Ю Скуратов - Вариант дракона

Если же следовать логике указа президента, то президент вправе в аналогичной ситуации отстранить от должности и председателей Конституционного суда, Верховного суда, Высшего арбитражного суда России. Но это невозможно и в отношении даже любого из районных судей в системе судов общей юрисдикции. Как известно, действующей Конституцией прокуратура также отнесена к судебной власти. Кто же в соответствии с Конституцией и законом может отстранить Генерального прокурора от должности? Только Совет Федерации, который пользуется правом назначения и освобождения от должности. Кстати, здесь вполне может быть применена аналогия с нормами трудового права: отстраняет от работы тот, кто назначает и освобождает.

Самый поверхностный анализ указывает на грубейшие нарушения ч. 3 ст. 90, ст. 83, 102, 129 Конституции РФ. Все сказанное позволяет сделать вывод: те грубейшие нарушения законности, которые были допущены при возбуждении уголовного дела и отстранении меня от должности, не случайны, они имеют четко выраженную цель: устранить неугодного прокурора любыми способами. Хотелось, чтобы эти обстоятельства стали для депутатов Государственной Думы и членов СФ предметом пристального рассмотрения. Нельзя не обратить также внимание на то, что сейчас идет явный процесс смены неугодных, а главное, принципиальных лиц силовых ведомств. Освобожден от должности руководитель следственного комитета Игорь Николаевич Кожевников, руководитель и профессионал высочайшего уровня, а самое главное, принципиальный человек. Вынашивается идея отстранения от курирования следствия Михаила Борисовича Катышева, и правильно здесь было сказано Сергеем Ивановичем Герасимовым: таким образом разрушается и сам принцип независимости и процессуальной самостоятельности прокурорских работников. Легко себе представить ситуацию, когда простой следователь, видя то, каким образом решается вопрос с Генеральным прокурором, - что он должен в этой ситуации подумать? Он думает так: если уж Генерального сломали, то что мне делать, на своем, на региональном уровне в такой ситуации?

И последнее. Уважаемые депутаты, в наше время трудно строить прогнозы, как невозможно точно сказать, какие приемы и способы, а также финансовые средства будут использованы для моей последующей дискредитации, а также противодействия органам прокуратуры в ее борьбе с коррупцией. Думаю, что всего этого будет еще немало. Не знаю, как сложится моя личная судьба, я за свою должность не держусь. Но то, что уступать здесь нельзя, знаю точно.

Я привожу эти выступления потому, что с ними мало кто знаком - это во-первых, а во-вторых, пусть эти документы лишний раз станут доказательством того, что закон сошелся в жестокой схватке с беззаконием.

И еще. Я благодарен Госдуме за то, что она безоговорочно приняла постановление в мою поддержку.

ЛАВИНА ПОЕХАЛА

Второго апреля было не только возбуждено против меня уголовное дело, был не только подписан указ о моей отставке, - произошли и некоторые другие события.

Борис Николаевич Ельцин направил Строеву письмо - впрочем, скорее всего, он передал письмо тому в руки рано утром во время личной встречи. "Вы помните, основанием моего первого представления в Совет Федерации послужило личное заявление Ю. И. Скуратова об отставке по состоянию здоровья. Однако это предложение было отклонено, - было написано в этом письме. - Я с уважением отнесся к этому решению Совета Федерации: в его основе безусловно лежали мотивы, связанные с сохранением стабильности и порядка в работе Генпрокуратуры. Однако сейчас, по истечении некоторого времени, мы имеем принципиально новую картину.

Вскрылись обстоятельства, которые не позволяют мне спокойно относиться к тому, кто сейчас руководит прокуратурой. И речь уже не только о проступках, порочащих честь прокурорского работника. Против Ю. И. Скуратова возбуждено уголовное дело.

В самой Генпрокуратуре сложилась нездоровая обстановка. Часть прокурорских работников чувствует себя политическим "штабом", а другая практически дезорганизована и не может нормально работать.

Нарушилось нормальное взаимодействие Генпрокуратуры с другими правоохранительными органами.

В этой ситуации оставлять Ю. И. Скуратова в должности мы не имеем права, а я - просто обязан отстранить его от работы.

В связи с вышеизложенным прошу Вас еще раз, - взвесив все "за" и "против", - рассмотреть вопрос об отставке Ю. И. Скуратова.

Верю, что Совет Федерации примет верное, единственно правильное в таких условиях, решение".

И подпись внизу: "Б. Ельцин".

Итак, в письме было указано четыре причины отставки. Первая - я совершил "проступок, порочащий честь прокурорского работника". Вторая против меня возбуждено уголовное дело. Третья - в прокуратуре сложилась нездоровая обстановка и часть людей вместо работы занимается некими политическими играми, налицо, словом, - дезорганизация. И четвертая "нарушилось нормальное взаимодействие Генпрокуратуры с другими правоохранительными органами".

Этих причин достаточно, чтобы свалить не только Генпрокурора - свалить все правительство. Впрочем, правительства у нас слетали по причинам, куда более мелким.

Как видите, действия администрации все время находились в движении: вначале хотели просто обойтись моим заявлением, потом решили придавить меня выводами "моральной" комиссии, созданной при Совете безопасности, затем пришли к мысли, что надо возбудить уголовное дело, а последняя моя "вина" вообще была связана с политикой - я-де виноват в политизации прокурорских сотрудников. Хотя, как известно, по нормам нашей жизни, армия и правоохранительные органы находятся вне политики.

Это еще говорит и о другом: твердой стратегии у "горцев" не было, они действовали по правилу: все средства хороши! Все, что есть в наличии, то и надо задействовать, лишь бы свалить Генпрокурора.

И это было сделано в тот период, когда прокуратура работала с предельным напряжением, работала эффективно, что и было отмечено всеми СМИ, как газетами, так и TV.

Честно говоря, этим письмом кремлевские аппаратчики посадили своего шефа в лужу, неграмотно оценив ситуацию. Слишком уж отчетливо просматривались за "кадром" личные мотивы - движитель этой недостойной игры.

Да и уголовное дело было возбуждено с одной лишь целью: отстранить меня от должности. А потом можно будет обо всем забыть. И неважно, что факты не подтвердятся.

Одна из девиц - героинь пленки удивлялась, отвечая на вопросы следователя:

- Как же так, почему дело не закрыто? Нам же обещали: как только Скуратова уберут, так дело сразу закроют...

Строев расписал письмо своему заместителю, Владимиру Михайловичу Платонову, председателю Московской городской думы.