтович. Карамзин является автором фразы: " Москва обязана своим величием ханам ";он также отметил пресечение политических свобод и ожесточение нравов, которые он считал результатом монгольского гнета [966] Карамзин, 5, 365-384. . Костомаров подчеркнул роль ханских ярлыков в укреплении власти московского великого князя внутри своего государства [967] Н.И. Костомаров, Начало единодержавия в древней Руси, Собрание сочинений (С.-Петербург, 1905), 5, 41-47. . Леонтович провел специальное исследование ойратских (калмыцких) сводов законов, чтобы, продемонстрировать влияние монгольского права на русское [968] Ф.И. Леонтович, Древний ойратский устав взысканий (Одесса, 1879). . Напротив, С.М. Соловьев отрицал важность монгольского влияния на внутреннее развитие Руси и в своей «Истории Руси» практически проигнорировал монгольский элемент, кроме его разрушительных аспектов – набегов и войн. Хотя и упомянув кратко о зависимости русских князей от ханских ярлыков и сбора налогов, Соловьев высказал мнение, что "у нас нет причины признавать сколько-нибудь значительное влияние ( монголов ) на ( русскую ) внутреннюю администрацию, поскольку мы не видим никаких его следов " [969] Соловьев, 4, 179. . Бывший ученик Соловьева и его преемник на кафедре русской истории Московского университета В.О. Ключевский сделал небольшие общие замечания о важности политики ханов в объединении Руси, но в других отношениях мало уделил внимания монголам [970] Ключевский, 2, 18-22, 38-39, 44-45. . Среди историков русского права и государства идеям Соловьева следовал М.А. Дьяконов, хотя он выражал свои взгляды более осторожно [971] Дьяконов, Очерки, сс. 148-149. . М.Ф. Владимирский-Буданов допускал лишь незначительное влияние монгольского права на русское [972] Владимирский-Буданов, Обзор, сс. 101-103. . С другой стороны, В.И. Сергеевич следовал аргументации Костомарова, как и, в определенной степени, П.Н. Милюков [973] Сергеевич, 2, 35-38, 252-256; Милюков Очерки, 1, 165-166. .