Георгий Вернадский - Монголы и Русь

Судя по тому, что мы знаем о его предшествующей русской политике, мы можем предположить, что Тохта намеревался упразднить Великое княжество Владимирское, чтобы сделать всех русских князей своими прямыми вассалами и наделить каждого определенным уделом с полномочием собирать налоги в своих владениях. Чтобы предотвратить конфликты в будущем, он, видимо, ракже собирался сделать межкняжеское собрание постоянным институтом. Вероятно, он хотел лично открыть его первый съезд, затем назначить высокого монгольского чиновника (возможно, шязя-Джучида) в качестве своего полномочного и постоянного руководителя этого органа. Все это (если принять, что наши предположения соответствовали планам Тохты) означало бы признание Руси (Восточной Руси, во всяком случае) вполне состоявшимся партнером как внутри Золотой Орды, так и во всемонгольской федерации. Какими бы смелыми и творческими ни были возможные планы Тохты, они пошли прахом с его смертью.

Преемником Тохты стал его племянник Узбек (правил с 1313 по 1341 гг.); его царствование обычно считают «Золотым веком» Золотой Орды. Узбек был мусульманином – обстоятельство, которое несколько отложило его избрание из-за оппозиции старомонгольской партии. С его восхождением на трон ислам стал официальной религией при ханском дворе и постепенно был принят большинством монгольских и тюркских подчиненных хана. Обращение на сей раз оказалось окончательным. В знак своей преданности Пророку Узбек выстроил большую мечеть в городе Солхате в Крыму (1314 г.), которая стоит до сих пор [633] Кулаковский, Таврида, с. 111. Солхат сейчас называется Эски-Кирим по-турецки, а по-русски – Старый Крым. .

В своей международной политике Узбек, в целом, был агрессивнее Тохты. Он вмешался в 1324 г. в болгаро-византийский конфликт во время междоусобной войны в Византии, оказывая поддержку болгарскому хану Георгию Тертерию II. [634] Spuler, p. 92. . Несмотря на помощь монголов, болгарская армия была разбита византийцами при Адрианополе. [635] Jireèek, Bulgaria, p. 289. Позднее византийский император Андроник III (внук Андроника II, которого он сверг с престола в 1328 г.) установил дружеские отношения с Узбеком уже знакомым путем: отдав за него замуж свою дочь. Известная под именем хатун Бай-ялун, она – важный знак перемены религиозной атмосферы в Золотой Орде – должна была принять ислам. [636] Шпулер (pp. 79, 216) отождествляет Байялун с Марией (византийской женой Тохты); он считает также, что ей позволено было остаться христианкой, но см.:Pelliot, pp. 84-85. Около 1333 г. Байя-лун было дано позволение навестить ее отца в Константинополе. Она уехала, сопровождаемая арабским путешественником Ибн-Батутой, и больше не вернулась. [637] Ibn-Batuta, 2, 411-412.

В 1330 г. Узбек еще раз вмешался в балканские дела, и снова – безуспешно. К тому времени сформировалась византийско-болгарская коалиция против Сербии. Как молдавские аланы, так и валахи под предводительством воеводы Иоанна Бессараба поддерживали болгар. Участие Бессараба в коалиции стало сигналом появления румын на международной арене. Узбек, со своей стороны, направил 3000 ногайских воинов для усиления коалиции. Объединенная союзническая армия составляла 15 000 человек. Размеры сербской армии неизвестны; чтобы усилить ее, сербский король Стефан Урош III решил использовать испанских и немецких наемников. Решающий бой в этой войне состоялся при Вельбужде (Кюстендиле) 28 июня 1330 г. и закончился полной победой сербов. [638] Jireèek, Bulgaria, pp. 293-295; Jireèek, Serbia, pp. 361-363; Ostrogorsky, p. 361; Mutafchiev, 2, 184-187. Cp. Spuler, p. 92. общий очерк развития славянских государств на Балканах в XIV и XV веках см.: G. Stadtmüller, «Aufstieg und Untergang der balkanslawischen Staatenwelt», Festschrift für Hermann Aubin (1951), pp. 131-147. После этого Сербия стала самым сильным из балканских государств и вскоре достигла своего наибольшего расцвета при короле Стефане Уроше IV, по прозвищу Душан (1336-1355 гг.).

Как и во время правления Тохты, отношения между ханом и генуэзцами при Узбеке периодически портились из-за случавшихся конфликтов. В 1322 г. монголы разграбили город Солдайю и разрушили там много христианских церквей. Согласно Ибн-Батуте, это нападение явилось результатом столкновения между греками и турками в Солдайе. [639] Ibn-Batuta, 2, 414-415. Однако не греки, а именно генуэзцы представляли самую сильную христианскую группу в то время. В другом месте Ибн-Батута называет Солдайю «портом неверных», не проводя различия между греко-православными и католиками. [640] Idem, I, 28. По всей вероятности, ведущая роль в конфликте в Солдайе принадлежала не грекам, а генуэзцам. Во всяком случае, среди разрушенных церквей было много римско-католических, и папа посчитал необходимым вмешаться, прося Узбека восстановить их. [641] Кулаковский, Таврида, сc. 106-107; ср.: Vasiliev, Goths, p. 174. По-видимому, на его требование не обратили внимания. Когда Ибн-Батута посетил Солдайю около 1333 г., он обнаружил, что здесь доминирует турецкое население. [642] Ibn-Batuta, 2, 415. В связи с этим следует заметить, что в других крымских портах генуэзцам не досаждали. Каффа снова развивалась, и начиная с 1318 г. она стала престолом римско-католического епископа. Генуэзцы также утвердились в этот период в Боспоре (Керчи) и в Херсоне. [643] Кулаковский, Таврида, сс. 105-106.

С Египтом Узбек поддерживал активные отношения. В 1314 г. Султан аль-Малик аль-Насир выразил желание жениться на княжне из Джучидов. Узбек с готовностью согласился, но запросил огромный калым за невесту. Посланник султана растерялся, поскольку не имел с собой достаточно денег. Узбек любезно договорился с ведущими купцами Золотой Орды, чтобы те дали султану денег взаймы. Было подписано предварительное соглашение, но лишь в 1320 г. княжне по имени Тулунбай было дозволено проследовать в Каир в сопровождении большой группы вельмож и слуг. Кортеж остановился на несколько дней в Константинополе, император Андроник III щедро принимал знатных путешественников. Прием Тулунбай в Александрии был не менее пышным. Как только невеста сошла на берег, был подписан свадебный договор, и она проследовала в Каир. Однако, брак не был счастливым: султан развелся с Тулунбай через несколько дней и передал ее одному из своих эмиров. Узбек ничего не слышал ни об этом инциденте, ни о последовавшей затем смерти Тулунбай на протяжении пяти лет. Он был сильно оскорблен и отправил несколько посольств в Египет с требованием объяснений (1332, 1335 гг.) Позднее он выразил желание жениться на одной из дочерей султана, но ему сообщили, что ни одна из них не достигла брачного возраста. [644] Spuler, pp. 93-96; 30, cc. 92-93. Очевидно, что из двух монархов Узбек больше стремился к тому, чтобы установить сердечные отношения. Между прочим, у него был ряд конфликтов с иль-ханами, и он нуждался в помощи мамлюков.