Георгий Вернадский - Монголы и Русь

Происхождение названия «Белая Русь» (позже Белоруссия; на польском Biala Rus) неопределено [773] См. Moszyński, 2, 1551; N.P. Vakar, «The Name 'White Russia», ASEER, 8 (1949), . Было бы весьма заманчиво усмотреть в нем древние сарматские корни. Как мы знаем, сармато-славянское племя, поселившееся в Галиции в раннем Средневековье, в девятом столетии называли Белыми хорватами, что, согласно китайской системе цветов, значит – Западные хорваты. Возможно какое-либо другое западное сарматское племя несколько раньше вышло к верховьям Днепра. Напомним, что одна из ветвей аланской группы сарматов была известна как аорсы (белые) или аланорсы (белые аланы) [774] О Белых Хорватах см. Древняя Русь, с. 167, 321; F. Dvornik, The Making of Central and Eastern Europe (London, Polish Research Center, 1949), pp. 266-267, 283-285, 291-292. Об аорсах см. Древняя Русь, стр. 82, 87-89. . Однако не существует убедительных свидетельств, подтверждающих гипотезу сарматского происхождения названия Белая Русь. К тому же его необходимо рассматривать вместе с «Черной Русью» (Rus Czarna), район под этим названием был занят литовцами на начальной стадии формирования Великого княжества Литовского [775] О названии Черная Русь см. Moszyński, 2, 1552; ср. выше, Глава 3, разд. 3. . Эти два названия, судя по всему, составляли ономастическую пару и поэтому должны анализироваться вместе. Возможность объяснения терминов в свете их религиозных основ рассматривается в фольклористике, по крайней мере для Белой Руси. Высказывается предположение, что название «Белая Русь» было связано с культом Белбога (Белого Бога), гипотетического языческого божества славян [776] Vakar (см. выше, No 4), pp. 204-205. . Сейчас в славянских мифологиях иногда упоминается также Чернобог (Черный Бог); используя подход, применяемый к Белой Руси, мы должны бы считать Черную Русь сферой культа Черного Бога. Однако достоверность существования Белбога и Чернобога находится под сомнением.

По другому подходу предлагается интерпретировать названия через славянскую терминологию социальных отношений. Указывается, что славянское слово «белый» имеет значение «свободный» (относительно собственности – «необлагаемый налогом»), а слово «черный» – «несвободный» («облагаемый налогом») [777] Moszyński, 2, 1552; Vakar, p. 210. . С этой точки зрения Черная Русь называлась бы так из-за своего раннего подчинения Литве, в отличие от свободной Белой Руси. Эта теория представляется малоубедительной, поскольку Белая Русь, как мы знаем, тоже была завоевана литовцами, лишь немного позднее Черной. Согласно другому толкованию, Черная и Белая Русь получили свои названия по цвету одежд жителей, что кажется самым простым объяснением, но, пожалуй, слишком ненадежным. Кроме того, различие в цвете одежды могло иметь какое-то исторически обусловленное значение.

Таким образом, проблему происхождения названий Белая и Черная Русь нельзя считать полностью разрешенной. В качестве нового предположения я хотел бы подчеркнуть факт, что в течение восьмого и девятого столетий в бассейны всех рек, впадающих в южные и восточные части Балтийского моря (от Одера на западе до Двины на востоке), проникли древние скандинавы. Как известно, Черная Русь находится в бассейне верхнего Немана, а Белая Русь – в бассейне Двины и (через волоки) верхнего Днепра [778] Об экспансии викингов на юго-востоке Балтики см. T.J. Arne, La Suède et l'Orient (Upsala, 1914); В. Nerman, Die Verbindungen zwischen Skandinavien und dem Ostbaltikum (Stockholm, 1929); idem, «Swedish Viking Colonies on die Baltic», ESA, 9 (1934), 357-380; F. Balodis, «Ein Denkmal der Wikinggerzeit aus Semgallen», ESA, 9, 399-404; H. Jänichen, Die Wikinger im Weichsel-und Odergebiet (Leipzig, 1938); O. Scheel, Die Wikinger (Stuttgart, 1938), 194-209; M. Vasmer, «Wikingerspuren bei den Westslaven», ZOG, 6 (1932), 1-16, idem, «Wikingerspuren in Russland», AWB, 24 (1931), 3-28. . В этой связи необходимо отметить, что ирландские хронисты, говоря о викингах, различали Белых чужестранцев (Finngaill) и Черных чужестранцев (Dubgaill). Это различение обычно трактуется как различие между «светловолосыми норвежцами» и «темноволосыми датчанами». Однако Т.Д. Кендрик считает подобное различение, имеющим «лишь относительное этнологическое значение» [779] T.D. Kendrick, A History of the Vikings (London, Methuen & Co., 1930), p. 275. . С моей точки зрения, различение основывалось не на цвете волос соответствующих викингов, а на цвете их одежд и вооружения. На Осебергских тканях есть изображение воина с белым щитом [780] Мой интерес к Белым и Черным викингам был вызван лекцией Иоханна Бронстеда «Викинги в Европе», прочитанной им 27 октября 1948 года в Йельской художественной галерее. Об изображении викинга с белым щитом см. Bjorn Hougen, «Osebergfunnets billedev», Viking, 4 (1940), 104. Я признателен Харольду Ингхольту, который обратил мое внимание на эту публикацию, и Александре Калмыковой за то, что она по моей просьбе изучила ее в библиотеке Колумбийского университета и заказала для меня фотостат соответствующей картины. . Насколько мне известно, в наших источниках нет ничего, что говорило бы о цвете, характерном персонально для шведов. Полагаю, что Белые и Черные были особыми объединениями викингов. Черных, по-видимому, было больше среди датчан, а Белых – среди норвежцев. Оба объединения, очевидно, существовали и среди шведов. На основании вышеизложенных соображений я склонен думать, что район, известный как Черная Русь, в определенное время, скажем, в девятом веке, контролировался Черными викингами, а территория, называемая Белой Русью – Белыми. Таково возможное объяснение происхождения этих названий.

Название «Великая Русь» (позже – Великороссия) впервые появляется в указе византийского императора Иоанна Кантакузина князю Любарту Волынскому в 1347 году, подтверждающем упразднение митрополичьей кафедры в Галиче. Император повелел «по всей Руси – Великой и Малой – быть одному митрополиту, Киевскому» [781] РИБ, 6, Прилож. No 6, с. 30. . Можно добавить, что в середине семнадцатого века царь московский, Алексей (второй царь династии Романовых), сделал официальными все три названия Руси, включив их в свой титул: «Царь Всея Великой и Малой и Белой Руси» (1654).

В Московии постепенно складывалось централизованное царское самодержавие. В Великом княжестве Литовском, напротив, в конце концов установилось аристократическое правление. Даже на ранних стадиях своего формирования, Великое княжество являлось не централизованным государством, а политической федерацией под военным руководством великого князя. Эта федерация, с момента своего образования во время правления Миндовга, состояла как из литовских, так и из русских земель. При Гедимине вся Белая Русь и части Украины признали власть великого князя литовского. При Ольгерде эта власть распространилась на всю Украину кроме Галиции, которая, как мы знаем, была захвачена Польшей.

В этом процессе политического поглощения Западной Руси Литвой определенное количество удельных русских князей сохраняли свои отчины и большинство бояр свои имения. Большие княжества, однако, такие, как Киевское и Волынское, отходили литовским князьям – потомкам Гедимина. Собственно говоря, Киев после его разрушения монголами в 1240 году несколько лет находился под их прямым контролем, а когда в начале четырнадцатого века монголы позволили русскому князю править в Киеве, то выбрали одного из второстепенных князей (по-видимому, Черниговского дома). Факт, что древняя традиция престолонаследия в Киеве была, таким образом, нарушена, облегчил Ольгерду задачу сделать одного из своих сыновей (Владимира) князем киевским. В случае с Волынью, где древний правящий дом Романа Мстиславича (отца Даниила и Василько) пресекся, не могло быть никаких препятствий на этом основании для вторжения сына Гедимина Любарта; к тому же, как уже отмечалось, он мог претендовать на определенную степень родства с древним правящим домом через свою жену.